На седьмом небе - Лора Павлов

с толку. Она будоражила во мне то, что я знал — нужно задавить.

Она была максимально вне досягаемости.

Я смотрел, как она отбила мяч и дала Лулу «пять».

Явно не в первый раз на корте.

Я откинулся и просто наслаждался зрелищем.

Элоиза Гейбл только что встала на место рядом с моим братом в команде Chad-Six.

Эта девушка умела удивлять.

6

Элоиза

Мы провели в Booze & Brews уже больше часа, и я успела пару раз попробовать себя в линди-хопе, хотя ритм у меня всегда хромал. Эмилия старалась помочь, как могла, но в итоге я сдалась и пошла за напитком, чтобы немного передохнуть.

Бар был битком набит, явно одно из любимых местных заведений. Из колонок гремела кантри-музыка, а я пробиралась к большой деревянной стойке, которая образовывала квадрат посреди зала. Под ногами хрустели ореховые скорлупки, я вытерла пот со лба — вся вспотела после плясок.

Я уже познакомилась с несколькими друзьями Эмилии, все оказались милыми, но мне хотелось найти столик и просто понаблюдать за людьми.

Я заказала по бутылке пива для себя и для Эмилии.

— Пиклбол и линди-хоп. Ты женщина многих талантов, — раздался знакомый голос рядом, когда он встал возле меня.

Кларк Чедвик.

Запах виски и кедрового дерева тут же накрыл меня. Он стоял так близко, что его палец скользнул по моему на столешнице.

Может, это был алкоголь, а может — просто он сам.

Его запах, тепло его тела — все это действовало на меня.

Даже в спортзале этот мужчина умел производить впечатление.

Он источал шарм и был чертовски хорош собой.

Он легонько толкнул меня плечом, выдернув из оцепенения, пока я таращилась на него.

Я встряхнулась, нервно усмехнулась, будто просто задумалась.

Мне нужно было держаться профессионально.

Но находиться здесь, вне работы, с кантри-музыкой и двумя бутылками пива в крови — очевидно, разговаривать с ним было плохой идеей.

Ужасной идеей.

Может, самой худшей.

Я всегда думала, что он отлично выглядит в спортивной форме и в боксерах, но сегодня он выглядел так, что у меня затрепетал живот. На нем были темные джинсы и поношенные ковбойские сапоги. Белая футболка обтягивала широкую грудь, и я, облизывая губы, тут же спохватилась и заставила себя взять себя в руки.

— Держи, — Джэсси, одна из хозяйек бара и подруга Эмилии, подвинула ко мне две бутылки. Я уже полезла за наличными, но Кларк опередил меня и расплатился.

— Спасибо, но не стоило, — сказала я, разворачиваясь и прислоняясь спиной к стойке.

Его взгляд лениво скользнул по мне с головы до ног, и скрывать он этого даже не пытался. В зале я пару раз ловила его взгляд через зеркало, но никогда еще он не был настолько откровенен.

Очевидно, сегодня пил не только я.

— Меньшее, что я могу сделать, после того как ты выручила и заняла мое место на пиклболе, — сказал он, поблагодарив Джэсси, когда она подала ему стакан чистого виски. — Не осуждай. Во время сезона я не пью, а завтра мой единственный выходной за неделю от тренировок, так что позволяю себе немного расслабиться.

— Я не осуждаю, — сказала я, чувствуя, как сердце колотится от его близости.

Почему я нервничала?

Я же работаю с ним шесть дней в неделю.

Я поставила пиво на стойку. Мне стоило немедленно перестать пить.

— Нет? А что тогда, Уиз? — его голос был мягким, как шелк, уголки губ изогнулись в улыбке.

Господи. Метр восемьдесят с лишним чистого мужчины.

Широкие плечи, сильные руки, кубики на животе.

Светло-зеленые глаза, обрамленные длинными черными ресницами, за которые женщины готовы платить немалые деньги.

И я знала все эти детали только потому, что у меня на руках его досье как у физиотерапевта команды, а не потому, что постоянно украдкой на него смотрела.

Ну ладно, иногда смотрела.

Но рост был официальной информацией.

А остальное — просто… наблюдения.

— Можно воды? — попросила я, когда Джэсси принесла ему еще один виски.

Его губы дрогнули, будто он находил мою просьбу забавной.

— Я за то, чтобы быть гидратированной, — сказала я, схватив стакан воды и сделав несколько больших глотков, половину выпив залпом.

Мне срочно нужно было вывести алкоголь из организма.

— Никогда не повредит, — усмехнулся он. — Я пытался поймать тебя после игры, чтобы поблагодарить, но ты так быстро сбежала, что я не успел.

— Нужно было кое-что сделать. Но спасибо, я получила твое сообщение, — я пожала плечами.

— Просто решила не отвечать? — его голос был сплошной флирт.

— Спешила и не поняла, что ты ждешь ответа, — я прикусила губу.

Я знала, что он ждал. Он спросил, понравилось ли мне. Просто я считала, что лучше не писать ему о чем-то вне работы.

— Ты чертовски неплохо играешь в пиклбол. Спасла день. Истон бы взбесился, если бы ты облажалась, — он откинул голову и рассмеялся.

— Он немного перегибает, правда? — я покачала головой. — Ну серьезно, он правда считал, что ты должен был играть? Это же всего лишь пиклбол.

Я вздрогнула, когда его палец коснулся моих губ.

— Осторожней, Уиз. В семье Чедвиков за такие слова дерутся.

Я резко втянула воздух, и он убрал палец.

— Ну а моя главная забота — это ты.

— Значит, все-таки волнуешься, — сказал он с лукавой ухмылкой. — Я так и знал.

— Это моя работа. Если ты подведешь — подведу и я. А у меня на кону слишком многое.

Его взгляд смягчился, будто ему стало жаль, что дразнил.

— У нас у обоих многое на кону.

— Именно. Так что давай не будем рисковать из-за ерунды, которая может нам обоим дорого обойтись.

— Согласен, — он чокнулся со мной стаканом и залпом допил виски. — И, кстати, я не собирался бегать по корту. Я хотел доказать Истону, что не смогу стоять на месте и все равно выиграть чертову игру.

— Но тебе не следовало туда выходить. Стоило лишь повернуться не так и все. Это слишком рискованно сейчас.

— Тогда, может, хорошо, что ты рядом, — он наклонился ближе, пока музыка гремела со всех сторон. Край его губ коснулся мочки моего уха, и по мне пробежала дрожь.

Я залпом допила воду и схватила две бутылки пива.

— Да. Хорошо, что я здесь. По работе. Только по работе. Обожаю работу. Да, я трудоголик. Ладно, мне нужно отнести пиво Эмилии. Спасибо еще раз за то, что угостил. Увидимся в понедельник утром.

— Увидимся в понедельник, — подмигнул он.

Слишком уж он был гладким.

Чертовски гладким.

Все мои внутренние тревожные звоночки