Бродрик Аннет - Брак по-техасски

Коди потряс головой — не ослышался ли?

— Что ты сказал? — выдавил он, не веря своим ушам.

— По-моему, ты хорошо расслышал. Вот уже несколько недель я планирую устроить вечер — он назначен на ближайшую пятницу. На нем мы формально объявим о вашей помолвке. Если хочешь, можешь пригласить своих родных. А в уик-энд назначим день свадьбы.

Коди считал себя благоразумным человеком и редко позволял чувствам брать над собой верх. Но в данный момент настолько опешил, что никак не мог подобрать слов.

Женить? Его? Ха-ха! Меньше всего собирался он испытать подобное счастье. Разве всем, кто его знает, это не известно?

— Подожди и выслушай меня, — сказал Коди, направляясь к центру комнаты, где, все еще сомкнув руки за спиной, стоял Альфонсо. — Я сожалею, что Карина оказалась замешанной во всю эту историю с Родригесом. У меня определенно не было намерения впутывать посторонних людей. В принципе я ничего не имею против твоей сестры, Альфонсо. Она действительно славная малышка и все такое, но, видишь ли, для женитьбы я не подхожу. Я слишком ценю свою свободу и заведенный мной образ жизни. Карина будет несчастной, если выйдет замуж за меня или мне подобного, и ты сам знаешь это. И еще — ты не имеешь права вот так запросто устраивать жизнь других людей. Брак дело серьезное, и недооценивать этого нельзя.

Коди умолк. В комнате воцарилась тишина. Альфонсо продолжал смотреть на Коди так, как если бы перед ним был какой-то непривлекательный фрукт, который он никак не мог определить. И когда он, наконец, заговорил, то начал словами:

— Карина — радость всей моей жизни. Как сейчас помню тот день, когда она родилась. Отец умер от сердечного приступа, когда мама еще была беременна Кариной. С первого момента, как взял ее на руки, я дал обещание оберегать малышку, быть ей отцом, которого она уже никогда не узнает. И делал все, что в моих силах, чтобы сдержать обещание.

Отвернувшись, Альфонсо занял прежнее положение позади стола. Сел, достал из коробки сигару, помял ее между пальцами, отрезал кончик и неторопливо зажег. Коди закурить он не предложил, что тот счел за оскорбление.

После нескольких затяжек Альфонсо снова поднял глаза на Коди.

— Есть только одна причина, по которой моя сестра могла так рисковать ради тебя, Коллуэй. Она, пожалуй, вбила себе в голову, что любит тебя. Не знаю, как тебе удалось склонить ее на свою сторону, но факт есть факт, и никто из вас, его не отрицает. Ваши отношения более чем очевидны. Если у меня еще оставались какие-то сомнения, то они тотчас отпали, едва я вошел в лачугу и увидел вас вместе, а тебя раздетым. До этого момента я мог поклясться чем угодно, что сестра никогда не была один на один с мужчиной. — Он вздохнул и продолжал: — Я чуть не умер прямо на месте. Какими чарами ты приворожил Карину— ума не приложу. Если в тебе еще осталось хоть что-то от мужского достоинства, ты должен исправить положение.

— Я… — Коди замолк, собираясь с мыслями. — Но ты… — Он снова запнулся, потирая губы ладонью. — Я хочу сказать, что Карина на самом деле…

Тут он совсем замолчал, осознав вдруг, перед какой пропастью стоит. Вот он, момент настоящего испытания. Коди всегда считал себя благородным и честным человеком, а порядочность рассматривал как нечто само собой разумеющееся.

Теперь он оказался перед чрезвычайно неприятным выбором. Он никоим образом не хотел повредить Карине. В конце концов, горя желанием предупредить его об опасности, она рисковала не только своей репутацией, но и жизнью. А то, что он не нуждался в столь благородном поступке, уже никому не внушишь. И случившегося прошлой ночью уже не поправишь.

Вопрос в том, что теперь делать?

Страстно захотелось посоветоваться с Коулом и Камероном. В прошлом братья не раз давали ему дельные советы. Нельзя принимать скороспелых решений, которые могут оказать пагубное влияние на его жизнь, не говоря уже о жизни других людей.

— Альфонсо, — снова отважился Коди, пытаясь найти нужные слова, дабы объяснить то, что он чувствовал. — Мне кажется, мы слишком эмоциональны в данный момент и можем наворотить дел. Я думаю, следует отложить разговор, чтобы мы могли остудить головы и хорошенько все обдумать. Тогда наверняка придем к каким-то альтернативным решениям, приемлемым для обеих сторон. Карина упоминала, что хочет продолжить образование. Может, следует подождать, пока…

— Это невозможно. Ты думаешь, я позволю, чтобы она, беременная, осталась незамужней?

— Что? Она уже беременна? Нет уж, хватит! Это слишком, Рамирес! Сколько раз надо повторять? Я не касался Карины, понимаешь ты это? С чего бы ей забеременеть?!

— Ты забыл, что я видел вас обоих вместе. Видел своими глазами. Она очень уютненько сидела, прильнув к тебе всем телом, в то время как на тебе не было ничего, что принято называть одеждой.

— Но, черт возьми, не может же она, в самом деле, забеременеть оттого, что я обнял ее!

— Я и не говорил, что может. Но вы провели несколько часов в полном уединении. Интимная близость могла иметь место до того, как я появился.

Все происходило как в кошмарном сне, где логика и разум были направлены против него. Он почувствовал, словно стоит перед скамьей присяжных в суде и ему во что бы то ни стало надо доказать свою непричастность.

— Альфонсо, почему тебе не поговорить об этом с Кариной? Она скажет, что между нами ничего не было. Она скажет…

— Не сомневаюсь, что она скажет все, что тебе захочется услышать. Она определенно чувствует себя обязанной стоять на твоей стороне.

— Значит, ты считаешь, что мы оба лжецы, так я понимаю?

— Я думаю, что Карина любит тебя. И именно потому, что любит, сделает все возможное, чтобы тебя защитить. А что касается твоих чувств… Ну, на этот счет я уже высказал свое мнение.

— Да, высказал. — Коди никак не мог поверить, что все это не шутка. Как же переубедить этого упрямца? — Удивляюсь твоему желанию выдать свою бесценную сестру за такого человека, как я.

— Я хочу видеть ее счастливой. Она сделала свой выбор. Нравится мне он или не нравится, я вынужден согласиться.

— А меня, значит, ты лишаешь права выбора?

Альфонсо вынул сигару изо рта и презрительно скривил губы.

— Ты его сделал, когда провел ночь с моей сестрой. Сейчас настало время честно подумать о последствиях. Конечно, если ты настоящий мужчина…

Последние сутки не были легкими для Коди. Он не спасовал перед грозными и тревожными событиями ночи. Сейчас он сделал все, чтобы держать себя в руках, но и его терпение было на пределе.

— Ладно, Альфонсо. Если уж тебе так не терпится выдать свою сестру замуж, пусть будет по-твоему. — Он направился к двери, но остановился и, не оборачиваясь, сказал: — Так вот. Можешь рассчитывать, что моя семья прибудет сюда в пятницу к вечеру и станет свидетелем блестящего провала помолвки.