Обожженная изменой. Выбор шейха - Виктория Борисовна Волкова

— Куда это вы? У нас урок. Зачем вы уводите девочку? — растерянно шипит Сара. Кидается к нам, но тут ей дорогу преграждает Нурания со спицей.

— Еще дернешься, и я проколю тебе глаз, — угрожающе заверяет училку.

— Что вы себе позволяете? — кричит та. — Безобразие какое-то! Верните принцессу! У нее урок! — обогнув Нуранию, догоняет меня и, схватив за плечо, разворачивает, вцепившись пальцами в абайю.

Старенькие завязки рвутся. Полы отходят в сторону, открывая на всеобщее обозрение ожерелье с аквамаринами.

— Так это ты! Ты украла! А на меня свалила! Стража, схватите ее! — истерично вопит англичанка.

Дверь распахивается, и я в ужасе смотрю, как в комнату врываются гвардейцы шейха, а затем и сам Рашид. В черном мундире и таком же тюрбане. С кинжалом в украшенных бриллиантами ножнах на поясе, с золотыми аксельбантами правитель Реджистана кажется надменным и совершенно далеким от простых смертных.

Настоящий король!

— Что здесь происходит, Муниса? — строго обращается ко мне, игнорируя всех остальных. — Почему урок сорван?

Машинально расправляю плечи и задираю подбородок чуть повыше. Спокойно и четко, словно на переговорах, докладываю на английском. Пусть мерзкая гусыня поймет, во что вляпалась.

— Это ложь! Она лгунья и воровка! Это она украла ожерелье, которое вы ищете! — вопит Сара, но Рашид пресекает крики одним взглядом.

Мельком смотрит на кого-то из охраны, и англичанка тут же оказывается в оцеплении.

— Говори, — поворачивается ко мне. В черных, будто маслины, глазах плавится адская смесь. Необузданное желание и ярость правителя.

— Я уже все сказала, Рашид — выдыхаю и осекаюсь на полуслове. — Ваше величество, то есть…

— Спасибо, Муниса, — пытается сохранить строгое выражение лица шейх Реджистана. — Вы уволены, — бросает, мимоходом глянув на побледневшую Сару. — И клянусь Аллахом, нигде в мире вы больше не найдете приличной работы.

— Ваше величество, я… — блеет сзади Сара, но Рашид словно забывает о ней и обращается ко мне и к дочери.

— Предлагаю прогуляться по саду, леди.

— А как же послы? — охаю я. — Они же к тебе приехали…

— Нет. К Камалю, на заседание совета министров. А я был на военном совете и уже освободился, — мотает головой шейх и по-хозяйски берет меня за руку. — Хватит спорить, Муниса. Я устал.

Глава 10

— В парк я не хочу, папа! — тут же встревает в разговор Ясмин. — Давай лучше поедем в город! Я хочу на рынок.

— Пока могу предложить только парк, — отрезает Рашид. — У меня всего час свободного времени. Не хочешь, не ходи. — Ставит на место непослушную дочь.

Но я моментально улавливаю сдерживаемую ярость Рашида. На его скулах появляются желваки, а в глазах полыхает гнев. И я понимаю Рашида, как никто другой. Какая-то мерзкая баба обзывала единственную любимую дочку шейха, насмехалась над ней. Да я бы порвала за Ирку! И за Борика тоже.

«Дети мои, дети», — тянет под ложечкой от безысходности. Но все равно улыбаюсь Рашиду. От него все зависит. И моя жизнь тоже!

— Пойдем, Муниса, — берет он меня за руку.

— Я с вами, — бежит вперед Ясмин. Быстро спускается по мраморной лестнице и выскакивает в сад из точно такой же арки, что ведет в мои покои.

Оглядываюсь по сторонам, пытаясь сориентироваться и не могу. Сложно тут все. Не понимаю, как устроен дворец. Настоящий лабиринт! Связанные между собой галереями отдельные здания? Или оно одно, но с разными отсеками, которые никак не сообщаются друг с другом.

— Это сад Ясмин, — ведет меня к фонтану Рашид.

А я могу поклясться, что где-то здесь стоял шатер в нашу первую ночь. Настолько все одинаковое.

— А мой? — оглядываюсь по сторонам.

— Там, — мимоходом кивает Рашид на высокую стену, выкрашенную в грязно-розовый цвет. А потом останавливается, смотрит на солнце и показывает в противоположном направлении. — Нет, с другой стороны. Я сам часто путаюсь, Муниса, — признается небрежно. — Хотя все чертежи видел много раз и могу ориентироваться.

— А можно мне посмотреть? — прикидываюсь дурой. Нужно хотя бы понимать, где главная лестница, и как из дворца шейха выйти на улицу.

«Зачем тебе?» — словно почуяв опасность, вопит здравый смысл. Что ты будешь делать одна в чужом городе? Без денег и трусов? Куда подашься? В какое посольство?

Да и Рашид предпримет меры. Точно поймает и запрет. И тогда золотая клетка сменится на железную с острыми прутьями. Из нее я точно не выберусь.

— Что посмотреть? План дворца? — насмешливо смотрит на меня Рашид, убирает назад мои выбившиеся из-под платка волосы. — Обычный дворец. Разделен только на несколько закрытых друг от друга апартаментов. У моего деда был гарем. Он занимал заднюю часть здания. Сейчас там крытый бассейн и сад для горожан. А тут и в твоей части дворца жили младшие жены моего отца. Убранство, парк — все должно было в точности совпадать. Есть еще апартаменты моей матери — первой жены шейха Али и матери наследника. Сейчас они пустуют, — тяжело сглатывает Рашид и ведет меня вглубь небольшого парка.

Смотрю на деревья, сплошь усыпанные спелыми апельсинами, на цветущие кусты роз, на фонтаны, бьющие разноцветными струями. Очень красиво. И это все в пустыне?

— Идите сюда! — кричит Ясмин, взбираясь на батут, установленный на лужайке с изумрудной травой. — Смотрите, как я умею!

Вздрагиваю, услышав триггерную фразу. Сердце обмирает и пропускает удар. Обычно с этим воплем и происходят все неприятности. Помню, как Зорин взял мотоцикл у друга и решил полихачить.

— Смотри, как я умею! — крикнул мне, повилял, разгоняясь, и на скорости въехал в чужие ворота.

Вместо отдыха на даче друзей мы весь вечер провели в травмпункте. Николаю зашивали раны, накладывали гипс на поломанную руку.

А мы с Бориком сидели в коридоре на деревянных откидных креслах и ждали нашего папу.

— Если решила прыгать, соберись! — четко по-военному приказывает дочери Рашид.

— Я готова, папа! — кричит она.

И шейх отдает следующую команду.

— Давай, Ясмин!

Резкий голос Рашида заставляет меня прийти в чувство. Не такой уж он добренький и ласковый, каким бывает со мной.

— Ясмин, ноги! — приказывает резко. И девочка послушно пружинит на батуте.

— Теперь пошла! — снова велит Рашид. И Ясмин отталкивается, норовя подпрыгнуть повыше.

— Не бойся, она умеет, — целует мои пальцы. — Ты аж побледнела, Муниса.

— Нет, нет, ничего, — кошусь на довольную Ясмин, перевожу взгляд на Рашида. — Все в порядке. Просто очень жарко.

— По-моему ты врешь, — по-хозяйски ведет он большим пальцем по моей щеке и заглядывает мне в глаза, словно хочет забрать себе мою душу. — Перестань вспоминать, Муниса. Не изводи себя. Он недостоин, — шепчет хрипло. — Я до