Кэндес Бушнелл - Пятая авеню, дом один

— Если ты действительно хочешь переехать, — сказала она однажды вечером, когда он кормил рыбок, — то поступай как решил. Я могла бы остаться здесь…

— Ты про развод? — негромко спросил Пол.

— В общем, да, Пол. В наши дни такое случается.

— С чего ты взяла, что я отдам тебе квартиру? — осведомился он.

— Это я все здесь сделала.

— На мои деньги, — хмуро напомнил он.

— Ради тебя я пожертвовала карьерой, переехала в НьюЙорк.

— Кажется, ты не слишком перенапряглась, — заметил Пол. — Я думал, тебе здесь нравится. Думал, тебе по вкусу этот дом. Хотя никогда не понимал почему.

— Дело не в этом.

— Ты права. — Пол отвернулся от аквариума и перешел к своему рабочему столу. — Не в этом дело. Дело в другом: учти, о разводе не может идти речи. У меня прошли переговоры с правительством Индии. Их может заинтересовать сделка вроде китайской. Развод сейчас создал бы проблемы.

— Когда тебе будет удобно развестись?

— Не знаю. — Он нажал клавишу на компьютере. — Кстати, как стало понятно на примере Билли Личфилда, гораздо более практичным выходом может оказаться смерть. Если бы Билли не умер, он точно оказался бы в тюрьме. Это было бы ужасно. Представляешь, что происходит в тюрьме с такими, как он?

Вот она и получила ответ. С того дня Аннализа жила в страхе, что рано или поздно Пол и с ней расправится. Что заставит его перейти от угроз к делу? Если она останется с ним, это будет для нее как жизнь в тюрьме: все время за ним наблюдать, угадывать его настроение, трястись, что близится день, когда она уже не сумеет его разжалобить.

Пол всплыл на поверхность через полчаса, полный новых впечатлений о подводной жизни. В час дня супруги уселись на разных концах длинного стола, накрытого накрахмаленной до хруста белой скатертью, чтобы полакомиться омарами и цитрусовым салатом.

— Ты днем тоже будешь нырять? — спросила Аннализа.

— Хотелось бы. Тут неподалеку лежит на дне затонувшее судно, вот бы его облазить!

Бесшумно приблизились два стюарда в серой униформе и белых перчатках. Они убрали тарелки и ловко разложили серебряные приборы для десерта.

— Не желаете еще вина, мэм?

— Нет, благодарю, — ответила Аннализа. — Немного болит голова.

— Дело в атмосферном давлении. Оно меняется. Завтра возможно некоторое ухудшение погоды.

— А я выпью еще вина, — решил Пол.

Пока стюард наполнял его бокал, Аннализа сказала:

— Я бы не советовала тебе погружаться сегодня днем. Ты же знаешь, нырять больше двух раз в день опасно. Особенно когда выпьешь.

— Но я выпил меньше двух бокалов, — возразил Пол.

— Хватит и этого.

Пол не послушался и воинственно налег на вино.

— У меня отпуск. Что хочу, то и делаю.

После ленча Аннализа ушла в каюту — вздремнуть на широкой кровати. Пол зашел переодеться.

— Даже не знаю… — протянул он, зевая. — Может, не нырять больше?

— Меня радует твое благоразумие, — сказала Аннализа. — Слышал, что сказал стюард? Меняется давление. Лучше не рисковать, вдруг разыграется шторм?

Пол повернулся к иллюминатору.

— Погода совершенно безоблачная, — заявил он с присущим ему духом противоречия. — Если сейчас отказаться от погружения, то может пройти несколько дней, прежде чем появится новая возможность.

Пока Пол натягивал костюм аквалангиста, к нему подошел с таблицей, где регистрировались погружения, капитан яхты.

— Мистер Райс, я обязан вам напомнить: это третье ваше погружение за сегодняшний день. В общей сложности вы можете провести внизу не более тридцати минут, включая десять минут на подъем.

— Я умею считать, — сказал Пол. — Занимаюсь математикой с трехлетнего возраста. — И он прыгнул в воду.

При погружении к Полу, наслаждавшемуся ощущением, близким к невесомости, и недавно обретенной ребяческой радостью при избавлении от гравитации, присоединился инструктораквалангист с яхты. Вода у Большого Барьерного рифа была восхитительно прозрачной даже на глубине восьмидесяти футов, и Пол без труда нашел затонувший корабль. Это было чтото потрясающее! Пол чувствовал себя совершенно счастливым, заплывая внутрь заросшего ракушками остова и выплывая наружу. Вот почему отказаться от погружения было превыше его сил. Он вспомнил предупреждение из инструкции для аквалангистов и то, что уже ощущал легкое головокружение, которое может быть симптомом скорого азотного наркоза, но отбросил паникерские мысли. Минут пять — десять у него еще оставалось. Но очень скоро головокружение усилилось, Пол увидел, как инструктор делает ему знаки начинать всплытие. Но вместо того чтобы послушаться, Пол быстро поплыл в сторону. Впервые в жизни он поступал иррационально, вопреки жестким правилам, всегда управлявшим его жизнью. Он вырвался на свободу.

Инструктор устремился за ним. Последовала безмолвная подводная схватка, совсем как в кино про Джеймса Бонда. В конце концов инструктор одержал верх: он захватил Пола сзади за шею. Они стали медленно подниматься, но было уже поздно. В позвоночнике у Пола образовался водяной пузырь, который увеличивался по мере подъема. Когда Пол достиг поверхности, пузырь лопнул, разорвав в позвоночнике нервные волокна.

— Эй! — позвала Инид Мерль Аннализу Райс. Аннализа сидела на террасе, наблюдая, как рабочие раскладывают большой белый тент. Инид взволнованно махала рукой, привлекая ее внимание. — Мне позвонил репортер из газеты. Сэнди Брюэру вынесли обвинительный приговор. Он отправится в тюрьму.

— Поднимитесь и расскажите подробно! — крикнула Аннализа вниз.

Через несколько минут Инид вышла к ней на террасу, слегка задыхаясь и обмахиваясь газетой.

— Ну и жара! В сентябре так быть не должно. Говорят, в субботу температура превысит тридцать градусов. Да еще грозу обещают!

— Все будет в порядке! — подбодрила соседку Аннализа. — В нашем распоряжении тент на террасе и вся квартира. Я вынесла из бального зала почти все вещи Пола, так что места хватит.

— Как Пол? — по привычке спросила Инид.

— Без изменений, — ответила Аннализа. Как всегда, говоря про Пола, она понизила голос и печально покачала головой. — Я навещала его сегодня утром.

— Не представляю, как вы это выносите, дорогая, — посочувствовала Инид.

— Остается небольшой шанс, что он поправится. Говорят, иногда случаются чудеса.

— Тогда он станет еще одним Стивеном Хоукингом, [21] — сказала Инид и похлопала Аннализу по руке.

— Я решила пожертвовать от имени Пола средства на новый больничный корпус. Даже если он никогда не выйдет из комы, то лет через десять чудо может произойти с кемнибудь другим, получившим такую же травму.