Притворись моей, девочка! - Кира Сорока

практичный. Стильный. Почему бы и нет? На второй строчке пишу цифру. Это восемь. Бесконечность. Банально, но мне нравится бесконечность.

И, наконец, марку машины. Хм... Да Бог его знает, любимой у меня пока нет. Ну пусть будет ламборджини.

Закончив, сворачиваю салфетку вдвое, передаю Даше ручку. Она тоже закрывается от меня, когда пишет свои ответы.

Это будет интересно... Но я решаю поднять ставки, прежде чем мы обменяемся салфетками и сравним результаты. Подаюсь вперёд и накрываю руку девушки ладонью.

— Если совпадений будет два из трёх, то я хочу какой-нибудь бонус, — выдвигаю свои требования.

Даша на секунду задумывается, но руку не выдирает. Похоже, привыкает понемногу, что я дотрагиваюсь до неё довольно часто.

— Хорошо, — соглашается она и тут же диктует свои условия: — Но если совпадений вообще не будет, бонус хочу я.

— Идёт!

Мы меняемся салфетками. Я разворачиваю Дашкину и читаю её ответы.

Цвет — белый.

Цифра — четыре.

Машина — посудомоечная.

Очень смешно!

Рязанова, и правда, начинает хохотать, прочитав мои ответы.

Ну ладно... Может быть, и не во всём мы с ней похожи. А в чём-то даже противоположности. Но это ведь не значит, что мы не можем быть вместе эти девять дней?

Скомкав в кулаке салфетку, бесстрастно смотрю в самодовольное лицо Рязановой.

— Говори, чего ты хочешь.

— Счёт, — тут же бросает она. — Я хочу расплатиться и за кино, и за ужин.

Неожиданный поворот.

— Ты гонишь? Я же на свидание тебя позвал!

Платить ей не позволю, это даже не обсуждается.

— Но я так хочу! — упрямится Рязанова. — Ты проиграл. Я выиграла. Всё честно! Я могу перевести деньги тебе по номеру.

Достаёт телефон из кармана куртки, смотрит в экран. Я тянусь к её руке и тут же забираю айфон себе.

— Ты смухлевала!

— Когда? — невинно хлопает ресницами.

— Сама же говорила про марку машины. А посудомоечная — не марка. Так что... Никакого бонуса ты не получишь.

— Но...

— И платить не будешь! — не даю ей закончить.

А вообще, бонус причитается мне. Просто потому, что я его очень сильно хочу.

Но не против подождать ещё немного.

— Ты так и не сказал, что это за банкет, — говорит Дашка, когда мы уже едем на такси в отель. — По случаю чего?

— У Тимура будет бой. Приедет отец. И, надеюсь, этот ужин будет в честь победы брата.

— А-а... Ясно. А зачем я там нужна?

Отвечать я не собираюсь… Ведь Даша там действительно не нужна…

Подсаживаюсь поближе. Кладу руку на спинку кресла и осторожно обнимаю девушку за плечи.

— Ты можешь хоть иногда не пытаться контролировать всё вокруг? — говорю совершенно серьёзно.— Давай представим, что мы не знакомы. И мы не одноклассники. Я просто парень, а ты просто девчонка. И мы понравились друг другу. Мы же можем притвориться, верно?

Даша напряжённо молчит, вглядываясь в моё лицо.

Я точно не притворяюсь. А она?

Я ей совсем не нравлюсь? Или она так сильно меня ненавидит, что я никогда не дождусь от неё хотя бы симпатии?

— Притвориться? — задумчиво переспрашивает она. — А тебе этого хватит?

— Более чем, — отвечаю немного резко. — Короче, притворись моей, ладно? Без лишних вопросов и копания.

— Это как-то странно, — бубнит себе под нос Даша и больше ничего не говорит.

И своим молчанием в итоге даёт согласие на всё, что я ей приготовил.

Такси подвозит нас к отелю, мы выходим. Уже десять вечера, но в фойе кипит жизнь. Мы заходим в лифт, и он слишком быстро привозит нас на пятый. А когда двери открываются, лоб в лоб сталкиваемся с моим братом.

Глава 9

Даша

Вот он — дьявол во плоти! Тимур Соболев.

То же лицо, что и у Артёма. Тот же цвет глаз. Вот только взгляд жёсткий и ледяной. А у Артёма чаще всего несколько отстранённый, даже отсутствующий. Правда, сегодня был весёлый.

Братья, вообще-то, внешне очень сильно похожи друг на друга. И кто их не знает, легко может перепутать. В пансионе в самый первый год их тоже сначала путали. И тогда они стали носить разные причёски. Да и одежду выбирали разную по стилю. Тимур носит в основном спортивку. А Артём — футболки поло и джинсы.

Увидев нас, Тимур хмурит брови и делает шаг назад, давая возможность выйти из лифта. Кажется, он собирался куда-то ехать, но явно передумал.

— Брат, — кивает он Артёму, а потом переводит взгляд на меня. — Рязанова.

Я не могу не ответить язвительно:

— Мистер задница!

Тимур прожигает меня гневным взглядом, а я смотрю на Артёма, который, судя по всему, пытается скрыть улыбку.

— Я пойду, — говорю ему.

Он просто кивает, не собираясь отвечать мне. Между двумя братьями явно происходит зрительный поединок. А я между ними как меж двух огней. И мне немного дурно, если честно.

Быстро ретируюсь. Открываю дверь номера и залетаю внутрь. Прижавшись спиной к двери, невольно слышу их разговор:

— Где вы были? — недовольно выплёвывает Тимур.

— С кем? — бесстрастно уточняет Артём.

— Твою ж мать, Тёмыч! Давай без этого цирка! Где ты был с Рязановой?

Я не должна подслушивать... Это некрасиво. Но очень хочу, поэтому остаюсь на месте и вжимаю ухо в дверное полотно.

— Мы просто гуляли, — негромко отвечает Артём, а потом говорит ещё тише: — Не лезь в это, брат. Я сам разберусь.

— Разберёшься с чем? — цедит Тимур сквозь зубы. — Разберёшься так же, как на гонках? Из-за неё снова нас подставишь?

О чём он говорит?

Тимур гневно продолжает:

— Она хоть спасибо тебе сказала за то, что помог ей свалить от гаишников?

Я прижимаю ладонь к губам, чтобы заглушить удивлённое «оох». Сразу вспоминаю вчерашний вечер. Мы с Машкой никак не могли выбраться из затора, ещё чуть-чуть — и не смогли бы совсем. Патрульная машина была так близко... И что сделал Артём? Он врезался в них!

Значит, Артём сделал это для нас? Для меня?

Не могу в это поверить!

В кармане моей куртки звонит телефон. Да так громко, что наверняка его слышно и