Предположение - Аврора Роуз Рейнольдс

что я уезжаю, и я видел по глазам, что ей страшно, но нужно было самому разобраться с ситуацией. Ничего нельзя оставлять на волю случая.

***

— Где Винсент, черт возьми? — рычу я, тыча большим пальцем в открытую рану на бедре Альфео. Я занимаюсь этим уже более двух часов, а у меня все еще ничего нет.

Я подобрал Альфео возле его офиса в Вегасе, в доме, известном в качестве борделя. Обычно я бы закрыл на это глаза, но Джастин пришел ко мне с информацией, что этот дом был на радаре полицейских в течение последнего года. Они спешат завести дело против Альфео. Похоже, у него есть предпочтения, и эти предпочтения относятся к молодым девушкам, которые в основном беглянки или бросили школу, и которым некуда и не к кому обратиться. Он учит их сосать, а потом заставляет работать.

— Нихрена я тебе не скажу, — плюется Альфео, и изо рта у него вылетают брызги крови.

— Неправильный ответ.

Я вытаскиваю нож, который воткнул ему в левое бедро, и вонзаю его в правое. Его крик заполняет небольшое пространство, и я качаю головой. Для мужчины, который ведет себя так жестко, он кричит как цыпочка.

— Меня уже чертовски тошнит от этой игры. Скажи мне то, что я хочу знать, или я пущу пулю в твою гребаную башку.

— Пошел ты. — Он пытается выпрямиться, но веревки на руках и ногах удерживают его на месте.

Я вытаскиваю пистолет, который дал мне Свен, и приставляю к его голове.

— Последний шанс.

— Как я уже сказал… Пошел ты, — выплевывает он.

Я нажимаю на спусковой крючок, пуля попадает ему в плечо. Не хочу давать ему еще один шанс, но он был одним из закадычных друзей Винсента с самого детства. У меня есть только три человека, которые общались с Винсентом в течение последних трех лет, так что попыток немного.

— Ты выстрелил в меня! — разбираю я сквозь его жалкие крики.

— И сделаю это снова, если ты не скажешь мне то, что, черт возьми, я у тебя спрашиваю.

Я снова приставляю пистолет к его голове.

— У меня для тебя ничего нет, кусок дерьма! — он в панике таращит глаза.

— Ну что ж, Альфео, наше время истекло. — И я нажимаю на курок.

На этот раз пуля проходит через висок, и мозг разлетается по всей стене.

Никогда не привыкну к зловонию, которое приходит вместе с убийством.

— Что дальше? — интересуется Кай.

Я смотрю на него, потом, через плечо, на Свена. Они оба были рядом со мной с тех пор, как я покинул встречу. Помогли мне затащить Альфео в подвал, но остались в стороне и позволили мне справиться по-своему. Я ожидал, что Кай вернется на Гавайи, но, когда я разговаривал с мамой, он вышел из клуба с искаженным от ярости лицом. Я не спросил, в чем дело, но предчувствие подсказывало, что маленькая женщина, которую я видел мельком за пару минут до того, как его люди увели ее, когда мы вошли внутрь, имела какое-то отношение к этому выражению лица. Что касается Свена, то я знал, что он прикроет мне спину. Как только позвонил ему из Теннесси и сказал, что мне нужен его самолет, он тут же сел в него и прилетел за мной.

— Мы найдем Карло и узнаем, есть ли у него, что сказать, — объявляю я.

— Его ты тоже убьешь? — спрашивает Кай.

— Ага.

Я смотрю Каю в глаза и больше ничего не говорю. Все эти мужчины — гребаные отбросы и не заслуживают счастья ходить по земле.

— Просто уточняю, — говорит он, и я вижу, как его губы дергаются.

Я качаю головой, а он звонит, требуя прислать кто-нибудь убрать устроенный мной беспорядок.

***

— У тебя случайно нет дежавю? — спрашивает Свен Кая у меня за спиной.

Я игнорирую их и вытаскиваю лезвие из ноги Карло, пытаясь размять шею.

— Я же сказал, что не знаю, где он! — кричит тот и начинает рыдать.

— Когда, черт возьми, мужчины стали такими нытиками? — вопрошает Кай, делая шаг вперед. — Скажи нам, где он, и все будет кончено.

— Это значит, что ты убьешь меня? Пошел ты!

— Ты умрешь в любом случае, но подумай вот о чем: ты поступаешь правильно, и когда попадешь на другую сторону, Бог, возможно, смилостивится над тобой, — говорит Кай, но я с ним не согласен. Этот парень такой же урод, как и его дружки. За ним числятся избиения женщин. Его последняя подружка целый месяц пролежала в больнице после того, что он с ней вытворил.

— Я с ним не разговаривал, — клянется он.

— Чушь собачья. — Я поднимаю нож, который вытащил из его бедра, и вонзаю ему в грудь. Он хватает ртом воздух, и я представляю, как его легкие наполняются кровью. — Скажи мне! — рявкаю я, теряя терпение.

Он начинает кашлять, и тело бесконтрольно дергается в кресле.

— Теперь ты убил и его, а он даже ничего нам не сказал, — слышу я голос Свена, но мой взгляд прикован к губам Карло, когда я читаю по губам слово «бойня».

— Что еще за «бойня»? — спрашиваю я Свена.

Его брови сходятся на переносице, а рука тянется к карману брюк. Он достает телефон и что-то набирает, прежде чем снова посмотреть на меня.

— В центре города есть клуб «Бойня».

Я вытаскиваю нож из груди Карло и, глядя, как его тело борется за воздух, слышу, как Свен спрашивает:

— Ты собираешься прикончить его?

— Он и так умрет.

Я заворачиваю нож в толстый кусок ткани и прячу его в сумку.

— Напомни мне не злить тебя, Мэйсон, — бормочет Кай, а Свен смеется.

***

— Что за адское место? — перекрикиваю я музыку, когда мы входим в клуб.

В помещении темно и мелькает красное, какое-то зловещее свечение. Свисающие с балок обнаженные акробаты обоих полов капают кровью на толпу внизу. По всему залу установлены прожекторы, которые освещают различные разыгрывающиеся БДСМ-сцены.

— Ну, теперь мы знаем, откуда у них такое название, — говорит Кай, когда мы пробираемся сквозь группы людей разной степени обнаженности.

После того как прибыла команда уборщиков и избавилась от безжизненного тела Карло, я послал Джастину сообщение и попросил его пробить «Бойню». Результатом поиска стало имя: Эбигейл Сошиа. Женщина двадцати шести лет, привод за проституцию, но последние десять лет была чиста. Интересно, как она раздобыла деньги, чтобы открыть сие заведение.

Мы направляемся к бару, и Свен наклоняется, разговаривает с барменом. Затем его взгляд падает на меня, и он указывает