Р.Дж. Льюис - Борден

себя.

— Говори, — потребовал он. — Расскажи мне о ваших отношениях.

— Я не собираюсь делиться с тобой деталями, — отвечая, стараюсь, чтобы голос

звучал ровно. — Тебе не удастся узнать больше. Я уже все тебе рассказала. Рассказала, как

мы встретились, и даже немного больше, но на этом все. Ничего больше.

Он смотрит на меня целую минуту, секунды тянутся тревожно медленно.

— Ты хочешь перейти к делу? — внезапно спросил он. — Хочешь, чтобы я вырезал

твое сердце прямо сейчас, а не чуть позже?

Дрожа как осиновый лист, я уставилась на нож и представляла его вонзающимся в

мою грудь.

— Я не понимаю, зачем ты делаешь это, — в отчаянии выкрикнула я, мои зубы

стучали. — Я хороший человек! Я никому не делала зла. Я ничем не заслужила этого.

— Как долго ты была с ним? — продолжил он, полностью игнорируя мои слова.

— Если он уехал четыре года назад, значит, он был только с тобой? Это правда?

Я просто молча смотрела на него.

— Один год с тобой ничего не значил для него? Не так ли?

— Спустя несколько месяцев после знакомства мы стали видеться каждый день.

— Вы открыто были любовниками? Твое окружение было в курсе?

— Нет, — прошептала я, рассеянно глядя мимо него, перебирая в памяти те

моменты моей жизни, которым не суждено повториться. — Мы встречались тайно. У нас

был свой собственный мир. Маркус был беден, но это не имело значения. Происхождение

тоже не имело значения. Мы оставляли за спиной жизнь с ее проблемами, когда были

вместе.

— Это был просто секс?

— И да, и нет. Это было... все. Иногда я приходила к нему, иногда он ко мне.

— Тебе всегда было хорошо с ним?

Я не заметила его сильного желания выяснить это и уверенно кивнула.

— Да.

Маркус исследовал каждый миллиметр моего тела, всегда сперва даря удовольствие

мне. Сам он сдерживался до конца. Но… даже тогда я чувствовала, что есть какая-то

другая сторона его сексуальности. Я не знала, какая именно, а он никогда не говорил об

этом. Но он сдерживался каждый раз, когда брал меня.

— И никто не знал? — мой убийца давил на меня.

— В конечном счете, узнали. Я стала отдаляться от всех, стала хуже «заметать

следы». После того, как я стала пренебрегать общением с друзьями и родителями, а мои

оценки снизились, люди стали что-то подозревать.

— Так он стал твоим миром.

— Да.

Больше ничего не волновало меня — только ощущать его и те ласки, которые он

дарил моему телу. Я могла быть открытой и рассказывать ему абсолютно все, он никогда

не осудил бы меня так, как другие.

— Кто узнал об этом?

Я вздохнула, переживая те страшные воспоминания.

— Мой отец.

И тогда все изменилось.

***

Маркус высадил меня в шесть утра, зная, что мой отец выходит к завтраку в семь. К

этому моменту мы были вместе уже около года, который ощущался как один день —

ослепительный и захватывающий. В созданном нами мире мы жили и дышали друг для

друга, каждый мой день завершался в его объятиях. Он уравновешивал меня, заставлял

чувствовать себя так, будто я могу изменить его жизнь. Я часто об этом вспоминаю.

По-моему, я была готова бросить учебу и предать ожидания отца. Свое будущее я

видела себя рядом с Маркусом, мы бы оба работали. Это могло быть возможным, не так

ли? Бедность меня не пугала. Меня не волновало ничего, кроме ощущения его полных губ

на моих губах.

— Позвони мне, — сказала я, целуя его. — Не заставляй меня снова ждать, Маркус.

Ты всегда так делаешь.

— Я позвоню тебе вечером, — пообещал он, нежно перебирая пальцами мои

волосы. — Я не заставлю тебя ждать, красавица.

Я подарила ему еще один плавящий сердце поцелуй, прежде чем войти в дом.

Выглядела я дерьмово — зеркало в лифте подтвердило мои подозрения. Моя юбка

измялась, волосы в беспорядке, от макияжа ничего не осталась — тушь, размазанная

вокруг глаз, делала меня похожей на енота. Да уж, у того, кто меня сейчас увидит, не

возникнет никаких сомнений, чем я занималась всю ночь.

Воспоминания заставили мои щеки вспыхнуть. Господи, своим языком он творил

такое… Мое тело заныло, стоило только подумать об этом, но у меня было мало времени.

Мне нужно было быстро принять душ, привести себя в порядок, расчесаться и мысленно

подготовиться к часовому допросу моего отца на тему «почему я не идеальная».

Я открыла дверь и поспешно вошла. Закрыв дверь и повернувшись, я резко

остановилась и подпрыгнула от удивления. Мой отец был здесь. Он стоял в центре моей

комнаты спиной к окну, в которое, скорее всего, видел, как я выходила из машины. Отец

был одет в костюм для гольфа. Конечно, в этот день он и его высокомерные приятели

обычно играли в гольф, но не сегодня. Улыбка сошла с его обычно безупречно

выглядящего лица, стоило ему взглянуть на меня. Он был очень зол. Чертовски зол. Я

вздрогнула, когда он сделал шаг в мою сторону.

— Так вот чем ты занимаешься! — закричал он, останавливаясь напротив и

осматривая меня с головы до ног. — Думаешь, твоя мать будет гордиться, узнав, что ты в

бандитском квартале кувыркаешься в постели с преступником, торгующем наркотой?

О, Боже мой, я чувствовала, что моя жизнь кончена.

Я не знала, как реагировать. Чувства были подобны хаосу. Как он догадался? Никто

не знал про Маркуса, даже мои самые близкие друзья.

— Ты следил за мной, — в ужасе прошептала я.

— Конечно, я следил за тобой, — сердито ответил он. — Ты мой единственный

ребенок, моя маленькая девочка. Неужели ты думаешь, что я буду сидеть сложа руки, в то

время как ты забросила учебу и стала избегать нас? Твоя мать расстроится, Кейт. Ты

поставила меня в ужасное положение. Ты делаешь это специально?

— Нет.

— Ты пытаешься бунтовать? — спросил он с болью в глазах. — Мы на тебя

слишком давим? Я плохой отец?

— Нет, папа, нет.

— Тогда почему?

— Это не имеет отношения к вам.

— Все, что касается тебя, имеет отношение к нам.

Мои глаза наполнились слезами.

— Я не специально. Мне понятен твой гнев, папа…

— Нет, — он резко покачал головой. — Это не злость, а разочарование. Я

действительно думал, что ты не такая, как все, но никогда не ожидал от тебя ничего

подобного. Бросить все ради этого мальчишки, преступника, который сейчас никто и

навсегда останется никем.

— Он хороший, отец. Я не была бы с ним, если бы он не был хорошим человеком…

— Я его проверил, Кейт. Он не является хорошим человеком. Парень не вылезает из