На седьмом небе - Лора Павлов

зазвонили, пока я торопливо шла через зал к Эмилии, которая сидела за столиком и разговаривала с каким-то парнем.

— Привет, — сказала она. — Я как раз собиралась тебя искать.

— Я тут. Вот, принесла, — я протянула ей бутылку.

— Спасибо. Это Бретт. Мы учились вместе в школе.

Я протянула руку:

— Привет. Я Элоиза.

— Да, именно так, — сказал он с флиртующей улыбкой. У него были светлые волосы, голубые глаза и уверенность, сочившаяся из каждой черты.

— Ох, берегись. Этот парень самый большой любитель флирта в округе, — заметила Эмилия.

— Эй, не будь занудой, Эм. Это называется дружелюбие, — он сверкнул белоснежной улыбкой.

— Приятно познакомиться.

Он поднял бутылку пива и чокнулся со мной.

— Взаимно. Очень приятно.

Я усмехнулась, а мой взгляд сам собой скользнул к барной стойке, где Кларк, допивая виски, не сводил с меня глаз.

Эмилия повернулась к другим друзьям, когда они подсели к нашему столику.

— Значит, ты тут вырос? — спросила я у Бретта.

— Да. Уехал в колледж, потом в юрфак, а вернулся только в прошлом году, — ответил он.

— Ты скучал по дому, да?

— У отца рак, и я хотел быть рядом, — его взгляд потеплел, он на секунду отвел глаза, но, повернувшись обратно, натянуто улыбнулся.

— Мне очень жаль это слышать. Наверное, вы с ним близки?

— Да. Бывают, конечно, стычки, — он усмехнулся. — Но он хороший человек. А мама все это тяжело переносит, так что я знал — мое возвращение поможет.

— Как он сейчас?

— На самом деле гораздо лучше. Похоже, химиотерапия работает. Мы живем одним днем.

Я кивнула.

— Отличные новости. Пусть он и дальше держится на этом пути к выздоровлению.

Я знала, как тяжело смотреть, как болеет родной человек. У мамы тоже был рак, когда я была маленькой, и последние месяцы с ней навсегда остались в моей памяти.

— Да, и я надеюсь. А ты откуда сама?

— Сейчас живу в Сан-Франциско. Работаю с командой Сан-Франциско Lions.

— Да ну? Значит, ты здесь из-за их звезды, Кларка Чедвика? — при этих словах я не пропустила, как у него напряглась челюсть.

— Да. Я физиотерапевт команды, но еще сертифицированный тренер, так что готовлю его к сезону.

— Ага, он ведь сильно повредил колено в финале, да?

— Для большинства это была бы катастрофа, но для Кларка — скорее легкое неудобство, — я усмехнулась.

— А-а… понятно, у нас тут фанатка Кларка Чедвика, — он закатил глаза.

— Я его физиотерапевт и часть команды, так что я фанатка всех игроков. Но если говорить о восстановлении после травм — он тот спортсмен, с которым хочется работать. Вкалывает, не ноет, а это редкость, — я попыталась перевести все в шутку. — Чувствую, ты его не фанат?

— Скажем так, у нас история, и мы больше не общаемся.

Интересно.

— Звучит как типичная мелодрама маленького города, — приподняла я бровь.

— Ну да, можно и так назвать. Но у меня за столом сегодня красивая женщина, и последнее, о чем я хочу говорить, это Кларк Чедвик.

Я сделала глоток пива.

— О чем хочешь поговорить?

— Хочу узнать о тебе. Где ты выросла? Есть ли братья или сестры? Как долго останешься? — он сделал паузу, а уголки губ изогнулись. — И пойдешь ли со мной ужинать завтра вечером?

Как я уже говорила, уверенность из него сочилась.

Он казался приятным, к тому же был другом Эмилии, так что немного безобидного флирта не помешает.

— Очень гладко.

— Я так и думал, — ухмыльнулся он. — Как насчет танца, а там сама решишь.

— У меня две левых ноги. Я уже достаточно опозорилась сегодня, — возразила я.

— Не думаю. Я не мог оторвать от тебя глаз, когда ты была на площадке.

— Трудно поверить, разве что ты любишь смотреть на катастрофы, — я рассмеялась, и в этот момент рядом возникла большая фигура.

— Извини, что прерываю, — сказал Кларк и тут же метнул взгляд на Бретта. Что между ними произошло, что они так друг друга не переваривают? — Можно тебя на минуту?

— Да, конечно, — я повернулась к Бретту. — Подожди, я скоро вернусь.

Я пошла за Кларком, он вывел меня через бар на улицу. Я заметила, что движения у него были немного скованы — значит, либо под джинсами был фиксатор, либо колено все еще болело. Он обернулся ко мне.

— Будь осторожна с этим парнем.

— Ты серьезно вытащил меня сюда, чтобы сказать это? — я уперла руки в бока. Наглость! Почему все вокруг считают своим долгом указывать мне, с кем общаться и как себя вести? Я не ребенок.

— Нет. Но стоило сказать. Он мудак.

— Спасибо за информацию. Он, кстати, о тебе высказался не так жестко, хотя ясно, что вы не лучшие друзья, — я покачала головой, не скрывая раздражения. — Я взрослая девочка, Красавчик. Не переживай.

Он отвернулся, сунул руки в карманы.

— Ладно.

— Ладно. Так ты хотел мне что-то сказать? Колено беспокоит? Есть проблемы?

— Нет. Все в порядке, — он фыркнул. — Хотел спросить, как думаешь, можно ли уже начинать бегать.

И ради этого вся срочность? О том, что мы уже обсуждали не раз?

— Бегать начнешь через пару недель. Но плавание — отличная альтернатива, и можешь заниматься сколько угодно.

— А ты вроде говорила, что завтра плавать нельзя, — он приподнял бровь.

— Ну да. Ты шесть дней подряд пашешь. Воскресенье — день отдыха. Твоему телу нужен полный день на восстановление перед новой нагрузкой.

Он отвел взгляд, и я заметила разочарование.

— Ладно.

Я усмехнулась.

— Так трудно отдыхать?

— Не знаю. Я привык больше двигаться. Чувствую, что не даю себе достаточно кардио.

В груди у меня кольнуло. Я сама перфекционистка, понимала это чувство слишком хорошо. Стоит не выложиться на сто процентов и кажется, что подводишь.

Кларк был интересным человеком. На вид расслабленный и спокойный, но его трудовая этика могла поспорить с любым спортсменом, которых я знала. Он гнал себя вперед, пока я его не останавливала.

— Слушай, ты и так работаешь на износ. Пять часов в день: физиотерапия, силовые, растяжка, плавание, ходьба, велосипед.

Он кивнул.

— Мне нравится разгонять пульс. Пропотеть.

Я представила, как именно Кларк Чедвик разгоняет пульс вне спортзала.

Что. Со. Мной.

Я тряхнула головой, отгоняя мысли, и строго сказала себе: хватит.

— Я понимаю. Но уверяю, нагрузок у тебя хватает. Сейчас начало подготовки. Мы постепенно вернем кардио через несколько недель. Нужно доверять мне.

— Я доверяю тебе, Уиз.

В его голосе прозвучало что-то трогательное, уязвимое.

— Спасибо. Я знаю, как сильно ты хочешь вернуться к бегу, и скажу сразу, как только решу, что ты готов. Но начнем мы медленно.

— Медленно — это не по