Барбара Уилкинз - «Оскар» за имя

– Почему вы не сообщили мне, что Чарльз плохо себя чувствует? – спросила она Элеонор утром, когда та сидела одна в библиотеке, не глядя в открытую книгу, лежавшую у нее на коленях.

– Мы не хотели волновать тебя, дорогая, – ответила Элеонор. Она показала на диван, приглашая Рэли сесть рядом. – Тебе и так хватает забот со своей учебой.

– О, Элеонор, – нетерпеливо прервала ее Рэли.

– Мы пришли к правильному решению, – твердо заметила Элеонор. – Мы ездили в Хьюстон. Там в больнице они заставили Чарльза пройти миллион тестов и ничего не смогли обнаружить.

– Но почему он тогда так плохо выглядит? – поинтересовалась Рэли.

– С ним все в порядке, – ласково ответила Элеонор и погладила ее руку. – Теперь расскажи мне, как у тебя дела с учебой?

Рэли в течение нескольких минут ходила вокруг да около, но потом все рассказала Элеонор: что она не считает философию своим призванием, что ей кажется, что большинство великих философов было просто чокнутыми! И что ей нравится астрономия. Когда она в первый раз пришла на занятия, почувствовала себя живым и думающим существом. Что ей нравится и физика. Поэтому она серьезно подумывает о том, чтобы поменять факультет. Возможно, ее призвание астрофизика. Элеонор не отговаривала. Она заявила, что следует заниматься только тем, что тебе нравится. Что это самое лучшее, что могло случиться с ней, пока она учится в прекрасном университете: она нашла себя!

Потом Рэли рассказала ей о тех парнях, которые постоянно толклись рядом. Что она чувствует себя порой прямо-таки загнанным животным: они выслеживают и потом окружают ее, все это ей страшно мешает.

– Почему они так поступают? – грустно спросила Рэли.

– Ты очень красивая девушка, – ответила Элеонор.

– Но я ничего не делаю, чтобы привлечь их внимание, – раздраженно заметила Рэли. – Я не крашусь, я всегда очень скромно одета. Стараюсь быть незаметной: просто ползу по дороге, опустив вниз голову. Я хочу сказать, что девушка никогда не может себя свободно чувствовать, правда? Мне кажется, что все время следует быть настороже.

– Ну, можно сказать и так, – согласилась Элеонор, ласково улыбаясь.

– Боже, какую же чушь они несут! – продолжала жаловаться Рэли. – «Я хочу позаботиться о тебе!» Один парень, по имени Крейг, всегда говорит мне об этом. Зачем мне его забота! Меня оскорбляет, что он постоянно повторяет мне это.

– Дорогая моя, их так воспитывали, – продолжала Элеонор. – Если они кого-то любят, им хочется защитить этого человека… Это традиционное понимание.

– Ну, может, это и так, – согласилась Рэли. – Но мне это не нужно. Мне кажется, что и вы в этом не нуждаетесь. И как вы разрешили эту проблему, Элеонор?

– Все дело в том, чтобы решить, что же для тебя самое главное, – задумчиво ответила Элеонор. – Для меня всегда главным была моя работа. Потом появился Чарльз, и мне пришлось выбирать. Интеллектуальной личности трудно совместить любовь со своим призванием. В наши первые годы все было очень сложно. Я все это время не могла решить, чему я должна больше отдавать времени – занятиям философией или Чарльзу. Но потом мы приспособились друг к другу. Мне всегда было с ним хорошо, – добавила она. – Мне кажется, и Чарльзу тоже.

Рэли смотрела на нее, когда Элеонор зажгла еще одну сигарету. Ей стало страшно, облачко дыма было едва ли не более весомо, чем сама Элеонор. Она подумала о том, как ужасно выглядит Чарльз, и почти незаметно покачала головой.

– Но давай поговорим лучше о тебе, дорогая, – сказала Элеонор. – Тебе ведь уже восемнадцать! Большинство девушек начинают интересоваться молодыми людьми, когда они еще моложе тебя. Может быть, кто-то из твоих поклонников не так безнадежен, стоит только присмотреться. Ты никогда не была увлечена!

– Когда-то так было, – ответила Рэли. – Много лет назад.

Может быть, после этого разговора с Элеонор Рэли стала часто вспоминать о Туси. Она даже припомнила чувства, которые испытывала к нему в те прошлые дни ее жизни. Поэтому ей показалось, что она ошиблась, когда в студгородок прибыли три ассистента вместе с Бруно Беттлхеймом и один из них оказался Туси Хортоном.

Этого просто не могло быть!

Парень, которого готовили к тому, чтобы он стал видным издателем газет в Лос-Анджелесе, не мог оказаться здесь. Кроме того, он был совершенно не похож на Туси тех времен. Очень высокий, под два метра ростом, с резко выраженными скулами на загорелом лице.

Когда-то его черты были такими милыми и не сформировавшимися. Ей было легко узнать его по ушам, хорошей формы и плотно прилегающим к голове. Она вспомнила его руки с длинными и красивыми пальцами, ей всегда хотелось их потрогать. В серых глазах было все то же открытое и заинтересованное выражение, когда он взял ее руку и представился.

– Я – Туси Хортон, – сказал он.

– А я – Ли Фиск, – ответила она. Она видела, как на его лице появилось странное выражение: он пытался вспомнить, где и при каких обстоятельствах он ее раньше видел.

– Меня опекают Элеонор и Чарльз.

Она почувствовала, как он старался не выпалить что-то глупое, неожиданное, типа «как я скучал по вас». Она все понимала, потому что сама с трудом удерживалась, чтобы не сказать ему нечто подобное.

Потом ее охватили прежние чувства, она была счастлива, что снова увидела его.

В тот вечер Бруно Беттлхейм посвятил свой доклад теме символов в сказках и сделал это просто блестяще, но Рэли не могла полностью оценить его выступление. Она сидела в кресле с бокалом вина в руках, мало что слыша и понимая. Он вполне мог говорить на санскрите, ей было все равно. Перед ее глазами все время был образ Туси. Она вспоминала о нем как о своей первой влюбленности. И сейчас он снова здесь, сидит напротив. Рэли ощущала на себе его взгляд.

Не отдавая себе отчета в том, что она делает, Рэли встала и тихо прошла на террасу с видом на море. Он сразу же вышел следом. Рэли не сомневалась, что так и будет. Она чувствовала, что он стоит сзади, ощущала его дыхание… Рэли повернулась и посмотрела на него при свете луны. Это правда ты, подумала она. Я могу протянуть руку и прикоснуться к тебе.

– Какая чудесная ночь, – сказала она.

– Да, просто прелесть, – ответил Туси. В его голосе послышалась нотка недоверия. – Понимаете, со мной происходит что-то странное. Мне кажется, что мы уже раньше встречались.

Рэли улыбнулась: старые сказки, но на этот раз – все было правдой.

– Вам, наверное, уже говорили об этом раньше, – сказал он и улыбнулся ей.

– У меня такое же ощущение в отношении вас, – прошептала она и взяла его за руку.

Они пошли прогуляться, держась за руки. Их тела тесно прижимались друг к другу. Пена прибоя омывала ноги, но они ничего не замечали. Он что-то ей рассказывал о Гарварде и о том, как ему здесь нравится. Что перед ним открылись миры, о существовании которых он даже не подозревал. Она что-то говорила ему об университете в Чикаго и о том, что год назад она была в Бостоне, где выходила замуж ее лучшая подруга.