Кей Хупер - Семейное проклятие

Лаура посмотрела ей в глаза и спросила:

— Ты собиралась убить его?

Кэссиди едва заметно улыбнулась.

— Я знаю, ты хотела бы, чтобы я ответила, что нет. Но именно это я задумала. И нисколько не волновалась. Я даже украла в гостях разделочный нож и положила его в свою сумку. Просто так, на всякий случай. Но все же я бы его не убила. Если бы только Питер…

Кэссиди яростно помотала головой.

— Но нет, он не согласился.

Лаура постаралась сделать глубокий вдох.

— И что же было дальше, Кэсс?

— Энн как раз уезжала. Я оставила машину на другой стороне улицы и все прекрасно видела. Питер подошел к двери, чтобы попрощаться с ней, он был не одет, я поняла, что он собирается принять душ. Я знала его привычки. Я немного посидела в машине, пока не увидела тень на занавеске. Он одевался. Тогда я подошла к двери и постучала. Он впустил меня.

— Питер не удивился?

— Удивился. Но Питер всегда был уверен, что может найти выход из любой ситуации. Он, наверное, даже не понял, что я была не в себе.

Лаура снова сглотнула.

— Думаю, он действительно не понимал этого.

Кэссиди взглянула на подругу. Нахмурилась.

— Я не помню, как сделала это. Помню, что сначала мы разговаривали, но не могу повторить, что именно мы говорили. Помню только одно: я сказала ему, что люблю его, что прощаю его за то, что он изменил мне с Энн, и что мне нужна лишь его любовь. Кажется, я встала перед ним на колени. Умоляла его. Он… Он так смеялся, что повалился на постель. И, наверное, тогда я это сделала. Когда он смеялся надо мной, над моей любовью. Следующий момент, который я помню… Помню, что смотрела на него, а он уже был мертв.

С трудом собравшись с мыслями, Лаура сказала:

— Ты, наверное, вся была залита кровью?

Кэссиди покачала головой:

— Нет, крови было немного. На мне были черные брюки и шелковая блузка, тоже черная. Я взяла в ванной полотенце и вытерла нож. Смыла кровь с рук. Потом села в машину и уехала. У ночного магазина остановилась и снова помылась в туалете.

— А что ты сделала с этим ножом?

— Ну… в ту ночь я сразу же подъехала к своей машине и спрятала его в багажник. Так что его никто не видел. Потом я выбросила его в контейнер для мусора на другом конце города.

Кэссиди пожала плечами.

— А потом я вернулась на вечеринку. Никто даже не заметил, что я уезжала.

Лаура чувствовала себя абсолютно потерянной.

— Господи, Кэсс. Ты ведь совершенно не подавала виду. Ты казалась такой же, как всегда. По крайней мере, я ничего не замечала.

— Ты всегда говорила, что я умею «отключаться». Наверное, это правда. — Кэссиди расправила плечи. — Что ж, вот моя маленькая история. Ты записала ее, Лаура? Записала мое признание?

И тут послышался мужской голос:

— Я записал!

Кэссиди повернулась и посмотрела на дверь. В комнату вошли двое мужчин, оба высокие. Но первого из них — немного пониже и стройнее, с темными волосами и ястребиным носом, — Кэссиди не раз видела в теленовостях.

— Вы Ландри, — сказала она. Затем посмотрела на второго мужчину. — А вы — Дэниел. Думаю, вы с Лаурой собираетесь пожениться?

Дэниел утвердительно кивнул, сочувственно глядя на Кэссиди.

— Да, собираемся.

— И они жили счастливо и умерли в один день, — улыбнулась Кэссиди. — Вот конец, о котором я мечтала. И думала, что заслуживаю его. Этот конец нам обещали в сказках, когда мы были детьми.

— Мне очень жаль, — пробормотал Дэниел.

Кэссиди посмотрела на него с удивлением. Затем кивнула:

— Я вижу. Мне тоже жаль. Но никто из нас не может изменить прошлое, не так ли?

— Да. Никто из нас не может этого.

Кэссиди перевела взгляд на Ландри:

— Итак?

Он кивнул:

— Кэссиди Берк, вы арестованы по обвинению в убийстве Питера Килбурна. Вы имеете право хранить молчание…

Лаура не могла больше слушать, она не могла смотреть, как уведут Кэсс. Она бросилась к Дэниелу. Он обнял ее. Она разрыдалась.

Только в пятницу, после обеда, Лаура вспомнила о конверте, который оставила ей Дана. Она машинально захватила его с собой и спрятала в комод в спальне Дэниела, в ящик, где лежали ее вещи. Но Лаура не вспоминала о нем до этой минуты.

В доме, кроме нее, была только кухарка и две горничные, которые убирали первый этаж. Дэниел и Алекс сидели в конторе, Джози повезла Мэд-лин к врачу, а Кэрри взяла книгу и ушла в лабиринт.

Лауре предстояло несколько часов одиночества, и она решила, что наступило самое подходящее время, чтобы познакомиться с результатами последних исследований Даны и узнать конец истории зеркала. Только один вопрос остался пока без ответа, одна загадка была еще не раскрыта. Лаура считала, что именно из-за этого у нее неспокойно на душе. Пора покончить и с последней тайной.

Она налила себе горячего чая и поднялась в спальню. Уютно свернувшись калачиком в большом кресле, Лаура вскрыла конверт. Внутри находилось несколько скрепленных между собой страничек, напечатанных на машинке, и маленькая книжка в кожаном переплете, к которой резинкой была прикреплена записка Даны: «Лаура! Сначала прочти отчет».

Лаура отложила книжку и принялась читать машинописные странички. Сначала шло краткое повторение предыдущих событий, заканчивающихся смертью Брета и Шелби Галвин. За этим следовали новые данные.

В 1952 году мужчина по имени Марк Колеман, двадцати трех лет, купил старое зеркало в бронзе в магазине подержанных вещей в пригороде Сан-Франциско. Продавец сказал ему, что если он интересуется зеркалами, то может посетить в воскресенье распродажу, которая состоится в церкви неподалеку. Там продавалось имущество, завещанное Эндрю Галвином (сыном Брета и Шелби, который был моряком и в пятьдесят лет утонул, он не был женат). Марк отправился на эту распродажу и купил бронзовое зеркало.

И встретил Кэтрин Орчард.

Ей было восемнадцать лет, когда они познакомились. Девушка была необыкновенно религиозна, хрупка физически, неустойчива психически. Видимо, Марк был с ней нежен и внимателен. Письма Кэтрин к друзьям говорят о том, что она была счастлива. На втором месте после Бога у нее был Марк.

Через полтора года после их знакомства они обручились. Но на Рождество, в 1954 году, за несколько недель до свадьбы, Кэтрин и Марк, видимо, поссорились. Причину этой ссоры он никогда никому не рассказывал. Она села в машину и уехала. Шел сильный дождь. Он поехал за ней. Кэтрин — неопытный водитель — потеряла управление и перелетела через ограждение. Прежде чем Марк успел добраться до машины, она взорвалась.

Это все, что мне удалось узнать о трагическом происшествии.

Марк Колеман был потрясен своей потерей. Его друзья говорили, что он страдал всю жизнь. Через десять лет после смерти невесты он погиб в авиационной катастрофе.