Шеннон Маккена - Стоя в тени

И плевать ему на то, что его сочтут ненормальным. Раз уж он отпрыск Бешеного Эймона, надо поступать в соответствии с семейными традициями — неординарно, оперативно и без оглядки на возможные опасности. Не идти же ему, в самом деле, против природы!

Рассудив так, он ощутил прилив энергии и побежал в дом. Там он пристегнул к ноге кобуру с пистолетом, засунул в карман штанов другой, армейский «зиг-зауэр», надел куртку и бросился к машине, даже не вымыв посуду, что всегда считалось тяжким проступком в их семье. Пробуксовав с минуту на гравийной дорожке, «кадиллак» с ревом сорвался с места и запрыгал по ухабам, унося своего владельца в мир его причудливых фантазий. И горе ожидало всякого, кто дерзнул бы встать у него на пути.

Глава 24

— Нет, у меня это просто в голове не укладывается! — простонала Тония. — Ну как можно появиться перед Мюллером в таком убогом виде? Мало того, что ты бледна, словно привидение, так ты еще надела платье мышиного цвета. А как ты расчесала волосы? Это же кошмар! С такой прической ты похожа на луковицу без кожуры. Что это на тебя нашло, милочка?

Эрин безучастно уставилась на колени.

— Отстань от меня, Тония! — вяло промолвила наконец она. — Я плохо спала и не хочу выглядеть привлекательной. Достаточно того, что я выгляжу прилично, по-деловому. У меня нет сил наводить глянец.

— Так позвонила бы мне! Я бы примчалась и мигом привела тебя в порядок. — Тония возмущенно фыркнула. — Запомни, подруга: ничто так не взбадривает женщину, как хороший макияж. Немного блеска на веки, немного тональной пудры, чуточку румян — и ты превращается в богиню!

— Но Мюллер абсолютно меня не волнует как мужчина, и я не хочу, чтобы он проявлял ко мне особый интерес! Поэтому давай не будем обсуждать мою внешность!

Тония смерила ее холодным взглядом и произнесла:

— Ну, если так, то извини!

— И ты не обижайся на меня за мой резкий тон, — сказала Эрин, смягчившись.

— Как поживает твой сердечный друг? — спросила Тония. — Уж не он ли причина твоей раздражительности?

У Эрин задрожали губы.

— Кажется, с ним все кончено.

— И кто же стал инициатором вашего разрыва? Эрин вздрогнула.

— Пожалуй, я… — прошептала она.

— Ты в этом даже не уверена? — удивленно спросила Тония.

— Я не хочу это обсуждать! — оборвала ее Эрин.

— Ах вот оно как! Честно говоря, я бы на твоем месте не принимала это близко к сердцу. Он чересчур резковат и вспыльчив. Мужчины с таким темпераментом не в моем вкусе, они могут сгоряча наломать немало дров…

— Возможно, — уклончиво ответила Эрин, отчаянно хлопая влажными глазами. — Давай продолжим этот разговор в другой раз. Хорошо?

— Какая ты, оказывается, сентиментальная! Любопытно, чем не угодил тебе Мюллер. Он тебе неприятен? У него дурная внешность? Или скверный характер? — с живостью спросила Тония.

— Напротив, он обладает приятной внешностью и хорошими манерами, — пожав плечами, сказала Эрин. — Богат, образован, в общем, образцовый джентльмен. И вдобавок холост. Завидный жених, без единого изъяна.

— Единственный его недостаток заключается в том, что он не Коннор Маклауд, — язвительно добавила Тония.

— Тония, прошу тебя! Не терзай меня! Я готова умолять тебя об этом на коленях! — воскликнула Эрин, кусая губы.

— Я вовсе не хотела тебя обидеть, — поспешила извиниться Тония. — Мне просто хочется докопаться до корней твоей неприязни к Мюллеру. Согласись, что выйти за него замуж — огромная удача. Почему же ты отказываешься от этого уникального шанса?

— Я не желаю даже слышать об этом! Мне безразличны все его сокровища, коллекция, пожертвования и даже соблазнительное предложение стать куратором новой экспозиции музея. Потому что все это не более чем дурацкий и недостойный фарс!

— Что ж, если так, извини меня за любопытство, — сказала Тония изменившимся, натянутым тоном. — Но тогда зачем же мы едем к нему? У меня есть чем заняться, как тебе известно.

Эрин достала из сумочки бумажный носовой платок и высморкалась, прежде чем ответить.

— Мы едем к нему, потому что я обещала быть у него сегодня, — сказала она звенящим голосом. — Иных причин для визита у меня нет. Вся моя жизнь полетела кувырком, у меня осталась только честь. И я постараюсь ее сохранить, с Божьей помощью.

— Прошу тебя, только избавь меня от патетики! — воскликнула Тония, сдерживая смех.

Эрин закрыла лицо руками и разрыдалась.

Тония резко свернула на парковочную площадку возле бензоколонки и выключила двигатель. Эрин продолжала горько плакать. Тония обняла ее за плечи и сказала тихо и доверительно:

— Не нужно так убиваться, все образуется!

— Я чувствую себя отвратительно, я не вынесу всего этого! — простонала Эрин.

— Я понимаю, что это тяжело. Но уверяю тебя, что скоро все наладится, — успокоила ее подруга. — Но сперва тебе нужно привести себя в порядок, напудрить носик и почистить крылышки. Что бы ты ни думала о Мюллере, следует всегда держаться с достоинством и следить за своей внешностью.

— Хорошо, ты меня убедила, — вздохнула Эрин. — Доверяю тебе свое лицо.

Тония принялась извлекать из волос Эрин заколки.

— Начнем с прически! Этот ужасный пучок тебя старит. Долой его!

С этими словами она стиснула Эрин в объятиях так крепко, что застежка одной из ее сережек впилась ей в шею. Эрин вскрикнула от боли и попыталась высвободиться. Но Тония ее не выпускала, приговаривая:

— Скоро все кончится, это я тебе обещаю…

Коннор прошел через раскрывшиеся створки стеклянной двери и направился к регистратуре, стараясь не выказывать волнения. Когда-то он был готов на все, чтобы побыстрее покинуть эту больницу. И дело было вовсе не в неудовлетворительном лечении или нерасторопном обслуживающем персонале. Напротив, врачи и медсестры были квалифицированны и предупредительны, они старались сделать все возможное, чтобы скорее поставить его на ноги. Его любимицей стала Бренда, дородная пятидесятилетняя заведующая приемным покоем. Сейчас она сидела за стойкой и смотрела сквозь стекла очков в позолоченной оправе на экран монитора.

— Здравствуйте, Бренда! — обратился к ней Коннор.

Она подняла глаза — и в них засветились теплые огоньки.

— Коннор Маклауд! Какими судьбами! Чудесно выглядишь!

Бренда вскочила из-за стола и по-матерински потрепала его по щеке ладонью.

— Ты здесь по делу? Или заскочил, чтобы нас проведать? Я сейчас позвоню медсестрам, обслуживавшим тебя, они будут очень рады! — Она потянулась к телефону.

— Не надо, Бренда, — остановил ее Коннор. — Я тороплюсь. Мне нужна кое-какая информация. Так что просто передайте Джоанне и Патриции от меня привет. Я непременно как-нибудь снова загляну сюда и поболтаю с ними.