Юлия Кова - #20 восьмая

— А вы… — снова заводит он шарманку своего словоблудия.

— Простите, — холодно говорю я. Открываю сумку, достаю iPod, наушники и закрываю глаза.

Кажется, музыка убаюкала меня — я очнулась, когда услышала голос, искажённый динамиком:

— Дамы и господа, сейчас вам предложат сувениры из зоны «Duty Free». Все наши товары есть в буклете.

Порядочно подгулявший Денис начинает судорожно озираться вокруг, пытаясь сообразить, где лежит реклама. Сказать ему? Но тогда он вообще от меня не отстанет. И я протягиваю руку, чтобы показать ему пример: все буклеты нашего ряда заправлены в аккуратные сеточки, прикрепленные у переборки, отделяющей нас от бизнес-класса. Денис тут же выхватывает свой журнал и начинает его изучать. А я отлистываю на последнюю страницу, где под заголовком «Duty Free» первым номером идёт парфюм (надо будет Тане купить, чтобы отблагодарить её за поездку), солнцезащитные очки (о, моя страсть!) и — игрушки. Я приглядываюсь к брелоку за шестнадцать евро. На кольце красуется белый маленький «боинг» с надписью «SAS». Судя по описанию, у самолёта двигаются крылышки. Прелесть. Порывшись в сумке, достаю кошелек. Подплывает стюардесса с тележкой.

— Что-то заинтересовало? — ласково спрашивает она у меня.

— Да. Вот этот самолётик. И еще духи, «Opium», для моей подруги, — поймав её удивленный взгляд, зачем-то объясняю я.

Стюардесса кивает и протягивает мне две коробочки. Духи прячу в сумку, а самолётик устраивается на моей ладони. «Это для Макса, — думаю я, — ему точно понравится». А в процесс покупок уже вмешивается неукротимый Денис, закупая сразу три бутылки «Hennessy». Пытается перехватить мой взгляд (мол, впечатлена ли я его выбором?). Но я делаю вид, что не замечаю его потуг. Стюардесса отходит к другому ряду, я готовлюсь снова вставить наушники. И вот тут происходит то, что я чувствовала и подозревала. Из бизнес-класса на меня надвигается длинная тень с запахом «Fahrenheit». Вздрагиваю, и наушники шмякаются из моих рук прямо на ковролин пола.

— Забавно, — звучит сверху задумчивое. — Вам, очевидно, нравится, когда я вам в ноги кланяюсь?

Поднимаю голову, готовясь дать «Лёхе» отпор по всем статьям. В это время Андреев буквально стекает на корточки вниз, и мы сталкиваемся глазами. У Андреева они прозрачные, как стекло, за которым я вдруг прозреваю искры, разгорающиеся в очень опасное пламя. Когда в минуты близости Макс смотрел на меня, мне всегда представлялось, что меня укутывают в тёплый плед и усаживают к камину. А зрачки Андреева обманчиво легко протянули мне руку, готовясь сдёрнуть меня в самое пекло. Я непроизвольно сглатываю. Мне категорически не хватает воздуха. Андреев же, как ни в чём не бывало, спокойно кладёт наушники на мои колени, и, не опираясь на спинку моего сидения, легко встает. Наклоняю голову и стискиваю в руке самолётик. Мне жарко. Нет, мне холодно. Нет, я должна сейчас встать и уйти. Нет, я ничего не должна ему!

— Молодой человек, вас как зовут? — между тем спрашивает кого-то Андреев.

«Ах, так он не ко мне шёл?» Мне сразу становится легче.

— Де-Денис, — почему-то отвечает сосед.

— Очень хорошо, Денис, — ведёт голос Андреева. — А меня зовут Алексеем Михайловичем. Вы, как я понимаю, на саммит? Так?

— Да, — теперь Денис сглатывает. — А вы кто?

«Бабник он!»

— А я руководитель вашего круглого стола. — Перед моим носом возникают ухоженные мужские пальцы, причём между указательным и средним зажата визитка Алексея Михайловича. Денис с пьяной самоотверженностью вцепляется в неё. Пробегает глазами и вскидывает на «Лёху» восхищённые глаза.

— Очень, очень приятно, Алексей Михайлович. У меня к вам столько вопросов. Я как раз хотел к вам на круглом столе подойти. — Денис начинает судорожно рыться в карманах. Потом заливается краской: — А я… а мои в сумке… и я...

— Ничего страшного, — барским тоном начальника, выдающего бонус, отвечает Андреев. — Потом мне отдадите. А пока не окажете мне одну любезность? Не посидите за меня в бизнес-классе? А то у меня там вещи.

— И — что? — Денис не догоняет. Зато догоняю я.

— К сожалению, не получится, — медовым (но дрожащим) голосом объявляю я. — Стюардесса не пустит в бизнес-салон пассажира из эконом-класса.

— Правда? — тут же сдувается Денис.

— Да ладно, — лыбится «Лёха». Его длинные ноги делают шаг к переборке, и он зовёт: — Аня, Анечка, подойдите сюда.

В «coach» вспархивает стюардесса.

— Да, Алексей Михайлович? — поёт она, преданно глядя на Андреева.

— Анечка, можно Денис посидит на моём месте?

— Можно, — сдаёт меня Анечка.

— Спасибо, дорогая. И VSOP Денису налейте, — повелевает Андреев.

«Нет слов. Ваще. Так говорит Сиротина». Мне остаётся только подпереть дрожащей рукой подбородок, в другой сжать самолётик и беспомощно наблюдать, как окрылённый Денис чешет за переборку. А «Лёха», изгнав нежеланного свидетеля, преспокойно садится рядом.

— Ну привет, Ларионова, — в своей интимной манере весело начинает он, и кладет ладонь рядом с моим подлокотником.

— И снова здравствуйте, — холодно отвечаю я, убирая локоть подальше.

— И эта вся твоя благодарность за спасение от пьяного насильника? — Андреев улыбается.

— А мы что, уже на «ты»? Мы же с вами вроде как на брудершафт не пили.

Андреев задумчиво оглядывает меня:

— Хорошо, Лена. Как и Денис, можешь обращаться ко мне на «вы» и по имени-отчеству.

Пауза. Следом мысль: «Ну, ничего себе…» И вот тут во мне взыграло ретивое. Вместо того, чтобы судорожно вздохнуть, что со мной случалось в минуты злости или растерянности, набираю воздух в лёгкие — и в последний момент передумываю устраивать «Лёхе» укорот. Действительно, зачем мне скандалить с высокопоставленным сотрудником «Systems One», который уже завтра будет оценивать моё выступление на круглом столе? Тем более, что в игру, предложенную им, можно играть вдвоём. Вопрос только, кто первым не выдержит.

— Как скажете, Алексей Михайлович, — подобострастно отвечаю я. — Вам видней...

— Вот именно.

— …вы ведь в возрасте почтенном, — невинно заканчиваю я свою мысль и победоносно фыркаю. А Андреев смеётся. У него приятный смех — глубокий и искренний, он почти убивает мой страх перед ним, и я расправляю плечи.

— А знаешь, ты мне нравишься, — отсмеявшись, заявляет мне «Лёха».

— А вы мне — нет.

— А ещё мне нравится, как ты произнесла моё имя, — задумчиво говорит Андреев. — Повтори ещё раз. И скажи ещё что-нибудь. Ну, давай… кошечка.

Я ошеломлённо распахиваю глаза. Андреев же удовлетворённо прикрывает свои ясные очи, стекает вниз по сидению и кладет ногу на ногу. Он явно ожидает свой приз.