Не потеряй нас - Ульяна Николаевна Романова

Тимур притормозил возле соседнего дома, сжал челюсти и повернулся ко мне.

– Я… здесь выйду, ладно? – пролепетала я.

– Боишься? – он говорил отрывисто, зло.

– Не хочу, чтобы вы снова поругались.

– Иди, – бросил он, с неприязнью глядя на Рому.

А я испугалась. Вспомнила, на что способен Тимур, и испугалась. За Рому, за себя. Казалось, что я нахожусь в клетке с диким зверем, и неизвестно, что придет ему в голову в следующий момент. Может позволить себя погладить, а может сожрать.

– Тимур, пожалуйста, не злись, – едва слышно попросила я.

– Вы встречаетесь?

– Нет! Он мой единственный друг, и я вообще не должна была с тобой…

– Кому не должна? Ему? – Тимур мотнул головой в сторону Ромы.

– Это нечестно.

– Почему же, Яся? – он говорил хрипло. – Он твой друг, я его избил, а ты два дня гуляешь со мной, надеясь… на что? Что твой друг не узнает? Или что ты своими глазками похлопаешь, и мы подружимся? Или ты вообще не думала?

– Я…

– Не думала, – Тимур зло ухмыльнулся.

– Я хотела сама ему сказать, – я вздернула подбородок, – попозже, когда он поправится.

– Вот как… Ну, ему легче. Иди скажи.

– О чем? О том, что мы дважды вместе прогулялись?

– Да. Так и скажи. Что ты проводишь время с тем, кто отправил его в травму на пару дней. Иди.

– Пока! – выдавила я, неловко выбираясь из машины.

Что он себе позволяет? Что я себе позволяю? Придумала себе спасителя, забыв, кто он и его друзья и на что они способны?

Дура. Боже, какая я дура!

Рома заметил меня, пошел в мою сторону, а Тимур вжал педаль газа в пол. Мотор заурчал на всю улицу. Машина проехала мимо Ромы, а Тимур назло нажал на клаксон, словно издеваясь надо мной.

Друг увидел, кто был за рулем, побледнел и рванул ко мне.

– Яся, ты в порядке? Что он хотел? Он тебя обидел? Не молчи ты!

Рома тряс меня за плечи, а я глотала злые слезы, посыпая голову пеплом.

– Не обидел, Ром. Все в порядке, – выдавила я. – Наоборот, спас.

– А ну-ка, пойдем, – Рома нахмурился.

Ромка усадил меня на качели, сел напротив и взглянул мне в лицо, пока я прятала глаза.

– Яся, ты знаешь, кто он? – осторожно спросил друг.

– Тимур.

– Тимур Гафаров. Он один из тех мудаков, которые избили меня недавно, он в их стае главный. Яся, он психопат и придурок. Что он от тебя хотел? Он приставал к тебе?

– Нет, – я шмыгнула носом.

– Говори, мартышка, – тихо попросил Ромка, – если он тебя обидел, я его убью, честно.

– Нет. Он мне помог вчера.

– Подробнее, – Рома был недоволен.

А я рассказала все события вчерашнего дня, умолчав только о том, что мы с Тимуром угнали машину.

– А сегодня он встретил меня с работы, и мы немного покатались, и болтали. Ром, он меня не обижал, даже не намекал на что-то… Наоборот, как будто заботился. Он показался мне неплохим человеком, и я хотела тебе завтра все рассказать, лично, не по телефону.

Ромка вздохнул, снял шапку и зарылся пальцами в волосы. Поднялся, сделал круг вокруг качелей и снова вернулся ко мне.

– Тимур Гафаров неплохой? Яська, ты в курсе, что он и его компания делают с такими наивными дурами, как ты? Ты вообще хоть что-то о нем знаешь?

– Совсем немного, – я низко опустила голову, уже не сдерживая слез.

Рома опустился на колени возле меня, взял мои ладони в свои и горячо заговорил:

– Не плачь. Мартышка, ты наивная, в сказки до сих пор веришь, живешь в своих грезах, где все вокруг хорошие и мудаки перевоспитываются. Только мы не в книжках, Яся. Такие, как он, не меняются. Он тебя поимеет и выбросит, как ненужную вещь, понимаешь? Это его фишка, он со всеми так делает. Ты наивная, чистая, светлая, а он просто хочет разнообразия. Мартышка, я всеми силами пытаюсь тебя оградить от этой грязи, а ты сама к нему в тачку садишься.

Я не могла даже себе признаться, что Тимур вызывал во мне смешанные чувства, и я поехала с ним не только поэтому. Он мне нравился. Тимур заставлял меня улыбаться, заставлял в бабочек в моем животе порхать, а тело трепетать. Меня к нему тянуло, как мотылька к огню.

– Ром, он пришел на следующий день после того, как тебя избили. Извинился за слова своего друга передо мной и сказал, что меня не тронут. Потом из толпы вытащил, напоил чаем, понял, что мне больно, и привез домой. И, если верить тебе, сегодня у него была отличная возможность со мной… Но он меня и пальцем не тронул, наоборот, когда я замерзла на улице, заставил сесть в машину и включил печку на полную, чтобы я согрелась.

– И ты уши развесила и поверила ему? – хмыкнул Ромка.

– Я ему верю. Верю, что он может быть хорошим человеком. Я не знаю, почему он стал таким, но знаю, что в глубине души…

– Яся, что ты несешь? Ты себя слышишь? – психанул Рома.

– Слышу. И ты мой друг, но…

– Если ты будешь с ним, то друга у тебя больше не будет, – отрезал Роман, – он тебя использует и выбросит. А мы с тобой дружим с самого детства.

Я чувствовала себя в ловушке, которую сама же для себя и построила. С одной стороны – единственный друг, а с другой… С другой – парень, который вызывал во мне чувства, который ничего не обещал, который…

Боже!

– Тебе решать! – выдавил Рома, развернулся и ушел, оставляя меня наедине со своими страхами.

– Рома! – позвала я, но он только отмахнулся и скрылся в подъезде.

Господи, зачем я вообще встретила Тимура? Зачем позволила этим чувствам проникнуть в сердце, зачем?

Я вытерла слезы, поднялась и побрела домой.

– Где тебя носило? – с порога налетела на меня мама.

– С Ромкой во дворе, – снимая куртку, тихо ответила я.

– Ты время видела?

– Прости, задержалась.

– Задержалась она… Мы с отцом волнуемся, ты трубку не берешь!

– Извини, я не слышала.

– Оглохла?

– Я спать пойду, – обходя маму по дуге, сообщила я.

– Я не договорила!

– Что не так? Когда папа выпьет, ты меня сама на улицу выгоняешь в это время.

– Ах ты поганка неблагодарная! Я тебя защищаю, отца отвлекаю, чтобы ты по шее не получила, а ты…

– Мам, мне уже восемнадцать.

– И что? Взрослая, да? Вот будешь жить отдельно, тогда сама правила устанавливай, а пока ты живешь у меня, то должна следовать моим правилам!

– Мам, время