Девушка из Италии - Люсинда Райли

– На этой стадии мне всегда кажется, что получается чепуха. Но в итоге все удастся, я уверена.

– О чем пишешь?

– О безответной любви. – Эби не выдержала и покраснела до корней своих длинных светлых волос.

– Интересная тема, – отметил Лука, бросив в ее сторону пристальный взгляд.

– Да.

– А когда был опубликован твой первый роман?

– В сентябре.

– Ясно. Писательство делает тебя счастливой?

– Очень. Знаешь, это жутко увлекательное занятие! Ты просто собираешь свои самые жуткие страхи и самые смелые фантазии, перемешиваешь и надеешься, что они заинтересуют других людей.

– Уверен, все не так просто! Но звучит весело. Нужно будет прочитать твой роман, когда его опубликуют.

– Честно говоря, Лука, я сомневаюсь, что тебе понравится эта книга, – осторожно сказала Эби.

– Почему?

– Ну, она немного… пикантная.

Лука посмотрел на нее с недоумением:

– В смысле – «пикантная»?

– Там довольно много секса. – Эби снова покраснела.

Лука усмехнулся:

– Думаешь, не самое подходящее чтение для человека, который готовится стать священником?

– Да, не совсем.

– Эби, даже если я хочу стать священником, я по-прежнему человек. У меня есть чувства, как у любого другого мужчины. И не думай, что я не вспоминал тебя последние несколько лет. Вспоминал, и довольно часто. – Он улыбнулся и съел немного ризотто, прежде чем продолжить. – И сейчас самое время попросить у тебя прощения. В Милане я повел себя скверно и эгоистично. Поддался чувствам к тебе, хотя в глубине души знал, что ничего не выйдет.

Сердце Эби упало. На мгновение в ней пробудилась надежда.

– Лука, не кори себя! Я тоже должна извиниться за навязчивость: следовало уважать избранный тобой путь. Ты столько времени проводил в той старой церкви… Это должно было навести на определенные мысли. – Она старалась говорить беззаботно, надеясь, что он не сможет прочитать чувств на ее лице. – Ты не против, если я покурю? – Эби нащупала в кармане сигареты и зажигалку.

– Нет, абсолютно. – Лука аккуратно положил на тарелку нож и вилку.

– Ну, как жизнь в семинарии?

Лука пристально на нее посмотрел:

– Ты умеешь хранить секреты?

– Конечно.

– Ты не должна говорить Розанне. Я не хочу, чтобы кто-то из семьи узнал.

– О чем?

– Я взял паузу. Мне дали время подумать о будущем.

– Хочешь сказать, ты думаешь уйти из семинарии? – Синие глаза Эби вспыхнули от удивления.

– Нет, этого я не говорил. Но у меня духовный кризис – по крайней мере, так сказал епископ. Видимо, такое случается со многими юношами на последнем этапе обучения. После эйфории в самом начале пути и нескольких лет учебы приходят сомнения.

– Ясно… – Эби внимательно слушала.

– Я верю, что послан на эту землю трудиться во имя Господа. Я хочу утешать несчастных, бедных и страждущих. И нести слово Божие людям, которые его не слышали.

– Но ведь этим ты и будешь заниматься, когда станешь священником?

– Да, но… – Лука вздохнул. – Церковь похожа на клуб, а священники – его члены. Как и в любом клубе, там есть установленные правила, и они порой мешают воплощать заведомо хорошие идеи. А еще в любой организации, даже церковной, существует борьба за власть: люди, которые хотят построить карьеру, не остановятся ни перед чем. И конечно, коррупция. – Лука сделал паузу, а потом сказал: – Поделишься сигаретой?

– Я думала, ты больше не куришь.

– Очень редко. Полагаю, встреча с вами напомнила о былых временах, – предположил он и с улыбкой взял из пачки сигарету, а Эби помогла ее зажечь.

– Честно говоря, я поражена. Я думала, стать священником – твое призвание; все, чего ты хочешь.

– В идеальном мире так и есть. Но этот мир не идеален, потому что состоит из людей. Мы несовершенны, как и сам Господь. Так или иначе, именно поэтому мне дали немного времени подумать, прежде чем я сделаю финальный шаг и буду рукоположен. Понимаешь, Эби, я не заинтересован в продвижении по карьерной лестнице – это лишь отдалит меня от истинных целей. Я не хочу оказаться за письменным столом в Ватикане к пятидесяти годам. Я хочу выйти в мир, помогать людям. Прости, если утомил тебя…

– Нет, вовсе нет. Очень интересно! – честно сказала Эби.

– Ну, спасибо за беседу! Мне было необходимо выговориться, а ты всегда умела слушать.

– Всегда рада, Лука. Ты знаешь.

– А ты, Эби? – спросил Лука, наливая себе еще один бокал. – Ты счастлива?

– Я всегда стараюсь брать от жизни все, даже если она не идеальна. Вечная оптимистка, – пожала плечами Эби.

– А ты в кого-нибудь влюблялась?

– Ну, у меня было несколько парней и много веселья. Но недавно я решила, что замужество не для меня – любовь приносит слишком много боли. Понимаешь ли, в отличие от тебя, я жуткая эгоистка.

– Я так не думаю. Ты была прекрасным другом и мне, и моей сестре. – Он наклонился к ней поближе. – Как Розанна?

– Очень смелая, очень сильная, очень хорошая мать и… – Эби вздохнула, – очень талантливая актриса. К сожалению, несмотря на все, она по-прежнему без памяти влюблена в своего непутевого мужа.

– Да, охотно верю. Я видел, как сестра влюбилась в Роберто, когда ей было одиннадцать.

– Между любовью и ненавистью – тонкая грань. Может, однажды, – с надеждой сказала Эби, – Розанна его возненавидит.

– И, может, это будет так же плохо, как любить. – Лука удрученно покачал головой. – Судьба – странная штука. Я твердо верю, что некоторые вещи предопределены Господом еще до того, как мы сделаем первый вздох. Я с самого начала знал: Роберто Россини станет для Розанны проблемой. И много раз молился, чтобы он никогда к ней не приближался. Я знаю, что он сделал. Видел, как… – Голос Луки задрожал от негодования. – Прости, Эби! Мне тяжело любить сестру, знать, что она любит Роберто, и не уметь защитить ее от этой боли. Но, как я уже сказал, это судьба, верно?

– Да. А вообще, они не разговаривали уже больше года. И, возможно, тебя обрадует, что у нее есть поклонник – Стивен. Она встречается с ним сегодня вечером. Он просто боготворит Розанну, хотя я не знаю, как к нему относится она.

– Ну, это хорошо, – согласился Лука. – Она не говорила о возвращении в оперу?

– Пока нет.

Он покачал головой.

– Роберто удалось отобрать у нее даже это – отделить от дара. Такой талант – большая редкость! Но, похоже, она его больше не признает и не ценит.

– Да, знаю. Но когда Нико подрастет, она может вернуться. Розанна еще очень молода. И Стивен поддержал бы ее, если бы они сошлись. Он ее самый горячий поклонник.

– Какой-то этот Стивен слишком идеальный! – улыбнулся