Маргарет Эллисон - Двое под омелой

Закончив принимать душ, Лесса взяла единственное полотенце, висевшее в ванной, и закуталась в него.

Девушка открыла дверь и глубоко вздохнула. Хорошую же сделку они заключили! Рик уже видел ее в купальнике, ну так увидит и в полотенце. Она взглянула на одежду, лежащую на стуле, и в уме прикинула время, которое она будет стоять полуголая перед Риком. Максимум двадцать секунд. Все должно выглядеть так, словно она ни капли не смущена. Нужно казаться спокойной и холодной.

Когда дверь открылась, Рик оглянулся. И увидел Лессу, завернутую в полотенце. Она хочет соблазнить его? Но когда девушка прошла мимо Рика и даже не посмотрела на него, он понял, что случилось. Она, как и он, забыла свою одежду.

Рик достал из кейса контракт и начал просматривать его, пытаясь не обращать внимания на ноги девушки, а также на ее пышные груди.

Лесса поспешила назад в ванную, а когда снова вышла оттуда, на ней были строгая юбка и блузка без рукавов. В руке она держала жакет.

— Нам не пора идти? — Не дожидаясь ответа, девушка направилась к выходу.

— Лесса, подожди, — сказал Рик, бросая контракт в кейс и следуя за ней. — Ты ничего не забыла?

— Думаю, что нет.

— А ты помнишь, что мы изображаем из себя влюбленную пару? — спросил Рик, кладя руку ей на талию. Но боль, читающаяся в глазах девушки, заставила его охладить пыл. — Скоро все закончится, — произнес он, отстраняясь от Лессы. — Как только Сабрина подпишет бумаги, мы сможем вернуться к обычному бизнесу.

По извилистой дорожке молодые люди спустились к ресторану. Хотя солнце почти село, воздух все равно был горячим и душным. Они пробирались через кусты бугенвиллей и тропических папоротников. Ресторан находился на холме с видом на море. Открытый со всех сторон, он освещался только мерцающими свечами.

Рик назвал хозяйке ресторана свои имена, и их тут же отвели к маленькому уютному столику в углу.

— Я не вижу Сабрины, — произнесла Лесса.

— Я тоже. Но это не значит, что она за нами не наблюдает, — сказал Рик, садясь рядом с девушкой.

— Что мы должны делать?

— Давай поговорим, как люди, которым интересно узнать друг друга поближе.

Лесса нервно взглянула на дверь. Она выглядела такой скованной, что Рику стало ее жалко. Что случилось с хладнокровной и уверенной в себе женщиной, которая уволила Рика, а затем так же быстро взяла его обратно на работу?

— Откуда ты родом? — спросила Лесса.

— Я вырос за городом. Мои родители до сих пор живут там.

— У тебя есть братья или сестры?

— Да, сестра и брат.

— А ты часто их видишь?

— Иногда.

Для нее эта тема была болезненной. Она смотрела куда угодно, но только не на Рика.

— Итак, Лесса, какие у тебя планы относительно Рождества? — спросил Рик и коснулся руки девушки.

— Мы с Грэн устроим тихий праздничный ужин.

— Грэн — твоя бабушка?

— Нет. Она — моя троюродная тетя. Моя единственная семья. Год назад она упала и повредила себе бедро, и я забрала ее к себе. Теперь ей уже лучше, но я счастлива, что она со мной.

Лесса живет со своей тетей? Образ доброй и заботливой племянницы не имел ничего общего с той холодной и самостоятельной женщиной, какой Алессандра была в офисе.

— Очень благородно с твоей стороны.

— Это самое малое, что я могу для нее сделать. В конце концов, она приютила меня, когда умер мой папа. У Грэн никогда не было собственных детей, и она взяла на себя роль родителя. Тетя очень интересовалась моими успехами в теннисе. Несмотря на преклонный возраст, она летала со мной по всему миру, посещая каждый матч.

— Я слышал, что ты могла стать профессионалом в этом виде спорта.

— Если бы я захотела пойти дальше, мне потребовалось бы больше времени и сил. В таком случае я не смогла бы получить высшее образование и стать магистром делового администрирования.

— Конечно, образование имеет большое значение для человека, но немногие люди могли бы ради него отказаться от возможности стать профессиональным атлетом.

— Я... дала слово своему отцу.

— Ты пообещала ему, что получишь степень магистра?

— Нет, — ответила Лесса, и их взгляды встретились. — Я обязалась вернуть его компанию. Я прекрасно знала, что для этой цели необходимо получить образование и набраться опыта.

На мгновение Рик застыл на месте, ошеломленный ее словами. Ему никогда и в голову прийти не могло, что девушка делает свою работу, следуя наставлениям Говарда Лоренса.

— Но я все еще играю в теннис, — добавила Лесса. — По крайней мере, когда могу. Одно время я даже подумывала о том, чтобы вложить капитал в какой-нибудь теннисный клуб... А что ты делаешь на Рождество?

— Скорее всего, буду работать, — ответил он. Рику хотелось больше узнать об обещании девушки своему отцу, но он был вынужден вернуться к нейтральной беседе.

— В офисе?

— Нет. Обычно для этой цели я посещаю один из отелей.

— А я люблю традиции. Знаешь, большая семья сидит за столом, а глава семейства режет индейку. Моя тетя винит себя в том, что у нее нет детей. Грэн больше всего на свете мечтает о большом семейном торжестве, в котором участвует много детей.

— Хорошо, если тебе нравятся шумные сборища. Когда встречаются все мои родственники, то начинается самый настоящий гвалт. — Рик улыбнулся и продолжил: — Мой брат и сестра, довольно спокойные люди, но у меня очень большое семейство. Множество кузенов, племянниц и племянников. Семейные торжества носят сумасшедший характер.

— Твоя сестра замужем? А брат?

— Они связывали себя узами брака, но уже развелись. Правда моя сестра снова собирается выйти замуж.

Девушка сделала глоток вина.

— Так ты единственный, кто никогда не был женат?

— Я — аномалия. Они никак не могут меня понять. Каждый раз, когда мы собираемся вместе, начинается дискуссия по поводу того, с кем они намереваются меня свести.

— А ты много девушек приводил к себе домой?

— Один раз я совершил эту ошибку. Но они все полюбили Карен. — С тех пор прошло много лет, но Рику все еще тяжело было говорить о ней.

— Карен?

— Когда-то я был с ней помолвлен.

— И что случилось потом? Не отвечай, я попробую угадать. Ты стоял с ней перед алтарем, а на вас смотрело триста гостей.

— Нет. — Пусть этот неприятный разговор закончится, молился про себя Рик. Переключись на другую тему. Но он не смог. По презрительному взгляду Лессы он понял, что она считает его холодным, эгоистичным ублюдком. — Она умерла. Я тогда учился в магистратуре. Я попросил Карен после работы прийти ко мне, и она была на полпути к дому, когда пьяный водитель ее сбил. Не думаю, что когда-нибудь смогу забыть тот злосчастный день.