Девушка из Италии - Люсинда Райли

Мне жаль это говорить, но Нико очень болен. Здесь доктор, мы повезем Нико в больницу в Челтнеме. Доктор говорит, у него корь.

– О господи, нет! Я… – На другом конце провода послышался сдавленный всхлип.

– Розанна, я уверен, с ним все будет хорошо. Доктор здесь, Нико в надежных руках. Постарайся как можно скорее прилететь домой.

– Да. Я возьму такси из Хитроу и приеду прямо в больницу. Пожалуйста, Лука, поцелуй моего сына и скажи, что мама скоро приедет.

– Конечно. Постарайся не волноваться. Пока, Розанна!

Лука положил трубку, и в этот момент подъехала машина скорой помощи.

Через пять минут они уже мчались в больницу.

Глава 48

– Что ж, миссис Россини, могу вас обрадовать: Нико идет на поправку, – сообщил врач.

Розанна обхватила голову руками и зарыдала от облегчения. Последние сорок восемь часов стали самыми страшными в ее жизни. Она приехала в больницу вечером в воскресенье и обнаружила Нико под капельницей. Лука увез измотанную, истощенную Эллу домой, а Розанна сидела час за часом, пока ее ребенок переживал то, что медсестры назвали кризисом. На следующее утро температура спа́ла, и он спокойно заснул. А сегодня наконец открыл глаза и улыбнулся. Капельницу убрали, когда врачи объявили: самое страшное позади.

Розанна вытащила из рукава салфетку и вытерла нос.

– Простите. Это такое облегчение!

– Я понимаю, миссис Россини. Дети редко настолько тяжело болеют корью, но порой такое случается. Видимо, он не был привит?

– Нет. – Розанна с грустью подумала, что не догадалась позаботиться об этом в сказочные месяцы после рождения Нико.

– Возможно, вам стоит задуматься о защите других непривитых членов вашей семьи. Корь заразна в течение нескольких дней после появления сыпи. Лучше перестраховаться. А насчет Нико – в ближайшие пару недель ему, очевидно, понадобится особая забота, но он крепкий малый: встанет на ноги раньше, чем вы думаете. Понаблюдаем еще один день, и можете его забирать. А сейчас предлагаю вам поехать домой и немного отдохнуть. Приходите сегодня ближе к обеду. Утром мы планируем провести несколько плановых проверок.

– Хорошо. Пойду и поцелую его на прощание. И спасибо, доктор, спасибо!

– Не благодарите: мы здесь именно для этого. И постарайтесь не корить себя, миссис Россини. Вы мало что могли сделать, даже если бы оказались рядом.

Розанна покачала головой.

– Я его мать. Я бы раньше поняла, насколько он болен, – тихо сказала она и вышла из кабинета.

Нико был в палате один. Он лежал на кровати спиной к двери.

– Привет, дорогой! – сказала Розанна. – Мама вернулась.

Мальчик не ответил. Розанна подошла ближе, подумав, что он заснул, но, склонившись над кроваткой, увидела, что он совершенно бодр. Узнав маму, малыш подкатился поближе и широко улыбнулся. Розанна взяла его на руки и прижала к себе.

– О, дорогой! Обещаю: я больше никогда тебя не оставлю.

Час спустя Розанна приехала на такси в Усадьбу и устало зашла в дом.

– Элла? – позвала она, но ответа не последовало.

– Она спит в своей комнате.

Розанна подняла голову и увидела наверху лестницы Луку.

– Конечно. Она наверняка ужасно устала! – Розанна провела рукой по лбу.

– После переживаний последних дней – неудивительно, – сказал он, медленно спускаясь. – Как Нико?

– Доктор говорит, что идет на поправку.

– Хорошие новости! – сказал Лука тоном, лишенным обычной теплоты. Он спустился к сестре. – Хочешь что-нибудь поесть?

– Нет, спасибо! Просто выпью кофе, потом приму душ и попытаюсь немного поспать. Мне нужно вернуться в больницу к обеду.

Розанна пошла на кухню, и Лука последовал за ней. Он стоял в дверях и смотрел, как она наполняет и включает чайник.

– Розанна, я уезжаю сегодня вечером.

– Конечно. Лука, спасибо за помощь!

– Но сначала нам нужно поговорить.

Она пристально на него посмотрела. Бледный, с темными кругами под глазами, губы сжаты в напряженную линию.

– Тогда садись. Тебе тоже кофе?

– Спасибо!

Розанна налила кофе в чашки, добавила кипяток и молоко. Перемешала и тоже села за стол.

– Что такое? Ты редко бываешь таким серьезным. Ты меня пугаешь…

Лука положил руки под подбородок и глубоко вздохнул.

– Я долго думал, стоит ли говорить… Розанна, я тебя очень, очень сильно люблю. Ты же знаешь?

– Да, конечно.

– И я никогда не стал бы вмешиваться или подвергать сомнению твой образ жизни или решения, если бы не ответственность перед Эллой. Я обещал Карлотте за ней присматривать…

– Лука, погоди, пожалуйста, – перебила Розанна. – Я знаю, что ты хочешь сказать. Я была не права, оставив Эллу с Нико. Очень не права. Я никогда больше так не поступлю, обещаю! Разве я недостаточно наказана за свой проступок?

– Я знаю, какая ты замечательная мать и как добра к Элле, но… – Лука покачал головой, – …меня беспокоит эта… одержимость, эта любовь к Роберто: порой она затуманивает твой разум.

Лицо Розанны порозовело от негодования:

– Нет! Ты не прав! Роберто – лучшее, что есть в моей жизни, не считая Нико. Он любит меня, поддерживает и…

– Тогда где он сейчас, когда его ребенок в больнице, а жена так нуждается в поддержке?

– Ты знаешь, Лука: у Роберто есть обязательства. Он не может все бросить и приехать. Я принимаю его образ жизни.

– Но у него не было выступлений ни в воскресенье, ни в понедельник вечером. Ты сама говорила, Розанна. Он легко мог прилететь с тобой из Вены и вернуться вечером во вторник. А может, он испугался подхватить заразную болезнь и…

– Прекрати, Лука! Ты несправедлив. Едва Роберто добрался бы домой, как ему сразу пришлось бы ехать обратно. Он не может подвести публику.

– Но ведь он подвел жену и сына? – парировал Лука. Потом вздохнул. – Розанна, прости! Я никого не хочу осуждать, тем более тебя. Но Роберто… Мне кажется, он оказывает на тебя влияние, меняет тебя.

– Да, к лучшему! Я люблю его, Лука. И он любит меня, Нико и… Это не твое дело! Ты не знаешь его, как я.

– Ошибаешься, Розанна. Я знаю его гораздо лучше, чем ты думаешь, – тихо сказал Лука. – Ты правда веришь, что он всегда с тобой честен?

– Да.

– А как же роман с Донателлой в Нью-Йорке?

– Ты пытаешься заставить меня его ненавидеть? Почему?

– Нет. Я знаю, это бессмысленно. Я лишь пытаюсь сказать: люди, которых мы любим, не всегда раскрывают в нас самое лучшее.

– Лука, – Розанна начала злиться, – ты с таким авторитетом рассуждаешь о любви между мужчиной и женщина, хотя сам готовишься стать священником. Как ты можешь понять мои чувства, если сам никогда не ведал такой любви?

Лука внезапно показался уставшим.

– Розанна, я