Фальшивое свидание - Мерфи Моника

В моей голове проносятся образы – сколько нарядов я могла бы надеть с ними на работу!

У Марло есть лабутены, и еще у одной моей коллеги, но она встречается с очень богатым мужчиной намного старше, который любит осыпать ее дорогими подарками.

Похоже, у меня тоже появился желающий осыпать меня дорогими подарками.

Уф. Ненавижу, когда голос в моей голове так сильно напоминает Кэролайн.

К черту! Я надеваю вторую туфлю и делаю несколько неуверенных шагов по кухне. Я даже не пошатнулась – привыкла каждый день носить каблуки на работу. Благодаря этим двенадцатисантиметровым каблукам я чувствую себя такой высокой. Эти туфли сидят на мне как мечта. Выглядят как мечта. Да они и есть мечта. Чувствую себя Золушкой.

Но Джаред Гейнс – не мой прекрасный принц.

Вздохнув, снимаю туфли и кладу их в коробку, стараясь не поцарапать их друг о дружку. Я заворачиваю их в бумагу, кладу крышку на место и собираюсь положить в упаковочную коробку, но замечаю маленькую записку.

Занервничав, беру карточку, переворачиваю ее и вижу знакомый уверенный почерк.

Вы меня игнорируете. Что мне нужно сделать, чтобы добиться ответа?

Дж. Г.

Сердце едва не выскакивает из груди, когда я перечитываю написанное. Я игнорирую его? Он прав.

Наступает момент осознания, и мне хочется хлопнуть себя по лбу. Он хочет, чтобы я ответила. Чтобы пришла к нему в офис или позвонила ему – у нас в магазине есть его номер.

Хм… так что же ему нужно сделать, чтобы получить ответ?

Определенно не пара лабутенов.

Глава 8

Сара

Как женщина, которую в мире ничего не заботит (в терминологии Стеллы – все побоку), я заявляюсь в «Блаженство» на следующее утро в своей любимой черной юбке-карандаш, черной рубашке с белым кружевным воротничком и перламутровыми пуговицами. И в лабутенах. Знаю, знаю, я обещала их вернуть… но, знаете, к черту. В конце концов, это подарок.

Эти туфли придают мне уверенности. Кто бы мог подумать, что из-за пары туфель женщина может себя чувствовать так. Удивительно. Чувствую себя чертовой королевой, когда вхожу в «Блаженство» и прохожу в подсобку, чтобы отметить время начала работы.

– Классные туфли, – отмечает Бетани, наблюдая за мной, скрестив руки и приподняв тонкие брови. Я не испытываю к ней неприязни, но она – не мой человек. У нас с ней дело никогда не доходило дальше поверхностных разговоров. Так было всегда. Мы хорошо ладим на работе, но я не могу считать ее близкой подругой. И уж точно не могу представить ее в нашей девчачьей компании.

И это нормально. Я знаю, что у нее есть своя компания. К тому же я знаю, что она влюблена в одного из клиентов «Блаженства». В Джареда, кхм-кхм, Гейнса.

Она упадет, если узнает, кто подарил мне эти туфли.

– Спасибо, – отвечаю я, быстро улыбнувшись и убрав сумочку в ящик стола. Надеюсь, она не спросит, где я их взяла.

– И где ты их взяла?

Черт.

– Эм… – У меня в голове каша. – Подарила. Подружка.

Не совсем правда, но и не совсем ложь.

– Вот это подружка! Мне бы таких, – говорит она иронично. – Неудобно спрашивать, но туфли подлинные?

Я бы, наверное, тоже спросила, если бы Бетани в один прекрасный день вдруг появилась в таких туфлях. Для этого мы достаточно хорошо друг друга знаем.

– Не уверена. Она сказала, что купила их на eBay.

Я не люблю врать, но не могу сказать ей правду.

– Подделка, – заключает Бетани, словно является авторитетным экспертом. – То есть надеюсь, что все-таки нет, но на eBay нужно покупать осторожно, понимаешь? Там так много мошенников.

Я не отвечаю. У меня возникает искушение спросить ее о том, как ей поработалось с Джаредом. Что он сделал? Что сказал? Это она дала ему мой адрес? Она уходит в другой конец магазина. Наверное, раскладывать трусики и перевешивать лифчики.

Я решаю переждать пару минут и подхожу к треснувшему зеркалу в полный рост. Раньше оно было в одной из примерочных, но, после того как треснуло, Марло принесла его в подсобку для нас.

