Дженнифер Льюис - Месть, любовь и косметика

— К счастью, я знаю, что ты никогда не действовал из мести. — Он похлопал Доминика по колену. — Ты слишком добр ко мне и даже не хочешь принять то, что я тебе предлагаю.

Доминик сделал поспешный глоток виски. Он знал, что Таррант Хардкастл — прирожденный манипулятор. Сейчас нельзя поддаваться эмоциям.

— У тебя есть то, что меня интересует, — холодным тоном произнес он.

Таррант удивленно поднял седую бровь.

Доминик оперся локтями о стол.

— Ты помнишь сеть аптек Лестера?

— Да, они находятся где-то на Среднем Западе, — Таррант взмахнул сигарой. — Разве я их покупал? Не помню.

— Покупал, — прямо сказал Доминик. — Я вложил в них двенадцать миллионов долларов, а ты купил их за одиннадцать.

Таррант какое-то время пристально смотрел на Доминика, потом улыбнулся, и его лицо просияло.

— Так это был ты?!

— Это был я, — Доминик едва сдержал улыбку.

— Если бы я об этом знал, дорогой мальчик… — он поднял бокал с виски. — Забирай их! Аптеки твои.

— Мне не нужны подарки.

— Тогда купи их у меня за пятьдесят баксов, — Таррант прищурился. — Я приобрел их, желая отомстить одному парню из департамента. Мне стыдно. На этом свете многие хотят моей смерти, и я не виню их.

— Ты не умрешь, — с уверенностью сказал Доминик.

— Если бы это могло быть правдой… — Таррант взмахнул сигарой и жестом приказал официанту наполнить бокалы. — Так чем ты решил заняться?

— Хочу создать сеть универсамов на Среднем Западе.

Таррант нахмурился:

— Там у тебя вряд ли будут большие продажи. Хотя… ты можешь добиться всего, чего захочешь. Твоя мать рассказывала мне, что ты начал торговать, едва научившись читать.

— Она немного преувеличивает.

— Я думаю, она всегда хотела, чтобы я чувствовал себя виноватым. Но я горжусь тобой. — Таррант потрепал Доминика по колену, и на глаза его навернулись слезы.

Доминик резко вздохнул.

— Пообещай мне кое-что, — Таррант наклонился к сыну.

В груди Доминика что-то сжалось.

— Это зависит от того, о чем ты попросишь.

Таррант улыбнулся:

— Я прошу тебя постараться не походить на меня.

Доминик нахмурился. Резкий аромат одеколона Тарранта бил ему в ноздри.

— Я всю свою жизнь только и делал, что развлекался и зарабатывал деньги, — продолжал Таррант. — Все это хорошо, но в жизни не главное. — Он нахмурился. — Самое главное, мой мальчик, — это честь. Именно ее у меня не было. Будь благороден, и люди станут уважать тебя, даже доверять тебе. Ведь именно таким должен быть настоящий лидер.

Доминик пальцем ослабил узел галстука:

— Меня этому учила мама.

— Ты прислушивайся к ней, она хорошая женщина. Я не заслуживал ее, — он с горечью рассмеялся.

В голове Доминика с бешеной скоростью кружились мысли. Таррант разозлится, узнав, что его сын потакает Белле Эндрюс, которая изнутри подрывает статус компании. С какой стати Доминику ее защищать? Ведь он предупреждал Беллу о возможных последствиях.

— Папа… — неуверенно протянул он, и Таррант внимательно посмотрел на него, — в лаборатории возникла проблема.

— Какая?

— Речь о Белле Эндрюс. Она считает, что ты обманул ее отца, и хочет вернуть себе его разработку.

Таррант не сводил с него взгляда:

— Откуда ты об этом узнал?

— Она сама мне сказала. — Доминик старался не обращать внимания на ноющую боль в груди.

Его отец поднял брови:

— Кто, черт побери, был ее отец, и какое отношение он имеет ко мне?

— Это был ученый по имени Бела Сорос. Важнейшая часть исследований, которые сейчас проводятся в компании, основана на его разработке. Что-то, связанное с нанотехнологиями и выравниванием текстурной поверхности.

Таррант отмахнулся сигарой:

— Я не знаю всей этой научной терминологии. Если Крески когда-либо советовал мне купить какую-нибудь научную разработку, я это делал. Год назад он уволился, и Белла заняла его место.

— Кажется, она считает, что ты слишком мало заплатил ее отцу.

— Все возможно, — Таррант прищурился и затянулся сигарой. — Я ведь прежде всего бизнесмен.

— Ее отец умер, а мать живет в бедности. Поэтому она хочет вернуть себе разработку отца.

Таррант моргнул:

— Я уже весь дрожу от страха! И как она намерена поступить?

Доминик сделал глубокий вдох, стараясь успокоиться.

— Она хочет найти доказательство того, что ты заплатил слишком мало, а потом подать на тебя в суд.

— До суда не дойдет, потому что я увольняю ее, — в ярости рявкнул Таррант, доставая из кармана телефон.

— Погоди! Она делает это потому, что ее мать может лишиться дома.

— А мне какое дело? Если ее отец продал мне свое чертово открытие, значит, оно мое. И мне кажется, что я не зря его купил, — он фыркнул. — Какой номер в отделе кадров?

— Папа, — намеренно мягко произнес Доминик. — Исследования, которые она сейчас проводит, подходят к концу. Если ты сейчас ее отпустишь, особенно когда она рассержена, она может разболтать секретные сведения другой фирме.

Таррант выпустил струю сигарного дыма.

— Что-то подсказывает мне, будто у тебя есть план действий.

— Пусть она останется в компании, а я присмотрю за ней. Пусть закончит работу над проектом. Я уже разговаривал с ней и сделаю это еще раз. Мне кажется, ее можно переубедить.

Таррант прищурился так, что его глаза превратились в узкие щелочки.

— Что-то ты слишком печешься о мисс Эндрюс… или как там ее настоящая фамилия? — Таррант растянул губы в ухмылке. — Она ведь красотка. Среди ученых такие редко встречаются.

Доминик готов был поспорить, что Белла — самая красивая из знакомых ему женщин.

— Она умна и способна привести компанию к очередному успеху. Ученые похожи на актеров. И те и другие иначе видят мир, поэтому к ним нужен особый подход, — он наклонился к отцу. — Их своеобразность позволяет нам зарабатывать хорошие деньги.

— Хм, — Таррант пожал плечами. — Мне всегда нравилась пословица: «С врагом гляди в оба и держи его ближе к себе». Я, к сожалению, действовал иначе, пуская в ход месть, но сейчас другие времена, — он поднял бокал с виски. — За новые времена!

Доминику очень не хотелось выпивать под этот тост, но все же он подчинился.

Итак, Белла пока будет находиться в безопасности.

— Я прикажу охране не спускать с нее глаз, — сказал Таррант. — Или ты хочешь сам наблюдать за ней?

— Я послежу за Беллой, — Доминик поставил бокал на стол. — А сейчас заеду в лабораторию и заберу оттуда кое-какие документы.

Таррант медленно кивнул:

— Ты совсем не похож на меня, это хорошо. Мне это нравится.