Эти три коротких слова - Меган Куин

удачнее, – говорю я. – Сначала мы обсудили, как нам было ужасно неловко, а потом оказалось, что мы оба смотрим «Озарк».

– Люблю Джейсона Бейтмана, – признается Блейкли.

– Илай его вживую видел. Я ему так завидую! И серьезно, теперь все гораздо лучше. Ну, насколько это возможно. До вчерашнего вечера мы как будто усиленно пытались игнорировать огромного слона в комнате. Но теперь мы правда можем общаться, так что, думаю, все будет хорошо.

– Он же с тобой живет, так? – спрашивает Винни.

Я киваю.

– Да.

– И как тебе? Ты знаешь, я люблю Пэйси всей душой, но не могу не признать – Илай довольно симпатичный. Когда я впервые его увидела, то аж на месте замерла – такой он красивый. Представить себе не могу, каково это – жить с ним в одной квартире.

– Ты не волнуйся! – Блейкли кладет руку на плечо Винни. – Между ними не будет ничего хоть сколько-нибудь романтичного.

Винни хихикает.

– Ты правда так думаешь, Пенни?

– Естественно. Нам не нужны отношения. Это только все усложнит. Мы решили остаться друзьями, и этого достаточно.

– Ты погоди, у нее скоро начнется развратная стадия беременности, – хихикает Блейкли. – Когда моя сестра была беременна, она при каждом удобном случае пыталась сесть на лицо своему мужу.

– Я сейчас себе даже представить не могу, чтобы я захотела заняться сексом, – говорю я, прижимая ладонь к животу. – Это кажется каким-то странным и неуместным. И я боюсь, что меня стошнит, так что это совершенно исключено.

– Ты просто подожди – сама увидишь. – Блейкли улыбается, отпивая свой смузи. – Так что тебе написал Хорнсби?

Желая сменить тему, я достаю телефон и открываю сообщение. Сначала я читаю его про себя.

Илай: Доброе утро. Просто проверяю, как ты. Видишь, на самом деле я умею разговаривать.

Я хихикаю и набираю ему ответ, забыв о том, что на меня смотрят две пары глаз.

Пенни: Доброе утро. Все хорошо. Сегодня у меня будет прием у врача. Я дам тебе знать, как все пройдет.

Когда я кладу телефон и поднимаю свой смузи, то вижу, что обе мои подруги ехидно ухмыляются.

– Да-а-а. – Блейкли поворачивается к Винни. – Между ними точно ничего не произойдет. – Они хихикают. – Будет очень весело наблюдать, куда это все повернет.

– Точно. Надо не забыть прихватить попкорна. В воздухе определенно витает романтика.

Я закатываю глаза, потому что они совершенно сбрендили. Нет тут никакой романтики. В нашей ситуации нет ничего романтичного. Может, если бы мы были женаты и любили друг друга, тогда да, было бы романтично. Но мы не женаты. Мы даже почти друг друга не знаем. Мы просто пытаемся как-то со всем этим справляться, день за днем.

Нет тут никакой романтики.

Вообще.

Полный ноль.

Илай: Все думаю о тебе. Ты сейчас у врача?

Пенни: Да. Мне пришлось переодеться в больничный халат и снять нижнее белье. Э-э… я слишком много рассказываю, да?

Илай: Думаю, чем честнее мы друг с другом будем, тем лучше. Так мы хотя бы не будем говорить ерунду вроде «Мне нравится снег, потому что он белый». Честнее – лучше.

Пенни: Тогда мне стоит сказать, что у меня покалывает соски?

Илай: ЛОЛ. Да, пожалуйста, расскажи мне об этом все. И о каком покалывании идет речь? О хорошем или о плохом?

Пенни: О странном. Я еще не до конца уверена, что об этом думать.

Илай: Еще что-нибудь у тебя покалывает?

Пенни: Нет. Только соски. А у тебя что-нибудь покалывает?

Илай: Пока нет. Но когда Поузи снимает футболку в раздевалке, все мое тело начинает покалывать.

Пенни: ХАХА. У меня только что появилась идея сделать коллаж твоего лица в окружении сердечек и видео, где Поузи идет тебе навстречу. Был бы просто отличный пост.

Илай: Или как он разминается со своей клюшкой.

Пенни: Боже, еще лучше. О, доктор пришел. Я дам тебе знать, как все прошло.

Илай: Хорошо. Не забудь рассказать ему о покалывании в сосках.

Илай: Ты не спишь?

Пенни: Не могу уснуть, хотя устала жутко.

Телефон звонит. Я включаю громкую связь и кладу его на живот. Я уже удобно устроилась в постели, и мне не хочется держать руку с телефоном у уха.

– Привет. Поздравляю с сегодняшней победой.

– Спасибо. – Голос Илая звучит так же устало, как и мой. – Сейчас мы всех дождемся и отправимся в аэропорт. Я вернусь домой поздно. Хочешь, я посплю на диване, чтобы тебя не разбудить?

– Нет. Как только я смогу заснуть, то отрублюсь начисто.

– Ладно, – он на секунду замолкает. – Как прошел прием?

– Хорошо. Врач подтвердил, что я действительно беременна, но это мы и так знали.

– Ты рассказала ему о, э-э… покалывании?

– Да, – я усмехаюсь. – Он сказал, что все нормально и что в будущем мое тело ждет еще много изменений. Еще он посоветовал мне принимать витамины для беременных и назвал день, когда я должна родить.

– И когда это будет?

– Одиннадцатого ноября.

– Сразу после начала нового сезона, – я слышу в его голосе волнение. – Нужно проверить, могу ли я взять отпуск по уходу за ребенком. Я знаю только, что правилами лиги это не предусмотрено, но может быть, у «Агитаторов» есть свои условия.

– Не думаю, что сейчас имеет смысл об этом думать. Нам предстоит долгий путь. Моя беременность все еще может закончиться как угодно.

– Ты это о чем?

– Ну, у меня все еще высокая вероятность выкидыша. Вот почему врачи советуют подождать, прежде чем рассказывать всем о ребенке. На двенадцатой неделе уже можно будет сообщить родным и близким, а ты сможешь проверить, что там с отпуском по уходу за ребенком.

– А сейчас ты на какой неделе?

– Почти на восьмой.

– Почему у меня такое ощущение, будто прошло гораздо больше времени?

Я еще глубже зарываюсь в подушку.

– Наверное, это потому, что первое время мы такую чушь несли, что с ума можно было сойти от неловкости.

Илай издает смешок.

– Да, пожалуй. Я рад, что теперь мы можем об этом шутить. Значит ли это, что тебе стало со мной спокойнее?

– Думаю, да. Может быть, завтра я даже смогу на тебя взглянуть, а не побежать тут же убирать квартиру.

– Это здорово, что один мой вид вызывает у тебя желание все отмыть.

Я тихо смеюсь.

– Ты все еще хочешь тут жить? Потому что, ну, если не хочешь, то это необязательно. На данный момент это кажется довольно глупой