Уитни Гаскелл - Скоро тридцать

– Может, хотя бы закончишь ужин? – жутким, сдавленным голосом произнес Тед.

– Нет, спасибо, – с пафосом заявила я и повернулась к двери, но, уже уходя, бросила взгляд на Теда: – Кстати, я не студентка.

С этими словами я гордо продефилировала к выходу, мысленно аплодируя себе за удачное воплощение образа агрессивной стервы и одновременно пребывая в шоке от невероятной, кошмарной и отвратительной новости – оказывается, я выгляжу на десять лет старше.

На следующее же утро я оставила 297 долларов и 42 цента на прилавке магазина косметики «Кларинс». По глупости я призналась продавщице, что на самом деле гораздо моложе, чем кажусь на вид, – правда, мои глаза, красные и опухшие после ночи, проведенной в слезах, служили не лучшим подтверждением этого факта, – и что не надеюсь вернуть чудные бархатные щечки десятилетней девочки, а просто хочу выглядеть посвежее, где-то на свои настоящие двадцать с хвостиком. Продавщица тщательно изучила высушенную и жесткую, как подошва, кожу моего лица, после чего выдала заключение: мне требуется новый очищающий-тонизирующий-увлажняющий-омолаживающий комплекс, в который входят два лосьона для умывания – утром и вечером, мягкий тоник, два увлажняющих крема – дневной и ночной, кислородная маска, омолаживающая сыворотка и сорокадолларовая баночка геля для век весом в пол-унции. Она сложила все это в красивый пакетик, кинула туда же несколько бесплатных пробников и заверила, что если я буду строго следовать рекомендациям, то помолодею в два счета.

С одной стороны, я понимала, что продавщица, мастер своего дела, обработала меня по полной программе, сыграв на моей низкой самооценке, и всучила одни и те же средства под разными ярлыками; что денег я выложила кучу, а толку скорее всего не будет никакого. А вот с другой стороны – я испытывала признательность к милой девушке за предоставленные мне услуги и готова была забыть об ударе по моим накоплениям на кредитной карточке.

Тед еще попляшет! В следующий раз, когда он меня увидит, кожа у меня будет гладкой, как попка младенца, и Тед просто лопнет от зависти и стыда, потому что радом со мной он покажется просто сморщенным старикашкой.

Глава 5

Мы с Хармони встретились за ленчем в «Трио», чтобы провести посмертный анализ Кошмарного Свидания. Стоит ли упоминать, что я до сих пор пребывала в унынии из-за десяти надбавленных мне лет, не говоря уж об аллергии на косметику «Кларинс», за которую я заплатила бешеные деньги. Очевидно, эти кремы и тоники были напичканы экстрактами растений, а я страдаю аллергией на все, что каким-то образом связано с природой. У меня есть личное правило: никогда не ночевать в туристских палатках и вообще не спать в таких местах, где я не могу воткнуть в розетку свой фен (поэтому в колледже я и не стала одной из этих фиф – защитниц окружающей среды). Всего через пару дней применения средств «Кларинс» моя кожа покраснела и покрылась сыпью. Хармони предприняла слабую попытку меня утешить.

– Проиграла не ты, а он, – сказала моя подруга.

Друзья всегда идут на подобную ложь, когда тебя бросает человек, который с самого начала тебе совершенно не подходил. С другой стороны, неужели Тед действительно мне не подходит? Он умный, знаменитый, роскошный и все же… старый? По-моему, расцвет юности должен склонить чашу любовных весов в мою пользу. Или нет? Разве ему не лестно, что молодая особа, которой чуть-чуть за двадцать, обращает на него внимание? Горькая правда заключалась в том, что Тед счел меня значительно старше. Если быть точной, он дал мне тридцать восемь – тридцать девять лет. Это определенно перевешивало чашу весов в пользу Теда, особенно с учетом того, что с возрастом у него в висках засеребрилась благородная седина, а успешная карьера прибавила спокойной уверенности в себе.

– Разве это его проигрыш, если красивый и пользующийся успехом мужчина дает мне отставку на первом же свидании из-за того, что я преждевременно состарилась?

– Не будь смешной. Ты выглядишь моложе, а не старше своих лет. У тебя кожа как у подростка.

Это звучало ободряюще, но я почему-то подумала, что Хармони намекает на россыпь прыщей у меня на лбу.

– Хорошо, пускай он решил, что мне под сорок. Только что заставило его сказать об этом? С его стороны это очень жестоко, – возмущалась я, тогда как моя душа – кричала: Почему он меня не хочет? Что со мной не так? Ну почему мне должно исполниться тридцать? Почему я не могу оставаться двадцатидевятилетней до конца жизни? Почему я не могу есть все подряд, оставаться стройной и бодро вставать на работу после ночи, проведенной на дискотеке? Почему нельзя сделать так, чтобы мужчины, которых я пытаюсь соблазнить, не считали меня сорокалетней старухой?

– Не знаю, о чем думал Тед, когда говорил об этом. Возможно, при вашей первой встрече у тебя просто был усталый вид. В любом случае я не понимаю этой паники насчет твоего тридцатилетия. Лично я вообще не беспокоилась на этот счет, – пожала плечами Хармони.

Она наколола на вилку листик руколы, слегка приправ ленной обезжиренным соусом из оливкового масла со специями, и отправила его в рот. Я посмотрела на свой чизбургер с жареной картошкой и ощутила укол совести. Хармони почти всегда ела только листики да веточки. Мне ни за что не понять, как некоторые женщины – вроде Хармони – ухитряются выжить, питаясь практически одним воздухом; Если я не получаю своих двух тысяч калорий в день, мой организм переходит в режим борьбы с истощением и заставляет меня поглощать тонны французских булок с маслом. Старение же – совсем другая штука. Еще недавно я могла беспечно наслаждаться плюшками, пиццей и пломбиром, благодаря Бога за свой природный метаболизм. Потом, в какой-то ужасный момент, когда мне перевалило за двадцать пять, обмен веществ в организме замедлился. Теперь стоит только подумать о чашечке кофе с настоящими, необезжиренными, сливками или о чудных шоколадных печенюшках размером с блюдце, так на бедрах тут же нара стает пять лишних фунтов. Никто и никогда не просвещал меня относительно этой неприглядной стороны жизни – по крайней мере я такого не припомню. Да, у меня остались смутные воспоминания о том, как мать сетовала на прибавку в весе «не от котлет, а от лет», но я была уверена, что это случается самое раннее на пятом десятке или, на худой конец, после рождения одного-двух детей. Неужели это правда, что ты встречаешь тридцатилетие, не имея детей, и все равно расплываешься в бедрах? Что твоя фигура превращается в грушу, а ягодицы – в рыхлые подушки не из-за родов, а в результате естественного процесса старения женского организма? Для меня это слишком. Неудивительно, что, дожив до тридцати, люди мрут как мухи.