Уитни Гаскелл - Скоро тридцать

– У меня тоже был роман со стариком, – сообщила Хармони. – Правда, с холостяком. Он был профессором в колледже, читал лекции по американской поэзии. Я тайком пробиралась в его квартиру, потому что он был почасовиком и дико боялся, что если о нас узнают, то его выпрут из колледжа.

– Чем все закончилось? – завороженно спросила я.

– Ну и как он в постели? – спросила Нина.

– Я думала, он меня любит, – Хармони предпочла ответить мне и проигнорировать вопрос Нины, – но его интересовал только секс. Поэтому я его бросила и поменяла специализацию на финансовое право.

Я и не предполагала, что мои ровесницы так часто заводят романы с пожилыми. Ну да, все слышали про Дональда Трампа и Хью Хефнера, но, поскольку оба они были страшилами и пошляками, я всегда думала, что женщины имеют с ними дело только из-за денег. Все остальные мужчины старшего возраста – друзья моего отца, Ширер и т. д. – казались еще более отталкивающими. А если их раздеть… лучше не надо. Страсти-то какие.

Я рассказала подругам о том, как мы с Тедом встретились на благотворительном вечере и удрали оттуда. Мы целый вечер просидели на высоких пластиковых стульях, ели пиццу и болтали обо всем подряд. Прежде чем посадить меня в такси, Тед пригласил поужинать с ним в пятницу. Он замолчал и посмотрел долгим взглядом, и я уже решила, что сейчас он меня поцелует. Но Тед лишь улыбнулся и погладил мою руку.

И Нина, и Хармони знали, кто такой Тед. Очевидно, они интересовались политической жизнью округа, больше, чем я.

– Он очень сексуальный, – сказала Хармони. Имя Теда Лэнгстона явно произвело на нее впечатление. – И очень известный.

– Так вы не считаете это глупостью? Если я начну встречаться со стариком?

– Ну он же не из тех стариков, которые кутаются в шерстяные кофты с пуговицами на кожаных петельках, шаркают с палочкой и пахнут мазью для растирки суставов. Твой Тед – сексуальный старичок. Как Шон Коннери, – одобрила меня Хармони.

– В кино очень часто сюжет завязан на романе пожилого мужчины и молоденькой женщины. Вот хотя бы Гвинет Пэлтроу и Майкл Дуглас в «Идеальном убийстве», – начала вспоминать Нина.

– В этом фильме он хотел ее прикончить! – возмутилась я.

– Это не единственный пример. Еще была та картина с Вайноной Райдер и Ричардом Гиром. Впрочем, там, кажется, тоже все плохо кончилось. Точно не знаю, я так рас строилась, что на середине выключила телевизор. Ну хорощо, возьмем реальную жизнь: Кэтрин Зета-Джонс и Майкл Дуглас. Очень стильная пара, а какая огромная разница в возрасте, – не унималась Нина. – По-моему, это вопиющая несправедливость: в кино только и показывают старых мужчин и юных дев, а наоборот – никогда, разве что в черных комедиях типа «Харольд и Мод» или в слезливых мелодрамах вроде «Белого дворца» с Джеймсом Спейдером и Сьюзан Сарандон.

– Ты права! Когда мне стукнет полтинник, я собираюсь соблазнить столько молоденьких жеребчиков, сколько смогу и, не исключено, даже стану символом феминистского движения, – принялась фантазировать Нина, и мы с Хармони расхохотались. – Да, я забыла! А как насчет Моники и персонажа Тома Селлека в «Друзьях»? Их отношения были вполне нормальными.

– Только из-за разницы в возрасте у них ничего не вы шло. Она мечтала о детях, а он хотел раскатывать на спортивных автомобилях и дымить сигарой, – напомнила я. – Именно это меня и беспокоит.

– Думаю, тебе пока не стоит волноваться. Ты едва знакома с Тедом. Этот ужин в пятницу и будет для вас настоящим первым свиданием. Прежде чем переживать, что он не хочет от тебя детей, присмотрись к нему хорошенько, – посоветовала мне Хармони.

Что ж, здравая мысль.

Это было изумительное первое свидание. Просто идеальное. Как полагается, мы начали с обычного обмена сведениями – я узнала, что Тед действительно разведен, уже около года, детей у него нет и он отдает работе безумное количество времени, по-видимому, вполне добровольно. Когда Тед говорил о работе, глаза его сияли, будто у ребенка в рождественское утро, и меня пронзила смесь смущения и зависти, которую я всегда испытываю, если кто-нибудь говорит мне, что любит свою работу или, как в случае с Тедом, живет ради нее. Я отношусь к тем людям, которые мечтают о том, как будут жить, выиграв миллион в лотерею. Само собой, работа в угольной шахте или в отделе судебных тяжб в эти планы не входит. Во всем, что касалось личной жизни, Тед был менее откровенен и уходил даже от самых вежливых вопросов, хотя при этом казался скорее стеснительным, чем скрытным. В любом случае мне понравилась его сдержанность, так как большинство мужчин готовы бесконечно трепаться о себе любимом.

В свою очередь, я рассказала Теду, что выросла в Сиракьюсе, всегда любила Вашингтон и переехала сюда жить, устроившись на работу в «Сноу и Друзерс». Тед поинтересовался, почему я выбрала для себя такую специализацию, как судебные тяжбы, – от многих адвокатов он слышал, что это занятие не очень хорошо оплачивается, – но я быстренько замяла эту тему. Пай-девочка никогда не станет ныть и жаловаться. И кроме того, всем известно, что на первом свидании нужно выглядеть как можно более бодрой и жизнерадостной. Общих друзей у нас с Тедом не нашлось, поэтому мы немножко посплетничали об известных личностях. Он рассказал мне о молодом симпатичном сенаторе, который собирался баллотироваться в президенты и при этом имел интрижку со своим помощником, а я поведала Теду о федеральном судье, которого застукали в универмаге «Бар ни», когда тот примерял дамское белье.

Во взглядах и легких касаниях рук словно проскакивала искра, которая разжигает желание и заставляет томиться в предвкушении близости. Я все сильнее влюблялась в Теда Лэнгстона, особенно в его чуть насмешливую улыбку, при которой он слегка кривил уголок рта. Всякий раз как Тед проделывал этот фокус, у меня в животе начинали порхать бабочки. Я была очень довольна, что не пожалела времени привести себя в порядок: побрила ноги, воспользовалась скрабом, а затем увлажняющим молочком для тела и надела лучшее белье: черные кружевные трусики и такой же бюстгальтер из магазина «Тайна Виктории». Весь вечер я промаялась, не зная, что выбрать: черный гарнитур с поддерживающим бюстгальтером, в котором мои груди смотрятся более дерзко, или невероятно сексуальный комплект из шелка со свободными кружевными «тортиками». В конце концов я остановилась на первом варианте, поскольку он допускал облегающий верх. Я знала, что если собираюсь заводить с Тедом больше, чем просто интрижку, то не должна думать о сексе так рано. Однако между нами ощущалось такое восхитительное сексуальное притяжение, что я ничего не могла с собой поделать. После всех моих приятелей, этих Хороших Парней со слабыми характерами, рыхлыми телами и низким либидо (за исключением Джереми, с которым мы расстались после того, как он предложил попробовать любовь втроем с какой-нибудь моей подружкой), я уже давно не встречала мужчины, с которым бы хотелось прыгнуть в постель, не дожидаясь, пока пройдут положенные пять-шесть целомудренных свиданий.