Антибойфренд - Пенелопа Уорд

того дерьма, которое он совершил? Пообещай мне, что не впустишь его снова в свою жизнь.

– Я не собираюсь снова вступать с ним в отношения. – Я выдохнула. – Но, хотя мне не нравится его сегодняшняя выходка, после его звонка я разрывалась на части. Санни заслуживает того, чтобы знать, кто ее отец, и видеться с ним. Пусть даже он и не достоин ее любви. Я еще не решила, как поступлю, но его появление здесь не слишком помогает мне в этом. – Я вздохнула. – Еще раз спасибо тебе за то, что ты защитил Санни.

– Я ни за что не подпустил бы его к ней.

Закрыв глаза, я с шумом выдохнула и опустилась на диван.

– Чарльз был вторым мужчиной, которому я поверила. И оба они подвели меня.

– Первым был твой отец.

Его догадка была правильной.

Я кивнула.

Когда Дикон сел напротив, я вдруг осознала, насколько мне не хватало общения с ним. Мне было необходимо вернуть нашу дружбу, так что я решила быть откровенной.

– Знаешь, что самое поразительное? Когда мама была в моем возрасте, она тоже связалась с мужчиной намного старше нее. Это был мой отец. И он тоже бросил маму и вернулся к жене. Ну не странно ли?

– Ты не шутишь?

– Нет. Это к разговору о том, что история повторяется. Хотя в отличие от Чарльза мой отец все еще жил со своей женой, когда начал встречаться с мамой. И у него было трое детей. Сценарий почти такой же, хотя у Чарльза не трое детей, а двое.

– А ты когда-нибудь встречалась с детьми своего отца?

– Нет.

Он затронул больную тему. Когда я была совсем маленькой, отец иногда навещал меня. Но к тому времени, как я доросла до того, чтобы что-то помнить, он исчез. Он жил в Делавэре, и его дети живут там же. И никто никогда не пытался связаться со мной. Хотя через общих друзей я узнала, что мой отец все-таки рассказал своим детям обо мне. Вот так. Но я хочу лучшего для Санни. Только я не знаю, что будет лучшим в этой ситуации с Чарльзом.

– Ты говорила, что у тебя есть брат, – сказал Дикон. – У вас разные отцы?

Я кивнула.

– Мама вышла замуж за моего отчима через несколько лет после моего рождения. Он отец моего брата Аарона. А потом они развелись, и его я тоже больше почти не видела. Милая семейная жизнь, правда?

– У всех свое дерьмо, Кэрис. – Он положил руку на спинку дивана и устроился поудобнее. – У моих родителей внешне были хорошие отношения, но отец всегда уделял гораздо больше внимания своей карьере футбольного тренера, чем семье. Я знаю, что у них с мамой за все эти годы было достаточно трений. И я уверен, что отец изменял маме, но никогда не признавался в этом. Ни одна семья не может похвастать идеальными отношениями. Но я осознаю, что мне повезло иметь обоих родителей в отличие от многих.

– Да, и у Санни тоже не будет обоих родителей.

Его взгляд стал мягким.

– У Санни потрясающая мама. Я знаю, ты сделаешь все, чтобы она ни в чем не нуждалась, и прежде всего в любви и в чувстве защищенности. – Дикон посмотрел на свои ботинки, а потом поднял глаза, и наши взгляды встретились. – Прости, что я вел себя как засранец.

Покачав головой, я сказала:

– Все в порядке, Дикон.

– Нет, не в порядке. Я трусливо избегал общения с тобой вместо того, чтобы все с тобой обсудить. Прости меня, Кэрис, я был кретином.

– Может быть, самую малость, – согласилась я. – Но в глубине души я понимаю тебя, Дикон. И в том, что случилось в тот вечер, я тоже виновата. Я была… возбуждена. Мы оба выпили слишком много, и нас занесло. А теперь ты не знаешь, как справиться с напряжением, которое возникло между нами. Потому что ты думаешь, что мы можем быть только друзьями. И ты не можешь… заниматься со мной этим. Я это понимаю.

Его, казалось, разрывали противоречивые эмоции.

– Похоже, ты считаешь, что я держался подальше, потому что недостаточно хотел тебя? Это не так. Я уже давно, еще до того вечера, боролся со своими чувствами к тебе. И проблема не в том, что я якобы не хочу тебя, а в том, что я не слишком хорош для тебя и уж точно не слишком хорош для Санни. У меня не было нормальных отношений бог знает как давно, и в прошлом я часто причинял боль людям, которые были мне дороги. Я не хочу, чтобы все закончилось тем, что я причиню боль тебе или Санни – особенно Санни.

Я восхищалась его честностью, но мне было больно, что он подтвердил мои опасения. У нас с ним не было ни единого шанса.

– Понятно.

Я вздохнула. Кто я такая, чтобы просить его довериться своим чувствам? Я сама никому не доверяла.

А он тем временем продолжал:

– Я притворялся, что то, что случилось в день твоего рождения, было только для тебя, но и я хотел этого больше, чем ты можешь себе представить. И я хотел большего. Но не мог позволить себе этого. Я не хочу сделать тебе больно, Кэрис. Ты одна из самых лучших людей, каких я только знаю, и ты хороший друг, а я переступил черту. Но уже слишком поздно. Я знаю, что разрушил нашу дружбу, что бы ты ни говорила.

– Ты прав, – согласилась я. – Ты разрушил ту дружбу, которая была между нами. И не потому, что я зла на тебя или стала меньше тебя уважать. Просто я не могу перестать думать о том, какой была та ночь, или о том, что я испытала чувство жгучей ревности, увидев тебя с Кендрой. Я не могу контролировать свои эмоции. И, как бы я ни хотела, чтобы мы не испытывали неловкости, мы все равно будем ее испытывать.

– Да. Мне ли этого не знать. – Он выдохнул. – Но я не хочу лишиться нашей дружбы. И я не хочу причинить тебе боль. Так что скажи, что мне теперь делать.

Был только один способ справиться с ситуацией, если только один из нас не решит переехать.

– Я думаю, что мы должны вести себя по-взрослому. Мы должны смириться с тем, что будем испытывать чувство неловкости и позволим себе испытывать его. Или нам придется расстаться навсегда. Но мне хочется знать, что я могу обратиться к тебе, когда ты будешь мне нужен. И если при этом я буду испытывать