Осознанное нежелание - Нина Юрьевна Князькова

У меня есть где жить, - ответила со всей осторожностью.

- У тебя нет специальной кровати для больного позвоночника, и различных приспособлений, на которых мог бы заниматься Адам, - ответил он.

Э-э, а причем здесь Адам? Чем дальше, тем больше для меня было непонятного.

- Мне нужно переехать из-за ребенка? – Решила прояснить вопрос.

- Конечно, из-за него, - возмутился он. – Меня на четыре дня отправляют в командировку, а лучше тебя за моим сыном никто не присмотрит, - соизволил все же объяснить он.

- Э-э, почему я? – Удивилась еще больше.

Георгий все так же не смотрел на меня.

- Потому что ты знаешь про организм Адама даже лучше, чем я, - пожал он плечами.

- Так тут любая медсестра справится, - парировала, хотя мне уже стало любопытно, почему он именно меня выбрал. Ведь до сих пор он считал меня как минимум некомпетентной в этих вопросах.

- Не любая. У Адама есть способности, которые тебя не пугают, - он выразительно на меня посмотрел. – А еще он хорошо к тебе относится и никогда не будет применять их к тебе. Я с ним уже поговорил, он согласен.

Блин, неожиданно как-то.

- Марта бы лучше справилась, - поджала я губы.

- Марта Мироновна сейчас занята. Ее дочери скоро рожать, да и у нее самой семья, - покачал он головой.

- А мне, значит, заняться нечем, - вырвалось у меня. Блин, зачем я это сказала? Он меня теперь совсем за истеричку считать будет.

- Адам не доставит проблем. Он сообразительный ребенок, - как ни странно, он даже не разозлился на меня. – И лучшей кандидатуры, с кем его оставить, у меня нет.

Мне стало стыдно. Ну чего я злюсь. Это же всего лишь ребенок на несколько дней. Причем, уже весьма взрослый.

- Ладно. Допустим, я не против, - ответила.

- Тогда завтра утром я приведу его к тебе сюда, а вечером ты с вещами переберешься к нам, - он поднялся со стула, показывая, что разговор окончен.

Я зачем-то тоже поднялась, глядя, как он, не прощаясь, уходит. И даже в окно выглянула, где был переход в корпус для выздоравливающих. Георгий вышел на улицу, остановился, затем зачем-то принялся рассматривать свои руки. Около минуты он просто стоял и смотрел на них, после чего, встряхнувшись, быстрым шагом отправился к бассейнам.

Я же, севши обратно в кресло, еще долго пыталась сообразить, зачем я подписалась на все это. Какое я вообще отношение имею к этому оборотню? Почему согласилась присмотреть за Адамом? Нет, ну тут-то все понятно. Этот мальчуган действительно очень располагал к себе, если только не пытался подчинить кого-нибудь своей воле. Вот только на одну ночную смену придется подмениться, но это тоже не беда.

Долго сидеть в задумчивости мне не пришлось. Работу никто не отменял. Так что размышлять пришлось на ходу, да еще и пришли результаты анализов детей, что лечатся в Березкино. Их тоже нужно было просмотреть.

А вечером, едва я пришла домой, ко мне принесло Алку. С какой-то авоськой, в которой она непонятно что мне притащила.

- Уф, - шмякнула она сумку на кухонный стол. – Тяжелый какой. Называй давай.

- Кого? – Флегматично спросила.

- Его, - ткнула она рукой в авоську, - домового.

Я даже не сильно удивилась, но мозг пришлось напрячь.

- Я… эмм…. Стоян? – Предложила.

Что-то я никогда не думала, что мне придется так напрягаться, чтобы дать имя банальному домовому. Никогда даже подумать не могла, что у меня будет мой персональный домовой.

- Отлично. Стоян, за дело, - скомандовала Алка и села за стол рядом со мной. – Ну, как ты здесь? Не скучно?

Я тихо хмыкнула.

- Не скучно. Совсем не скучно. С завтрашнего дня я живу у Георгия, - решила пожаловаться.

Алла, которая в этот момент схватила стакан с водой, вдруг поперхнулась, даже не отпив. Откашлялась и посмотрела на меня слезящимися глазами.

- Так рано? – Только и уточнила она.

Я пожала плечами.

- Он попросил за Адамом присмотреть, пока сам будет в поездке, - пояснила я и принялась накручивать выбившийся локон на палец.

- А, ясно, - Алла с облегчением выдохнула. Непонятно, что она там себе навоображала, но вид у нее был крайне задумчивый. – Значит, ты в ближайшее время будешь занята.

- Видимо так, - согласилась я.

Она еще немного посидела и убежала по своим каким-то ведьминым делам. Я же осталась сидеть на кухне и ждать, когда домовой начнет хозяйничать на кухне.

Первые звуки послышались только через полчаса, когда я уже раздумывала, а не пойти ли мне спать. Домовой, он и в Африке домовой. Ничего плохого он без ведома хозяйки сделать не может. Но, когда над моей головой залетала посуда и заворчал голос, то я поняла, что бабуля не зря домовых воспитывает.

- … достали! А меня спросили? Мне, быть может, и так хорошо было в пещере, - сварливо бубнил он себе под нос.

- Значит, Алла другого принесет. А тебя отнесет обратно, - зевнула я.

- Чего это? – Стакан остановился в воздухе.

- Ну, ты же не хочешь тут быть, - развела я руками.

- Чуть что, сразу «не хочу», - вновь заворчал он. – Я ж только начал прибираться. Да и вообще, дом у тебя здесь совсем не обжитой, работы много.

- Вот и работай, - я поднялась из-за стола.

- И буду, - проворчал голос и принялся хозяйничать.

Спать мне уже расхотелось, так что я пошла на берег озера. Не знаю зачем мне нужно было сюда идти. После вчерашнего-то. Но зачем-то я пришла к воде и просидела на мостках около часа. Ни Адам, ни Георгий здесь сегодня не появились. Не зная, как к этому относиться, я все же вернулась домой и благополучно легла спать, стараясь не думать обо всяких там глупостях.

Утром, немного поругавшись с домовым, который принялся кормить меня полезной кашей, в то время как я предпочитала отвар иван-чая покрепче и шоколад, я отправилась на работу раньше обычного. Нервы, чтоб их.

Георгий явился ровно в восемь с небольшим рюкзачком в руках.

- А где Адам? – Я точно не была готова к тому, что оборотень придет один.

- Сейчас ушел на физиотерапию, потом пойдет в бассейн. Здесь его учебники, - он положил рюкзачок на стул. – Когда процедуры закончатся, Адам сам придет сюда и будет заниматься по подготовленной для него программе. Он не доставит проблем.

- Заниматься? Сейчас же лето, - возмутилась я.

- Адам хочет осенью пойти в школу, так что ему нужно усердно заниматься. Он сильно отстал от программы, - непреклонно сказал он.

Ну,