Эти три коротких слова - Меган Куин

нее сверху вниз. По телу прокатывается волна желания, и я чуть ли не физически ощущаю, как моя воля слабеет.

Пенни медленно проводит пальцем по моему прессу.

– Все в порядке? – спрашивает она.

Я ловлю ее руку, крепко сжимаю ее и тихо говорю:

– Ты ведь играешь со мной.

– О чем ты? – спрашивает она.

– Твой поцелуй. Ты хотела большего, и теперь пытаешься это получить.

– О ч-чем ты говоришь? – спрашивает она, запинаясь.

– Про твою одежду. Про твои касания. Про твой флирт с другими. Ты пытаешься привлечь мое внимание.

– Господи, Илай. У меня есть дела и поважнее.

Я прижимаю ее к стене, задирая ее руку над головой. Другой рукой я хватаю ее за бедро. Она ахает, затем начинает быстро дышать.

– Хватит мне лгать. Ты пыталась привлечь мое внимание. Что, не так? – Когда она не отвечает, я опускаю руку к подолу ее ночнушки. Мои пальцы приподнимают шелковую ткань. – Теперь ты делаешь вид, что ничего такого не было?

– Не нужно мне твое внимание.

– Чушь, – шиплю я. Раздражение и досада, которые я тщательно сдерживал все это время, наконец-то прорываются наружу. Я провожу рукой по ее бедру, приподнимая ткань ночной рубашки, пока моя ладонь не замирает напротив выступающей тазовой косточки. – Ты пытаешься свести меня с ума. Ты вообще понимаешь, как это бесит?

– Если ты думаешь, что я специально для тебя стараюсь, то сильно заблуждаешься.

Я наклоняюсь к ней.

– Я, черт возьми, тебе не верю, – говорю я чужим, напряженным голосом. – Ты не просто так надела эту ночнушку, и ты не просто так пришла на игру в футболке с моим именем. Ты точно знала, что делаешь. – Я делаю длинный прерывистый выдох и перемещаю руку к ее пупку. – Ты понимаешь, как сильно это возбуждает? Футболка с моим именем?

Она качает головой, а я сдвигаю руку еще выше.

– Так потрогай, – говорю я и подношу ее руку к моему члену. – Давай, сама убедись, каково мне.

Пенни облизывает губы и накрывает мой член ладонью. Я зажмуриваюсь и еще крепче прижимаю ее к стене. Она легонько дотрагивается до меня, пробегая пальцами снизу-вверх, а затем отстраняется, прежде чем я успеваю насладиться ее прикосновениями.

– Видишь? – спрашиваю я.

– Кажется, тебе стоит с этим разобраться. – Нежно похлопав меня по груди, Пенни выворачивается из моей хватки и уходит в спальню.

Она что, издевается?

Она правда пытается делать вид, что ни в чем не виновата?

Я отталкиваюсь от стены, иду за ней в спальню и открываю дверь как раз в тот момент, когда Пенни забирается под одеяло.

Мне следовало бы сорвать с нее одеяло, задрать подол этой чертовой ночнушки, раздвинуть ей ноги и показать, как сильно она меня возбуждает.

Вместо этого я собираю остатки самообладания и смотрю, как она, хрупкая и миниатюрная, устраивается поудобнее и сворачивается в клубочек. Я думал, что она будет спать на своей стороне кровати – учитывая, как яростно она пыталась доказать, что совсем не пытается меня провоцировать.

Но нет. Она устраивается прямо посередине, так, чтобы я мог обнять ее, когда лягу рядом.

Только из-за этого я решаю, что должен вывести ее на чистую воду. И я заставлю ее признаться, чего бы это мне ни стоило.

Твердо решив довести дело до конца, я забираюсь под одеяло и прижимаю Пенни к груди. К моему несчастью, ее задница тут же прижимается к моему члену. Черт, как же это приятно… От этого мне хочется заставить ее во всем признаться только сильнее. Я медленно скольжу ладонью вверх по ее ноге, забираюсь под ночную рубашку и сжимаю ее бедро.

– Что тебя возбуждает, Пенни? – спрашиваю я, касаясь губами ее уха.

Она отвечает не сразу – сначала ей приходится выровнять дыхание.

– Ты считаешь это уместным вопросом?

Господи, как же она меня бесит. Строит из себя саму невинность, хотя прекрасно понимает, что она со мной делает.

Мои пальцы приходят в движение, приближаясь к ее лобку, а она даже не вздрагивает.

– Если бы ты была в водолазке – определенно нет. Но когда ты носишь эту ночнушку… Да.

– Она удобная.

– Она сексуальная. Соблазнительная. Сводит меня с ума. Как ты и хотела, да?

– Вовсе нет. – Я глажу низ ее живота, и Пенни сгибает ногу, давая мне больше пространства.

– Какая же ты лгунья, – шепчу я ей на ухо. – А если я проверю, насколько ты намокла?

Она не отвечает. Не двигается. Я даже не уверен, дышит ли. Поэтому я пододвигаю палец чуть ближе…

– Насколько ты намокла, Пенни?

Она слегка стонет и выгибается мне навстречу.

– Очень, Илай.

Господи. Я опускаю руку еще ниже, дразня ее.

– Да, Илай, – выдыхает она, извиваясь.

– Скажи мне правду. Признайся, что ты специально дразнила меня, и я сделаю все, что хочешь.

– Я не… не знаю, о чем ты говоришь, – повторяет Пенни. Я раздраженно выдыхаю, и прежде чем успеваю понять, что делаю, я переворачиваю ее на спину и прижимаю к себе, нависнув сверху.

Я стискиваю ее запястья, надежно придавив ее к кровати, а затем прижимаюсь тазом к ее бедрам. Ночная рубашка съезжает набок, обнажая грудь.

Ее твердый сосок так и просит его облизать, и я не могу сопротивляться. Я опускаю голову и ласкаю ее грудь губами. Пенни выгибает спину, подаваясь мне навстречу, и я с готовностью принимаю все, что она готова мне предложить.

Сосу.

Лижу.

Кусаю.

– Да! – выкрикивает она.

Я отстраняюсь и говорю:

– Тогда скажи, что ты специально меня дразнила.

Она качает головой.

– Ты сказал, что меня не хочешь.

Я пронзаю ее взглядом.

– Я такого не говорил, черт возьми. Я бы никогда не сказал, что не хочу тебя. Потому что это было бы ложью, Пенни. Я желал тебя, когда мы впервые встретились, и я продолжал желать тебя в ночь празднования моего дня рождения. С тех пор я не могу перестать о тебе думать. Так что не смей так говорить.

– Тогда докажи! – В ее голосе такая дерзость и сила, что я чувствую, как меня покидает всякий самоконтроль.

Я трусь бедрами между ее раздвинутых ног. Сквозь ткань мой член прижимается к ее влажному, истекающему смазкой лону. Волна желания пронзает меня до самых кончиков пальцев.

– Господи, ты такая мокрая. Я даже сквозь трусы чувствую.

– Может, хочешь остановиться, Илай? – поддразнивает она меня.

– С чего бы я хотел остановиться? – спрашиваю я, потираясь членом о ее лобок.

– Ты остановил наш поцелуй. Сказал, что не можешь. – Она раздвигает ноги еще шире. – Кто знает, не сделаешь ли ты