Красные искры света - Джейн Анна

– Чего надо? – неожиданно обернулся один из крепышей, пока двое его друзей, используя матерные выражения, выясняли что-то у Зарецкого. Боже, он им денег, может, должен?

– Вломи2те ему посильнее, – вырвалось у меня.

– Чего? – удивленно повернулись ко мне и другие парни. Ярослав тоже уставился на меня, но не как на спасительницу, а как-то совсем иначе: зло, с недоверием и почти затравлено.

«Опять ты», – прочитала я по его глазам. И мне стало не по себе.

Я откашлялась, поняв, что сболтнула лишнего.

– Вло2мите ему посильнее, и я вызову полицию, – с другой интонацией и ударением произнесла я, доставая телефон. – Отойдите от него. И планшет верните.

– А ты еще кто такая? – плотоядно спросил один из парней. С виду все трое выглядели вполне адекватно, не как пацанчики с района. В глазах светился интеллект.

А еще я вдруг поняла, что совершенно не чувствую их агрессии.

В их лицах, глазах, жестах было что-то другое.

Интерес, любопытство, даже веселье. Но никак не злость и желание сделать больно.

– Что тут происходит? – сделала я шаг назад. Трое незнакомых парней – кроме Зарецкого, естественно, шагнули ко мне, почему-то не сводя с меня глаз. Заулыбались.

– Планшет отдайте, – попросила я нервно. – И, в общем, до свидания!

– Куда вы? Останьтесь! – ловко окружили меня бугаи – один даже попытался схватить за руку. Их эмоции были мне не понятны, и это отчего-то пугало. – Как вас зовут, девушка? Вы нам нужны на пару минут!

Я кинула на поджавшего губы Ярослава, одиноко стоящего в стороне, долгий взгляд, но он мне не ответил, словно и не знал меня.

Вот скотина!

– Что происходит? – раздался позади нас уверенный голос Карла. Парни оглянулись на него и как-то немного поникли.

Темноволосый отодвинул плечом одного из них и положил руку мне на плечо, явно давая понять, что я – с ним.

Я с благодарностью взглянула на него. Во мне тотчас поселилась уверенность.

– Да отпустите вы ее, – вдруг буркнул Ярослав, засунув руки в карманы джинсовых бриджей. – На фиг она нужна.

– Но ведь она отлично подходит! – живо возразил один из бугаев.

– Это наша преподаватель, – появилась вдруг словно из ниоткуда та самая краснокосая девочка, что назвала меня в пятницу стервой. Рядом с ней стояли ошарашенные Ван, Митяй и еще несколько одногруппников Зарецкого, которые обсуждали меня.

– Как преподаватель? – охнул тот, кто хотел схватить меня за руку.

– Вот так, идиоты, – сухо отвечал Зарецкий.

– Что тут происходит? – свел темные брови к переносице Карл. Его акцент тотчас приметили остальные и с интересом уставились на иностранца.

– Я бы тоже хотела это знать, – сердито сказала я.

– Мы снимаем видео, – отозвалась краснокосая. – Вон там стоит наш человек с камерой, – махнула она рукой в сторону.

Брови у меня поползли вверх.

Как оказалось, один из преподов дал им творческое задание – снять видео, этакий социальный эксперимент, в котором на глазах у общественности сильные будут обижать более слабых. Цель всего этого спектакля – понять, заступятся ли прохожие за незнакомого парня, которого хотят избить, или за незнакомую девушку, к которой нагло пристают.

То, что за Ярослава вступится их собственный преподаватель, несчастные студенты и предполагать не могли.

– Меня, пожалуйста, не стоит включать в ваше видео, – попросила я, поняв, во что вляпалась.

– А в статистику можно? – спросил один из студентов.

– Если хотите.

Я хотела унести ноги подальше от этих странных людей, распрощалась, но меня таки догнал Ярослав. Зеленые глаза его изволили гневаться.

– Преследуешь меня, Мантикоровна? – тихо спросил Енот Адольфыч, пока остальные не слышали, что-то бурно обсуждая.

– Больно надо, Злорадский, – фыркнула я.

– Старпера какого-то нашла, – довольно-таки ехидно заметил он, мельком глянув на стоящего поодаль Карла. – Еще одного.

– Еще… одного? – с удивлением переспросила я. – Ты о ком?

– О мужике на премии «Вериора Верис», – выдал он, вероятно, вспомнив дядю Тима.

