Юна-Мари Паркер - Влечения

Вскочив и отойдя к двери, он отдал секретарше распоряжение, затем запер дверь изнутри и повернулся к Ребекке. Она быстро подошла к нему. В глазах ее был блеск.

— Возьми меня… немедленно! — выдохнула она.

Он заключил ее в объятия, прильнул к губам и почувствовал, как сладкая судорога прошла по всему ее телу. Она придвинулась к нему вплотную, глаза ее закрылись, ласковые руки ее бродили по его голове, лицу, шее…

— Я люблю тебя… — прошептал Стирлинг.

С этими словами он поднял на ней юбку, и рука его скользнула ей между ног, где были тонкие трусики. У нее перехватило дыхание, когда он коснулся ее там. Ребекка непроизвольно задвигала бедрами, прижимаясь к его руке. И он понял, что она уже на грани оргазма…

— А тебе можно? — тихо спросил он, укладывая ее прямо на своем рабочем столе поверх кипы бумаг и фотографий и расстегивая на себе брюки.

— Можно, можно… — тяжело дыша, отозвалась она. — Боже, скорее же! Войди в меня, милый, я умру сейчас, если ты этого не сделаешь!

Наклонившись вперед, он вошел в нее сильно и глубоко. Ребекка открыла глаза, и он увидел в них темный огонь слепого желания. Снова поцеловав ее, он стал двигать бедрами сначала медленно, но потом все быстрее. Он чувствовал, как она увлажняется все больше, и это будило в нем страсть, однако он старался действовать осторожно, чтобы не повредить ей и ребенку.

Наконец он довел ее до оргазма. Крупные волны дрожи прошли по всему ее телу, глаза закатились, спина выгнулась, и она прижала его к себе руками еще крепче. Стирлинг резко взвинтил темп, приближаясь к собственному оргазму. Вот это случилось, и на краткий миг он едва не потерял сознание. Сам того не замечая, он навалился на нее всем телом и некоторое время не двигался, ожидая, когда силы вернутся к нему.

— Боже, Боже… — исступленно шептала Ребекка, переводя дыхание. — Потрясающе… Такого у нас еще не было, правда?

— Я, во всяком случае, не помню. Но скажи, малыш, ты в порядке?

Стирлинг сжал ее лицо ладонями и принялся покрывать его легкими, нежными поцелуями.

Она устало улыбнулась:

— В порядке? Еще бы! Ты дал мне то, в чем я нуждалась сейчас больше всего. А теперь такое расслабление, что… спать… спать…

— Эй! — рассмеялся Стирлинг. — Куда спать? В моем кабинете?

Ребекка спохватилась и, взяв себя в руки, виновато улыбнулась.

— Ты прав, милый. — Помолчав и пожевав губами, она добавила: — Послушай, давай не пойдем сегодня никуда ужинать, а?

— Почему?

Она озорно подмигнула ему:

— Давай останемся дома и повторим все это еще разок, а?

Ребекка и Дженни встретились через пару дней. Они отправились в Центральный парк, где Ребекка нащелкала целых две пленки — одну цветную и одну черно-белую.

— Вы удивительно естественно смотритесь перед камерой, — сказала она. Дженни краснела от удовольствия и, не зная, куда девать руки от смущения, засунула их в карманы своих узких джинсов. — Да-да, я серьезно говорю! Поверьте, у нас получилось несколько просто классных снимков! Но продолжим…

Наконец они закончили и сели на скамейку отдохнуть и поболтать о том о сем. Вдруг Ребекка схватила Дженни за руку.

— Не оборачивайтесь! Мне кажется, я вижу кого-то в кустах… Справа от вас, — шепнула она напряженно. — За нами следят.

Дженни испуганно взглянула на нее:

— Вы его хорошо видите?

— Нет… Не поворачивайтесь и продолжайте говорить как ни в чем не бывало… — приказала Ребекка, одновременно заправляя в свою «лейку» новую пленку. — Сейчас я сниму его. Но это нужно сделать внезапно, а то он смоется…

В следующее мгновение Ребекка подняла камеру к глазам и, медленно поворачиваясь слева направо, стала делать кадр за кадром.

— Я знала, что не ошиблась! — выдохнула она.

— Кто это? Вы его разглядели?

— Нет, но я увидела движение в кустах. Подождем, пока проявятся. Может, на снимках будет лучше видно. — Ребекка поднялась с лавки, привычным движением повесив камеру себе на плечо. — Ладно, пойдемте отсюда. Что-то мне здесь разонравилось. Как насчет того, чтобы отправиться к Стирлингу? Пусть накормит нас обедом.

Когда они приехали в агентство и рассказали о том, что с ними случилось в парке, Стирлинг покачал головой.

— Я отдам в проявку, — сказал он, забирая пленку. — Надеюсь, тебе удалось заснять этого сукина сына.

Вернувшись к вечеру домой, Ребекка обнаружила на автоответчике сообщение от Карен с просьбой перезвонить ей. С тех пор как Ребекка возвратилась из Европы, они связывались друг с другом несколько раз, но все никак не могли встретиться.

Карен схватила трубку после первого же гудка и радостно взвизгнула, услышав голос подруги:

— Бекки! Спасибо, что перезвонила. У нас тут работы невпроворот, но в пятницу босса не будет, и я смогу подольше задержаться на обеде. Давай сходим куда-нибудь, а?

— С удовольствием. Где встречаемся?

— Заезжай за мной в офис. Сгораю от желания рассказать тебе о Чингизе!

— О ком?

— Ну Чингиз, это мой новый парень. Он просто душка!

— Чингиз? Как это тебя угораздило? — рассмеялась Ребекка.

— Скажешь тоже! Его мать была помешана на Чингисхане, потому так и назвала его. А вообще он Чингиз Рок Максимилиан Флаэрти.

— Невероятно! Где ты его подцепила?

Карен сердито фыркнула:

— Что значит — подцепила? Он замечательный человек! Умный, добрый и вообще лапочка! Я в нем души не чаю! Он и тебе понравится, вот увидишь!

— Не сомневаюсь в этом… — усмехнулась Ребекка.

Ничто не изменилось. Карен все такая же. На самом деле Ребекка очень соскучилась по своей подруге и ее нескончаемой череде поклонников. И хоть Карен порой «доставала» ее, но это было так давно, что Ребекка уже и по этому тоже успела соскучиться.

— То-то!

— Значит, в пятницу, в половине первого?

— Самое то! И кстати, мы вернемся когда-нибудь в нашу любимую «Треуголку»? Мне мое житье у сестры уже, честно говоря, обрыдло.

— Заметно, — опять рассмеялась Ребекка. Ей не хотелось рассказывать о своей беременности по телефону. — Поболтаем обо всем при встрече.

— О'кей, в половине первого в пятницу, как штык! Договорились!

Стирлинг взял со стола и передал Ребекке снимки, которые та сделала в Центральном парке.

— Ничего тут нет, — расстроенно сказал он. — Тень чья-то видна, но и только.

Ребекка внимательно изучила фотографии и хмыкнула:

— Да, ты прав. Жалко. Поди тут разберись, кто это? М-да…

Она швырнула снимки обратно на стол.

— Зато с Дженни получилось неплохо, — подмигнул ей Стирлинг. — Интересно, она никогда не хотела стать моделью?