Осознанное нежелание - Нина Юрьевна Князькова

Мне стало стыдно, и я аккуратно переложила листок на тумбочку. Несколько минут подумав над своим недопустимым поведением, я открыла книгу и принялась за чтение. Интересно. Лишь начав читать, я поняла, почему ни разу не видела эту книгу. Это была экспериментальная терапия для детей перенесших тяжелые формы вирусных инфекций, после которых развивались различные патологии.

Вцепившись пальцами в книгу, я увлеченно читала почти три часа, пока не поняла, что глаза слипаются. Отложив книгу в сторону, упала на подушку, решив, что завтра на работе я точно перепишу некоторым пациентам план лечения. А еще эту книгу обязательно нужно показать Марте. Уверена, что она не изучала данные методики, так как они не являются общепринятыми. А мы еще удивлялись, что Адам так быстро идет на поправку. Теперь все встало на свои места. Интересно, какие полезные книги у этого Георгия здесь еще есть.

А ночью мне приснился сон. Странный очень. Как будто я лежу в этой же кровати, но не одна. Рядом спит хозяин этой самой кровати. Просто спит. А я глажу его по голове и что-то тихо напеваю.

Проснувшись утром, я решила, что это просто кошмар приснился. Я же впервые в этом доме ночую, а переезды не люблю клинически. Так что на новом месте мозг вполне мог выдать что-то вроде адаптационного ужастика. Надо было на ночь успокаивающего отвара выпить и вообще ничего бы не приснилось.

Глава 5

Алиса

Утром мы с Адамом позавтракали. Вообще, мне было весьма комфортно общаться с этим мальчиком. Он не капризничал, четко формулировал свои мысли и даже объяснял мне какие-то прописные истины. Например, почему его отец – хам.

- Он ругается, когда хочет что-то скрыть внутри себя. Так почти все делают. У них что-то не получается, и они винят в этом других, потому что внутри больно. Вот тут, - он стукнул себя ладошкой по тощей груди.

Мы уже подходили к отделению. С утра у мальчика был прописан бассейн, потом работа с мануальным терапевтом.

- И в кого ты такой умный? – Вздохнула я, открывая дверь.

Адам остановился и серьезно на меня посмотрел.

- Я папин, - он на секунду задумался и поправил рюкзачок. – И еще твой немножечко. Но папин много.

Пока я растерянно хлопала глазами, мальчуган убежал к своему лечащему врачу. Я, встряхнувшись, отправилась к Марте Мироновне, потому что в сумке у меня лежала та самая книга, которую я читала сегодня ночью, и у меня появилось несколько вопросов.

- Доброе утро, - пропела, ворвавшись в кабинет главного педиатра. Марта как раз переодевала обувь. Видимо вошла сюда за минуту до моего прихода. – Алиса? – Удивилась она. – Я думала, что ты сегодня не выйдешь на работу.

- Почему? – Я остановилась и захлопала глазами.

- Потому что ты присматриваешь за Адамом, - она отчего-то отвернулась от меня.

- И что? Адам сейчас на процедурах, а потом будет заниматься по учебникам, - я сделала вид, что ничего странного в ее поведении не было. Если честно, то у Марты был такой задвиг, когда она боялась с окружающими разговаривать на какие-то обыденные вроде бы темы. Хотя, если учесть, что она мать Веры Родионовы, жены Хозяина, то она могла любого тут заставить балет танцевать в заводской робе, а не деликатно отводить глаза при невинном разговоре. – А я пока поработаю. Так вот, у меня к вам вопрос, - перешла я к сути дела.

- Просила же называть меня на «ты», - тут же пришла она в себя.

- У меня к тебе вопрос, - послушно повторила я.

- Что-то не так с Верой? С ребенком? – Тут же переполошилась она.

Я сдержалась и даже глаза не закатила. Эта женщина просто не может не беспокоиться о своих детях. Но, если учесть произошедшее с Вероникой, то ее беспокойство более чем обосновано. Просто сейчас я считала его излишним.

- С ними все в порядке. Завтра Вера Родионовна придет на осмотр, и я лично все перепроверю, - успокоила я ее и выложила на стол книгу, которую читала ночью. – Вы знаете этого доктора наук? – Спросила, ткнув пальцем в обложку.

Марта Мироновна взяла книгу в руки и нахмурилась.

- Это не врач, - покачала она головой. – Это учитель восточных единоборств. Я слышала, что он занимается детьми с особенностями развития, - пояснила она мне.

- Он доктор… э-э… восточных единоборств? – Не поверила я.

- Возможно у него защищена кандидатская на профильную тему, но я никогда об этом не слышала, - призналась она, вернув книгу мне.

Ясно. Но то, что я прочитала не может быть неправдой. Я видела пример Адама, я не нашла никаких расхождений в логической цепочке, я почему-то поверила в то, что Георгий никогда не стал бы испытывать на сыне непроверенную информацию.

- Тогда у меня еще больше вопросов, - я решительно села на стул и открыла книгу. Марта заняла свое место и нахмурилась, сомневаясь в том, что я нашла лучший метод лечения, нежели тот, что мы освоили достаточно давно. – Расслабление мышечного каркаса при ДЦП мы освоили, а вот с укреплением у нас беда. Здесь описаны некоторые методы, - я перелистала на нужную страницу и ткнула пальцем в найденный раздел.

Через три часа я неслась в свой кабинет окрыленная. Марта одобрила некоторые упражнения и их теперь следовало включить в планы лечения четырех пациентов. Причем книгу у меня зверски отобрали, пообещав вернуть в конце рабочего дня. Махнув на это рукой, я принялась за изучение историй болезни, чтобы начать потихоньку обучение персонала нужным методикам. Даже в интернет залезла, нашла точные описания упражнений и процедур, описание которых пришлось распечатать.

- А мы сегодня обедать не будем? – Отвлек меня осторожный голос, когда я с энтузиазмом работала, обложившись карточками больных.

Я подняла голову и с удивлением заметила, что на кушетке у стены сидит Адам с книгой в руках. Когда он вошел? Почему я этого не заметила?

- А сколько времени? – Я глянула на часы и ужаснулась. – Три часа? Блин, - я подергала себя за выбившуюся из хвоста прядь волос, - в столовой уже не кормят. Придется идти домой. У нас там остался салат из