– Поосторожнее с выражениями, Злорадский, – мрачно заметила я. – Так и по-настоящему огрести можно.

– Нашла брутального немца, – продолжал парень с каким-то странным выражением лица. – Богатого, наверное? Хотя почему наверное? – словно спохватился он. – Неужели я мог подумать, что тебя заинтересовал бы чей-то богатый внутренний мир? Ты же у нас девица глубоко меркантильная.

– А ты у нас весь из себя высокоморальный, духовный, ну просто куда бежать от твоей святости, – лучезарно улыбнулась я. – Или ты на себя намекаешь? Извини, твой богатый внутренний мир мне не интересен.

– Ну ты и дура, – буркнул обиженный в лучших чувствах Ярослав.

– Зарецкий, я твой преподаватель, – заявила я. – Соблюдай субординацию. Обращайся ко мне вежливо и на «вы».

Меня одарили весьма красноречивым взглядом.

– Красную ковровую дорожку под ноги не постелить? Или опахало притащить? – попробовал поехидничать тот. – Пусть немец у тебя над головой им машет.

– Не забудь отработать пропущенную в прошлую пятницу лекцию, – мило улыбнулась ему я. – Увидимся в пятницу.

В ответ я не услышала ни слова, но точно знала, что Зарецкий сверлил меня взглядом, пока я не подошла к Карлу.

– Все в порядке? – спросил он.

– В полном, – тряхнула я волосами. – Просто вышло недоразумение.

И, как смогла, попыталась объяснить ситуацию. На что немец задумчиво сказал:

– Ты странная.

– Почему?

– Кинулась спасать незнакомого человека, зная, что противник сильнее, – произнес Карл, не подозревая об истинном положении дел.

– Просто это мой студент, – пришлось признаться мне.

– Даже так? Это не отменяет того факта, что ты – странная.

– Быть странной – плохо или хорошо? – уточнила я.

– Твоя странность мне нравится, – сказал Карл, и мне оставалось только улыбнуться в ответ.

День, несмотря ни на что, закончился замечательно.

Если Настя пришла домой усталая и почти счастливая, то Ярослав домой притащился на последнем издыхании. Инцидент с молодой преподавательницей настолько потряс его, что настроение мигом провалилось в выгребную яму, да так там и осталось.

Видео, конечно, в результате ребята сняли и даже остались довольны. Но вот сам Зарецкий после очередной встречи со старой врагиней был зол.

Пытаясь унять странную тревогу, он полночи просидел в Интернете, на сайте популярной многопользовательской ролевой игры, в которой управлял эльфом из класса хилеров.

Этого перса Яр целенаправленно прокачивал уже года два и достиг девяносто второго уровня. Правда, когда ему надоедал благородный эльф, он садился за аккаунт другого персонажа – некроманта, который ходил по локациям и атаковал других персонажей, то и дело пытаясь кого-нибудь прикончить. То есть, говоря простым языком, Яр нещадно «пкашил», получая от этого удовольствие.

Положив несколько ни в чем не повинных игроков, Зарецкий зашел на кухню попить воды. Егор по привычке сидел за столом, на котором стоял ноутбук, обложенный кипой документов, и разговаривал с кем-то по телефону. Яр услышал имя «Жанна» и заухмылялся.

– Чего за Жанну нашел? – громко осведомился он.

Егор прикрыл телефон руками и прошептал:

– Пошел отсюда, мелкий.

Яр усмехнулся, попил воды и, подкравшись к брату, который внимательно слушал свою Жанну, тоненьким голосом завопил:

– Дорогой! Ты покормил Васеньку?!

Егор, плечом прижимая телефон к уху, встал и буквально вытолкнул хохочущего младшего брата вон из кухни, напоследок показав кулак.

Довольный Яр отправился обратно в спальню. Но долго не мог заснуть: Настя прочно сидела в его голове. Жаль, от нее нельзя избавиться, как от перса в игре.

Ночью она ему снилась – отчего-то в коротеньком платье, которое то и дело задирал шальной ветер.

Утром Ярослав проспал и на занятия собирался в ускоренном режиме – не позавтракав, вылетел из квартиры, бегом спустился по лестнице, потому что какой-то кретин занял лифт, и помчался к стоянке. Машина, как назло, не завелась – кончился бензин. Тогда злой Яр побежал к остановке, лихо успев запрыгнуть в автобус. Через пару остановок автобус набился людьми так, что, казалось, раздулся в боках, однако продолжал бодро нестись вперед.