Бродрик Аннет - Брак по-техасски

Коди выпрямился и, вложив в кулак всю свою мощь, нанес Кики сокрушительный удар в подбородок.

Родригес сложился, как складывается растянутая гармошка, когда ее отпускают. Послышался звон разбитого стекла, и дверь с шумом распахнулась. Коди повернулся на звук и увидел, что двое других бандитов стоят с поднятыми над головой руками.

Он улыбнулся спасителям, державшим бандитов под дулами пистолетов.

— Эй, Фредди! Рад встрече!

В хижину вошли еще трое мужчин — один из них в форме.

— Полагаю, у вас тут кое-какие проблемы? Коди кивнул.

— У меня есть основания считать, что этот человек, — сказал он, указывая на распростертого без сознания Энрике Родригеса, — и есть тот, кто долгие годы чинил всем неприятности и, возможно, повинен в убийстве членов моей семьи. Я нахожусь здесь для сбора улик на этого типа и давно ищу с ним встречи. К сожалению, получилось так, что он нашел меня первым.

Он потер горящий кулак, опустил на него взгляд и увидел, что суставы кровоточат и начинают опухать.

— Настаиваете на обвинении против него?

— Конечно. Обвиняю в насильственном похищении и покушении на жизнь. Если бы Карина не успела… — Карина! Он повернулся и увидел, что девушка лежит, прижавшись к перевернутому столу и спрятав лицо в ладони.

Коди опустился на колени рядом с ней.

— С тобой все в порядке?

Она подняла глаза и, увидев его, сразу просияв. В следующее мгновение она порывисто обвила его шею руками.

— О, Коди! Я ведь думала, что тебя убили. Какой шум, крики… Я видела, как ты двинулся к этому головорезу и… — Уткнувшись в его плечо, она беспомощно всхлипнула.

Коди неуклюже похлопал ее по спине.

— Ну-ну, успокойся, малышка, все уже позади. Помощь подоспела вовремя.

Все еще стоя на коленях, Коди искоса наблюдал, как представители власти уводили Энрике.

Когда они, наконец, остались одни, он подхватил Карину на руки и отнес к кушетке. Девушка доверчиво прижалась к нему, а он усадил ее к себе на колени и стал ласково гладить по волосам.

Позже, припоминая эту сцену, Коди легко представил первое впечатление, испытанное Альфонсо, когда тот вошел в помещение. Однако это осознание пришло позже, много позже…

Узнав в вошедшем Альфонсо, он радостно улыбнулся.

— Твой приход как нельзя кстати! — воскликнул он.

Альфонсо молча прошел вперед — выражение лица зверское.

— Набрось на себя что-нибудь, сукин ты сын… — процедил он и умолк, пытаясь совладать с собой. — Об этом поговорим после.

Только теперь Коди вспомнил, что вся его одежда состоит из трусов и что Карина прижимается к его голой груди так, как будто приросла к ней.

— Уф, Альфонсо, — начал он, стараясь оторвать от шеи дрожащие руки Карины, — я понимаю, что ты можешь представить себе, но если позволишь мне объяснить…

— Я непременно выслушаю твои объяснения, Коди, все до последнего, — зловещим тоном ответил тот. — А пока хочу, чтобы ты отпустил мою сестру.

Коди широко развел руки. Время для пререканий совсем неподходящее. Никогда еще он не видел Альфонсо в таком гневе.

— Ну, Карина, дорогая, — прошептал он, — дай же мне немножко одеться, а?

Так! Кажется, он допустил еще какую-то ошибку, потому что лицо Альфонсо потемнело больше. Карина подняла голову: глаза красные от слез, щеки мокрые.

— Альфонсо? — с трудом прошептала она с затаенным страхом в глазах. — Альфонсо, пожалуйста, не трогай его. Я не перенесу, если с Коди что-нибудь случится.

Ну, конечно! Карина ведь не видела того, как люди Альфонсо спасли их, и по-прежнему считает, что именно ее брат организовал похищение.

Желая уверить ее в обратном, Коди торопливо сказал:

— Карина, ты…

Но Альфонсо не дал ему договорить.

— Замолчи, Коди. Сейчас же замолчи. — Он мотнул головой в сторону печки, где сушилась одежда.

Сняв Карину с колен, Коди посадил ее на кушетку, потом быстро оделся, с удовольствием отметив, что все высохло. Оглянулся: Альфонсо разговаривал с Кариной, но так тихо, что Коди ничего не разобрал. Без сомнения, рассказывал о своей роли в недавних событиях.

— Как ты узнал, где нас искать? — спросил Коди первое, что пришло ему в голову.

Альфонсо неохотно отвернулся от Карины и посмотрел в его сторону.

— Как только открылось, что Карина исчезла из усадьбы, я послал своих людей обследовать местность в поисках следов. К счастью, мы быстро вышли на Роберто Эскобедо, брата подруги Карины, и он рассказал, как помог Карине найти тебя.

— Понимаешь, я не думаю, что он правильно понял ситуацию… — начал было Коди, но Альфонсо жестом велел ему помалкивать.

— Едва мы примчались в трактир, владелец сообщил нам, что тебя разыскивали какие-то типы. К тому времени несколько моих людей схватили тех двух, что увезли вас на грузовике. Ребята учинили небольшой допрос, и они любезно указали нам дорогу к этой хижине.

— В таком случае ты знаешь, что мы оказались здесь не по своей воле, — деликатным тоном вставил Коди.

— О да. Мне прекрасно известно, что Карина намеревалась возвратиться на гасиенду до того, как откроется ее отсутствие.

— Она подслушала…

— Все потом, — перебил его Альфонсо. — Заливай огонь в печи. Пора трогаться отсюда. — Проведя пальцем по щеке сестры, он заключил: — Я хочу доставить ее домой.

Трудно было не заметить, с каким усилием Альфонсо старается сдерживать себя, поэтому Коди счел за благо не затрагивать сейчас столь щекотливую тему. В свое время, успокоившись, Альфонсо захочет услышать объяснения. Коди решил подождать.

— Послушай, Альфонсо, — сказал Коди несколькими часами позже, сидя напротив друга за массивным столом в его кабинете, — я знаю, ты настроен против меня. Понимаю, о чем ты думаешь, но если только позволишь мне…

— Думаю я о том, что при данных обстоятельствах я скорее предпочел бы убить тебя, чем вообще иметь с тобой дело. Но так как это нисколько не поправит ущерба, нанесенного невинности моей сестры или ее репутации, то я отказался от этой мысли — хотя и весьма неохотно.

— Но, черт побери, Альфонсо, репутация Карины не пострадала, а что касается ее невинности… вот это я как раз хотел бы объяснить…

— Допускаю, что в Техасе молодую девушку и можно обольстить, а семья будет закрывать на ее свидания с мужчиной глаза, но только не здесь, в Мексике!

Альфонсо встал из-за стола, будучи не в состоянии скрывать свой гнев. Лицо его побледнело.

— Самое отвратительное — то, что я полностью верил тебе. Я поддерживал тебя, делал все, что в моих силах, чтобы помочь тебе выследить этого Родригеса. И как же ты отплатил мне за эту помощь, за доверие? — спрашивал он, раз за разом ударяя рукой по столу. — Обольщением моей сестры, вот как!