Не потеряй нас - Ульяна Николаевна Романова

что девушка тебя не хочет и ее придется заставлять.

– Что еще про меня скажешь? – я забыл сделать затяжку.

– Что тебе нравится думать, что ты хулиган.

– Это как?

– Очень просто. Это все мишура. Маска твоя с мордой питбуля и вот это все – просто фантик. А в душе́ ты…

– Конфетка, млин, – заржал я.

Так меня еще никто не называл. Совсем. Никогда.

– Тебя трогают женские слезы, ты не оставляешь человека в беде.

Я ТЕБЯ не трогаю, и ТЕБЯ в беде не оставляю, ангел. На остальных мне плевать. Была бы на твоем месте любая другая, да хоть Мона Лиза или принцесса Диана – наплевал бы и прошел мимо.

Кажется, она сама себе нарисовала в голове образ меня. Знала бы она, какой я на самом деле.

А я… Впервые не хотел рушить ее грезы обо мне.

– Продолжай, – потребовал я.

– Думаю, что в душе́ ты добрый. И точно не насильник. А спросила я потому, что ехать нам долго туда и обратно, а меня дома ждут.

– Тебе лет сколько?

– Восемнадцать. Весной будет девятнадцать. В марте. А тебе?

– В марте будет двадцать три.

– Ого. А когда?

– Второго.

– А у меня двадцать второго, – она улыбнулась, а у меня, сука, зайчики перед глазами поплыли. Солнечные.

Красивая она. Нереальная. Чистая. Не потерявшая еще способность мечтать.

– Сними шапку, – хрипло потребовал я.

Сбавил скорость и повернулся к ней. Яся надула губки и медленно сняла шапку. Положила ее себе на колени и поправила волосы.

Белокурый ангел.

Она повела плечом, моргнула и посмотрела на меня из-под ресниц.

Сука.

– Тимур…

Она так мое имя произносила каждый раз, что у меня челюсти сводило.

– Что?

– Где ты работаешь? Или ты учишься?

– Я? Работаю.

– Где?

– На себя. Фрилансер я. Угоняю тачки, потом на запчасти разбираем и толкаем их. Еще иногда вскрываем тачки и выносим из них все ценное. Но! Только дорогие тачки. Робин Гуд я, беру у богатых, раздаю бедным.

– А я цветы продаю, – она вздохнула так, словно не поверила мне.

– Я видел. Красиво. Почему в универ не поступила? Или ты на заочке?

– Баллов не хватило, а на платное у меня денег нет. Я очень плохо училась в школе.

– Почему?

– Потому что сломала ногу.

– Это как-то влияет на мозг? – не понял я.

Яся рассмеялась. Громко, заливисто и, сука, заразительно.

– В моем случае, видимо, влияет, – она стерла слезинку с уголка глаза.

– Сочувствую. На кого ты хотела поступать? Подожди, сам угадаю. Филолог?

– Ненавижу классическую литературу, – призналась она.

– Учитель? Врач?

– На бухучет. Мне нравятся цифры. И я хорошо считаю.

– Здорово. А потом куда? В офис, бумажки перебирать?

– Наверное, это не так весело, как угонять машины, но интересно, тепло и стабильно.

– А машины угонять нестабильно?

– Не особо. Всегда есть вероятность, что тебя арестуют. Тут не до стабильности.

– Зато появится время читать. Ты мне списочек обещала.

– Напишешь мне адрес колонии, я тебе посылку пришлю.

– Договорились, – кивнул, удивленно на нее посматривая.

Она действительно не такая, как все. То ли правда волшебнутая, то ли мне не верит.

Думает, я ее специально пугаю или вру, чтобы круче показаться?

Я свернул с трассы на проселочную дорогу, проехал еще несколько метров и остановился на возвышении. С этого места весь город было видно как на ладони.

Заглушил мотор, сделал звук магнитолы погромче и развернулся к Ясе:

– Раздевайся.

– Не могу, вид очень красивый. Может, попозже?

– Ты очень странная.

Я протянул руку, подхватил прядь ее длинных волос и медленно наматывал на палец.

– Почему? Потому что верю, что в каждом есть что-то хорошее?

– Нет в людях хорошего, Яська.

– Если ты чего-то не видишь – это не значит, что этого нет! А если в твоем окружении нет хороших, то смени окружение. Или стань первым.

– И что мне за это будет?

– Ничего. Для души полезно. Один хороший поступок в день.

– А если ее нет? Души.

– У тебя она точно есть. Тебе нравится думать, что ее нет. Или ты ее спрятал от всех.

– Так, все, сеанс поиска моей души отложим на потом. Иначе ты меня сейчас ангелом добра и защитником света назначишь, а меня к такому жизнь не готовила.

– Все когда-то случается впервые.

Она развернулась, потянулась к замку, открыла дверь и выбралась на улицу, разминая ноги.

Вытянула руки и ловила падающие снежинки. А я завис, наблюдая за ней.

Вышел из машины, опираясь на дверь, и просто смотрел на девчонку, которая упала с облаков прямо ко мне под ноги. И не понимал, что с ней такой, наивно-бесстрашной, делать.

Она наклонилась и… Мне в лицо прилетела горсть снега.

– Шапку надень, – прорычал я, рукой стирая снежинки.

Яся шкодливо улыбнулась, натянула шапку, варежки и пикнуть не успела, как вместе со мной улетела в сугроб.

Пискнула, отползла, набрала горсть снега и снова бросила в меня.

– Это война, Ярослава! – предупредил я, чувствуя, как перехватывает дыхание.

Никогда, наверное, со дня ухода Камиля, я не дурачился вот так в снегу. Не до того было. Дрался в снегу – да, но чтобы так… Как пацан догонять девчонку, давая ей фору, позволять убежать – никогда. Специально поддавался, не уворачиваясь от снежков. Не чувствовал холода, не осознавал, сколько прошло времени.

Немного. Яся устала и тяжело задышала, начиная заваливаться вправо.

– Сдаюсь! – поднял я ладони вверх. – Садись в машину греться.

Усадил ее в салон, сам снял с нее мокрые варежки и шапку, включил печку на всю и взял крохотные ладони в свои, согревая. Двести двадцать по каждой нервной клетке хренакнули так, что меня подкинуло на месте.

Член давил на ширинку, отключая способность думать, а ангел хлопал ресницами и улыбался.

– Тимур, нам, наверное, пора, – прошептала она.

– Да. Пора.

Я нервно выпустил ее ладони, сжал зубы и глубоко вздохнул.

Снял машину с ручника и попытался вспомнить обратную дорогу.

– Согрелась? – спросил, когда сердце немного угомонилось в груди.

– Да. Спасибо.

– Хочешь, завтра снова приедем? Предупреди родителей, что ты будешь поздно.

– Я постараюсь, – она опустила голову.

– Значит, договорились.

До ее дома доехали слишком быстро. Или мне так показалось?

Я въехал во двор, Яська напряглась и попросила:

– Можешь остановиться за углом?

– Почему? – не понял я.

Отследил ее взгляд и понял. Рома, млять. Возле ее подъезда стоял этот мудак, спрятав руки в карманы куртки.

Мало мы его отделали, быстро в себя пришел…

Глава 10

Ярослава

Я вздрогнула, когда встретилась взглядом с Тимуром: он заметил Ромку у моего подъезда