Дженнифер Льюис - Месть, любовь и косметика

— Кажется, мы с ней одногодки.

Доминик покачал головой:

— Зачем некоторые мужчины так стремятся жениться на женщинах в два раза моложе их самих?

— Я думала, что этого хотят все мужчины. Кроме того, можно отлично скрывать свой возраст. Вот, например, мне может быть уже пятьдесят лет.

Он хохотнул:

— Тогда ты была бы сварливее.

— Я сварлива! — заявила Белла.

— Да, и мне это нравится.

Они принялись за еду, однако внезапно начался сильный дождь.

— Я снимаю квартиру в соседнем здании, — сказал Доминик, беря тарелки. — Пошли!

Белла открыла рот, чтобы запротестовать, но поняла, что это бесполезно.

На пороге его квартиры, расположенной на верхнем этаже, она остановилась и гляделась. Повсюду торжествовал практичный минимализм.

— Настоящая холостяцкая берлога, — сказала она.

— Согласен, — он снял пиджак и закатал рукава рубашки. — Иди обедать!

— Перестань указывать мне, что делать.

— Я не переживу, если такая вкусная еда пропадет. У меня насчет этого пунктик. Дело в том, что я занимаюсь торговлей продуктами, — он наклонил голову набок и лукаво посмотрел на Беллу. — Ну пожалуйста.

Она нахмурилась, пытаясь скрыть улыбку, и взяла свою тарелку:

— Почему ты решил заняться торговлей продуктами питания?

— Мне нравится кормить людей.

— Пища никогда не выйдет из моды, — сказала Белла.

— Точно. Но меня удручает то, что все большую популярность приобретают всякие пищевые добавки. Я хочу это изменить.

— И получить прибыль.

— Конечно, а иначе какой в этом смысл? — он отправил в рот большой кусок лазаньи. — Я жажду мирового господства.

— Яблоко от яблони недалеко падает, — она настороженно посмотрела на него.

— В одном мы с отцом явно похожи. — Доминик отложил вилку. — Нам обоим нравятся красивые и строптивые женщины.

Он пальцем ослабил узел галстука. Пристальный взгляд Беллы сводил его с ума. Она пришла сюда только потому, что боится, как бы он не разболтал ее секрет. И сейчас пытается с ним играть.

Следует проучить эту своенравную девчонку.

Она отказала ему в поцелуе, но ее губы подрагивали, когда он касался их пальцем.

Доминик обожал, когда ему бросали вызов. При мысли о том, как он станет ласкать Беллу, у него чуть слюнки не потекли.

— Выпьешь вина? У моего приятеля, который сдает мне эту квартиру, всегда припасены отличные вина для вечеринок.

— Я не употребляю алкоголь днем.

— Очень разумно, — он взял тарелку, которую она держала на коленях, и поставил ее на стол. Белла едва прикоснулась к пище. — Ты когда-нибудь была влюблена?

Она моргнула:

— Нет, а ты?

Ее ответ удивил его.

— Конечно, был.

— Раз ты стал так подозрительно относиться к женщинам, значит, твоя любовь принесла тебе страдания.

— Я нисколько не подозрителен к женщинам. Половину моего персонала составляют именно они.

— Я напоминаю тебе твою первую любовь?

— Нет, — он поерзал на стуле. — Ты совсем на нее не похожа.

Белла слегка подалась вперед.

— Зачем ты тратишь время на невзрачную ученую даму, когда к твоим услугам самые роскошные женщины в мире? Твоя возлюбленная занималась наукой?

— Она доктор. — Заметив ее улыбку, Доминик прибавил: — Я давно ее не видел и едва помню.

Он расстегнул верхнюю пуговицу рубашки.

— Ты скорее всего с кем-то обручен.

Он нахмурился:

— И что с того?

— Просто любопытно. Ты вызываешь у меня какое-то странное чувство.

— Надеюсь, приятное, — игриво предположил он.

Она прищурилась:

— Ты из тех, кто обожествляет свою первую любовь.

— Я ведь итальянец.

Она улыбнулась:

— Только наполовину.

— Ладно, я любил ту женщину, сходил от нее с ума, хотел жениться на ней и нарожать детей. Ты это хотела услышать?

— Как долго вы были вместе? — тихо спросила Белла.

— Пять лет.

Она удивленно раскрыла глаза:

— Вот это да! Так долго! Почему вы расстались?

— Тебя это не касается.

Поднявшись на ноги, Доминик отошел к окну. Внезапно на него нахлынули воспоминания о Патрисии. Она была одержима мечтой стать доктором, и он всячески помогал ей в этом, как морально, так и материально. Они намеревались пожениться. Однако за две недели до получения диплома об окончании университета Патрисия объявила Доминику, что уезжает в Калифорнию и будет жить одна. Она решила сделать блестящую карьеру, а семья не входила в ее планы.

Доминик слышал, как Белла поднялась с места.

— Извини, мне не нужно было совать нос не в свои дела. Я лучше вернусь в лабораторию.

Обернувшись, он увидел, как она опустила ресницы и принялась приглаживать платье.

— Скажи, почему тебе так нравится изводить мужчин? — Доминик подошел к ней настолько близко, что мог ощущать аромат ее кожи.

— Я… не… — заморгав, она покраснела и отвернулась.

Внезапно обоих охватило какое-то безумство. Они кинулись в объятия друг друга. Доминик уткнулся лицом в ее шею, а Белла запустила пальцы в его волосы, потом вцепилась в рубашку.

Оба принялись поспешно раздевать друг друга, обмениваясь страстными и торопливыми ласками и поцелуями.

Они не думали ни о чем, кроме нахлынувшего на них желания и стремления поскорее его утолить. Белла не могла понять, что с ней происходит. Она, как ученый, привыкла всему находить рациональное объяснение. Но те чувства, которые охватили ее, были ей непонятны.

Накал страсти оказался откровением и для Доминика, и для Беллы. Они потеряли всякую способность мыслить здраво, все быстрее приближая друг друга к желанной развязке.

ГЛАВА ПЯТАЯ

Два часа спустя Доминик, входя в здание «Хардкастл энтерпрайзиз», проклинал себя за то, что воспользовался уязвимым положением Беллы.

Он злился и на нее. Ведь Белла нисколько не сопротивлялась ему. Неужели она боится, что он расскажет Тарранту о ее задумке?

Тем не менее в такси она отказала ему в поцелуе.

Доминик шел к лифтам, раздумывая о том, почему Таррант предлагал ему отдать все, что имеет. Внезапно он осознал, что совсем не хочет смерти своего отца.

Как только он приехал и поднялся на этаж, где располагалось руководство, то сразу заметил Саманту. Она разговаривала с регистратором, потом окликнула Доминика и, бросившись к нему, поцеловала в щеку.

— Таррант только и говорит о тебе. В следующем квартале компания начинает продажу новой продукции. Он хочет видеть тебя.

Доминик неохотно согласился принять участие в ежегодном совещании руководства компании. Таррант был несказанно рад его приходу. Доминик решил воспользоваться возможностью узнать побольше о делах компании, чтобы потом использовать эту информацию в своих целях.