Юна-Мари Паркер - Влечения

Он с сомнением покачал головой:

— Меня тут же обвинят в фаворитизме, как только я попытаюсь устроить тебя в трест. Но с другой стороны, если ты всерьез надумала остаться в Нью-Йорке, тут надо будет что-нибудь придумать. Я поспрашиваю…

Дженни улыбнулась:

— Нет, папа, умоляю тебя — не делай ничего. Я сама себе найду работу, которая мне понравится и будет по силам. — Она отметила про себя, что отец после этих слов вздохнул с облегчением. — Но у меня есть одна проблема… Можно я погощу у тебя до тех пор, пока не смогу позволить себе снимать квартиру?

— Боже, ну разумеется! Я и не отпущу тебя никуда от себя. Нью-Йорк — опасный город. Молодой женщине в нем нельзя оставаться одной.

— Но Ребекка Кендал, кажется, справляется, — возразила Дженни. — Я позвоню ей. Она обещала пофотографировать меня немного.

— Неплохая мысль! Слушай, почему бы тебе не пригласить ее на ужин? Ребекка — замечательная девушка. Полна кипучей энергии. Бери с нее пример, малыш.

— Мы пригласим и ее друга, — заметила Дженни. Она искренне надеялась, что ее отец не питал слабости к Ребекке, ибо это могло в одночасье разрушить ее дружбу с американкой. — Я, признаться, соскучилась по ней. Мне будет очень приятно повидаться просто так, и без обещанных фотографий. Я была рада, когда она решила в Лондоне погостить немного у меня. Кстати, у тебя есть какие-нибудь новости по делу Мариссы? Как там Слай Капра поживает?

Сэр Эдвард вздрогнул так, словно по его телу пропустили электроток.

— Тише, черт возьми! — сквозь зубы прошипел он и быстро осмотрелся по сторонам, чтобы убедиться в том, что за ними никто не следит.

Дженни покраснела от смущения. Отцовский гнев застал ее врасплох.

— Прости, я не хотела…

— Мы продолжим этот разговор дома, — сухо и холодно сказал отец.

Глава 16

— Я уверена, что это Джерри звонит, — сказала Ребекка Стирлингу, который лежал с ней рядом. — И вообще мне кажется, что это именно он преследует меня и следит за мной с самого начала.

— А зачем ему это надо, интересно? — задумчиво спросил Стирлинг. Он навил на палец локон ее волос и поцеловал его. — В конце концов, на той злосчастной вечеринке ты сфотографировала не его, а Слая Капру.

— Кто знает? Может, он работает на Слая и действует по его указаниям. Эх, Стирлинг… хотела бы я знать, что мне делать дальше…

— Я считаю, что тебе нужно поехать навестить своих родителей. Пойми, ситуация здесь выходит из-под контроля. А Слай Капра и те люди, которые выполняют его приказы, явно не собираются отступать. Оставаться в Нью-Йорке слишком опасно.

Ребекка повернулась на бок и взглянула на Стирлинга:

— Когда ты наконец уразумеешь, что Слай Капра и Джерри Рибис, если уж на то пошло, при желании достанут меня где угодно, хоть здесь, хоть у родителей. От них нигде не скроешься. Помнишь, как за мной следили в Париже? Как мне угрожали в Лондоне? Бежать куда-то бесполезно, поэтому я предпочитаю оставаться в Нью-Йорке. А вот что мне действительно не помешает, так это защита полиции.

— Верно, но ты ее не получишь по крайней мере до тех пор, пока с дела не снимут О'Хару. И еще. У нас нет никаких улик, с которыми было бы можно обратиться в суд.

— И что мне теперь прикажешь делать? Дожидаться момента, когда на меня нападут, чтобы мне наконец поверили? Так ведь я могу и не уйти живой…

— Во-первых, не надо больше совершать глупостей.

— О чем ты?

— О твоем отклике на газетное объявление о Мариссе! — рявкнул Стирлинг. Пару дней назад Ребекка рассказала ему о том, что хотела, но не смогла встретиться с автором объявления, который мог пролить свет на все случившееся с Мариссой. — Тебе пора всерьез задуматься о своей безопасности. Нет, действительно… поезжай к родителям. Они не дадут тебя в обиду.

— Я им еще не сказала, что беременна, — еле слышно обронила Ребекка.

Стирлинг внимательно взглянул на нее.

— Как ты думаешь, они обрадуются? Или расстроятся из-за того, что мы до сих пор не муж и жена? — осторожно спросил он.

— Весть о ребенке они примут как дар Божий. Во-первых, ты им нравишься. А во-вторых, они посчитают, что ребенок поможет мне наконец угомониться… — отозвалась она, и ее губы тронула легкая улыбка. — На самом деле они ждут не дождутся той минуты, когда мы поженимся.

— И когда же мы, интересно, поженимся?

Ребекка неопределенно повела плечами:

— Не дави на меня, Стирлинг, пожалуйста. Мне угрожает серьезная опасность, и в настоящий момент я способна думать только об этом. Я хочу как-нибудь нейтрализовать Слая Капру и Джерри Рибиса. Доказать их вину. Пока они не сядут на скамью подсудимых, я не успокоюсь.

Стирлинг не стал спорить дальше. Он уже отметил, что в последнее время она стала легко раздражительной и переменчивой в своих настроениях. Виной этому было дьявольское напряжение, в котором она вынуждена существовать. Ну и беременность, конечно… Ребекка могла весело смеяться, а уже в следующую минуту рассердиться на что-то. То она буквально излучала жизненную энергию, то чувствовала смертельную усталость.

Она заснула…

Стирлинг взял ее за руку и решил смириться. Стать всепонимающим другом, на которого можно всецело положиться. В настоящий момент это самое лучшее, что ему оставалось. Ничего, даст Бог, вскоре вся эта неприятная история с Мариссой и Слаем Капрой закончится.

На следующее утро позвонила Дженни.

— О, как я рада вновь слышать вас! — воскликнула Ребекка. — Как поживаете? Давно в Нью-Йорке?

— Вчера днем прилетела. Знаете, я ведь бросила школу.

— Это важный шаг, Дженни. Вы умница. Хорошо бы встретиться. Когда вы будете свободны?

— Да у меня нет пока никаких планов, — честно призналась Дженни. — Может быть, пообедаем сегодня?

— Прекрасно. Помните, я обещала немного поснимать вас? Я не забыла.

— Вас не затруднит зайти сюда? Я покажу вам свой новый гардероб, а? Он мне недешево обошелся… Я бы хотела, чтобы вы сами определили, в чем мне лучше фотографироваться.

Ребекка рассмеялась:

— Жду нашей встречи с нетерпением. Бьюсь об заклад, вы потрясающе выглядите!

— Могу лишь сказать, что за последнее время я сбросила еще шесть фунтов, — смущенно засмеявшись, проговорила в трубку Дженни и добавила: — Думаю, это заметно…

К обеду, как и было договорено, Ребекка появилась на квартире у сэра Эдварда Венлейка. Они с Дженни сердечно обнялись, как старые подружки, и Ребекка не сумела сдержать восторга при виде преобразившейся фигуры девушки.

— Вы изменились до неузнаваемости, моя милая! — воскликнула она.