Трещина проходит по правому краю, поэтому не сильно мешает, если хочешь на себя посмотреть.

Чертовски классный наряд. И прическа шикарная. Я помыла голову позавчера вечером, а волосы всегда лучше лежат, когда немного грязные. Спасибо, Господи, за существование сухого шампуня.

Улыбаясь, выхожу из подсобки и направляюсь ко входу, перебирая пальцами ключи.

– Мы готовы? – спрашиваю я Бетани, остановившись у двери. Она поправляет бледно-розовый бюстгальтер на одной из вешалок и отвечает:

– Ага. Пойду включу музыку.

Пока я отпирала двери, она уже ушла. Я приоткрываю одну дверь и смотрю, какая на улице погода. Небо затянуто тучами. Туманно. Тоскливо. Добро пожаловать на полуостров Монтерей, где почти каждое утро вы можете лицезреть туман.

Я собираюсь закрыть дверь, когда замечаю женщину с огромным букетом цветов, которая направляется в мою сторону. Цветы великолепны. Букет в деревенском стиле, какие я часто вижу в социальных сетях. Не знаю, как их еще описать. Цветы в высокой стеклянной банке, в верхней части которой красуется бантик из бечевки.

Букет пестрит цветами; в нем подсолнухи, розы, лилии. Он прекрасен. Обладательница букета – просто счастливица. Если бы их доставляли сюда, я бы предположила, что цветы для Марло. Ей их иногда дарят. Клиенты. Другие фирмы. Таинственные люди, о которых она не рассказывает.

– Извините, – зовет женщина, – Вы не придержите дверь?

Я выполняю просьбу и удивляюсь, когда она входит в магазин. Может, я была права и букет для Марло?

– У вас доставка для кого-то из сотрудниц? – спрашиваю я недоверчиво.

– Да. – Она проходит к кассе и ставит цветы на стойку, затем поворачивается ко мне и достает из кармана телефон, прищурившись, глядя в экран.

– Сара Харрисон здесь работает?

Я открываю рот от удивления, что-то пропищав, как мышка. Ну или как идиотка.

Но мне все равно, я в таком шоке, что не могу подобрать слов. Женщина смотрит на меня.

– А, это вы Сара Харрисон?

Я киваю, все еще не в силах говорить.

– Вот. – Она протягивает мне телефон. – Распишитесь здесь.

Я расписываюсь, не глядя на букет. И заманчивую открытку в нем.

– Спасибо. Хорошего дня, – желает женщина и выбегает из магазина.

Выпустив сдерживаемый вздох, я поворачиваюсь и изучаю букет. Вблизи он еще красивее. А пахнет как! Чтобы услышать аромат, не нужно даже наклоняться. Я чувствую запах цветов, стоя рядом со стойкой.

Я беру открытку. Во мне разгорается предвкушение. Я сжимаю ее пальцами. Почти не хочу открывать ее. В интриге есть что-то такое…

– Ого. Этот букет просто гигантский, – отмечает Бетани, входя в комнату.

Она подходит к стойке, протягивает руку и проводит кончиками пальцев по лепесткам. Возникает соблазн попросить ее отойти.

– Чье это?

Каким-то образом я умудряюсь сообразить.

– Это для Марло. Разве они не великолепны?

– Потрясающе. – Она наклоняется и нюхает цветы. – Стоят, наверное, кучу денег.

Да уж, даже представить не могу, во сколько ему обошлась эта затея.

– Ага, наверное.

– Давай отнесем его ей в кабинет? – Бетани тянется к букету, готовая поднять его, и я начинаю лепетать.

– Нет, нет, нет. Для начала надо сообщить ей о букете. Тебе не кажется, что это хорошая идея? Может, она захочет, чтобы он стоял здесь.

На вопросительный взгляд Бетани я продолжаю:

– А может, ты и права, и она захочет забрать его в кабинет. Я узнаю и скажу тебе. – Я ухожу в подсобку прежде, чем Бетани успевает задать следующий вопрос, раздраженная из-за чепухи, которую я ей наговорила.

Сжимаю открытку в ладони так сильно, что острый край впивается в кожу, и я морщусь от боли.

Ух. Видите, что этот мужчина со мной делает?

Присылает мне цветы, заставляет нести какую-то ерунду, а теперь я из-за него чувствую боль. Точнее, из-за его открытки. В общем, вы поняли.