Бей или беги - Саманта Янг

Мысленно надев на себя броню уверенности в себе, я отошла от зеркала, взяла сумочку и ключ-карту и вышла из номера, захлопнув за собой дверь.

Я спустилась в ресторан гостиницы и на вопрос хостес, желаю ли я столик на одну персону, ответила ослепительной улыбкой:

— Да, будьте так добры.

Интерьер ресторана был самым обычным — мебель темного дерева, полы темного дерева и интимный полумрак.

Следуя за хостес к маленькой уютной кабинке в уголке зала, я смотрела прямо перед собой, как вдруг ощущение чьего-то пристального взгляда вызвало у меня покалывание кожи в районе шеи. Периферийным зрением я выхватила группу мужчин в костюмах за столиком, которые смотрели на меня, и решила, что это из-за них.

— Тут вам нравится? Или вы предпочтете тот столик? — хостес показала на столик в середине зала.

Разумеется, я предпочла уютную кабинку и немедленно проскользнула на скамью:

— Все прекрасно, благодарю вас.

Она подала мне меню:

— Ваша официантка Эмили скоро подойдет. Приятного вечера!

Я еще раз поблагодарила ее и открыла меню. На строчке «филе-миньон» мой желудок громко заурчал.

Появилась официантка — высокая стройная девушка с английским акцентом, — чтобы спросить, что я буду пить. Я заказала шампанское, потому что… провались оно все пропадом! После той недели, которую я пережила, я вполне заслужила несчастный филе-миньон и бокал шампанского. Или два. Бокала.

Я пригубила шампанское и достала из сумочки телефон, решив просмотреть присланные на рабочую почту сообщения, хотя могла этого и не делать до своего возвращения в офис.

Однако покалывающие ощущения на коже шеи не прекращались, отвлекая меня от моего занятия. Поэтому я не удивилась, когда услышала чьи-то приближающиеся шаги, которые остановились у моей кабинки. Я медленно подняла глаза, начиная закипать, и увидела высокого стройного парня в костюме, который широко мне улыбался:

— Ужинаете в одиночестве?

Я не ответила, полагая, что моя каменная физиономия говорит сама за себя.

Однако это его не обескуражило:

— Это смертный грех, — заявил он и бесцеремонно обшарил глазами мою зону декольте. Откровенно похотливо. У меня по телу пробежали мурашки отвращения. — Меня зовут Мэтт. Разрешите к вам присоединиться?

«Только если в аду», — подумала я, а вслух сказала:

— Благодарю вас за предложение, Мэтт, но я планировала спокойно поужинать в одиночестве. Спасибо, — и я снова опустила глаза в телефон, давая понять, что разговор закончен.

Секунду-другую он постоял в нерешительности — я прямо физически ощущала его замешательство, — а потом неуверенно развернулся и ушел. А я вздохнула с облегчением.

Старина Мэтт, наверно, думал примерно так: «Зачем бы женщине так наряжаться, если она не хочет закадрить мужика?» И это одно из самых распространенных и утомительных заблуждений нашего общества. Превратное мнение о том, что женщина одевается красиво исключительно затем, чтобы привлечь мужское внимание. Але! Некоторые из нас просто сходят с ума от тряпок, сумок, обуви, косметики — мы покупаем их ради себя! Кто бы мог подумать, правда?

Поэтому я совсем не удивилась тому, что с уходом Мэтта ощущение того, что за мной наблюдают, не исчезло.

И точно, очередной ухажер не заставил себя долго ждать. Только, в отличие от Мэтта, он не стал меня ни о чем спрашивать, а сразу приземлился на скамью напротив. На сей раз это был блондин крепкого телосложения, который чем-то напоминал одного симпатичного австралийского актера. Он наверняка считал, что это делает его неотразимым, так как одарил меня дерзкой самоуверенной улыбкой:

— Прошу прощения за моего друга Мэтта. Я предупреждал его, что такая прекрасная женщина, как вы, не захочет ужинать в компании парня вроде него. Так что я пришел к вам на помощь. Меня зовут Чак.

С абсолютно невозмутимым лицом я посмотрела сквозь него:

— Послушайте, Чанк…

— Чак.

— …не хочу быть грубой, но мне плевать, даже если бы вас звали Талула. Как я уже сказала вашему другу, я хочу поужинать в одиночестве. Поэтому, если не возражаете… — и я указала рукой на выход из кабинки.

Он положил локти на столик и окинул меня таким плотоядным взглядом, по сравнению с которым взгляд Мэтта был сама невинность.

— Я вас понял. Ухожу. Вы выглядите легкоранимой, поэтому таким образом защищаетесь. Но вам не надо бояться меня. Клянусь, я просто хороший парень, который хочет поужинать с красивой женщиной, а не с этими придурками, с которыми приехал в командировку.

Он улыбался, и я догадалась, что по его плану я в этот момент должна была, видимо, растаять.

— Чак, — я нежно улыбнулась, и его глаза победно сверкнули. — Если вы сию же секунду отсюда не уберетесь, я подниму такой крик, что мало не покажется…

Улыбка тут же сбежала с его лица, и он воззрился на меня с изумлением:

— Зачем же грубить?

— Вот именно, не я села к вам за столик без приглашения.

— Но я думал, мы просто…

— Чак. Просто отвали.

Он вспыхнул от злости, встал со скамьи и поплелся к своему столику, бросив на меня на прощанье неласковый взгляд.

Сердце гулко билось у меня в груди, а пальцы слегка дрожали, когда я потянулась за бокалом.

Открытая конфронтация — малоприятная вещь. Со стороны могло показаться, что я намеренно устроила эту стычку — ну просто стерва, и все! Но сквозь ресницы я видела, что еще одна фигура в костюме поднимается из-за того столика, подмигивая смеющимся приятелям, мол, я ее сейчас сделаю. Он шутовски одернул пиджак и поправил волосы, якобы готовясь к схватке. Так была ли я стервой? Или у меня было полное право защищаться, если мужчины сделали меня объектом для охоты?

Да, у меня было полное право.

Мой желудок тоскливо сжался, когда фигура в костюме направилась к моему столику. Для них это была просто игра. Посмотреть, на котором из них я сломаюсь.

Решив, что я лучше поужинаю в номере, чем буду терпеть это унижение, я взяла сумочку и начала вылезать из-за стола…

— Останьтесь.