Мерил Сойер - Никому не доверяй

Алекс сел в свое кресло и вытянул скрещенные ноги. Он был одет в джинсы и зеленую фланелевую футболку – именно так оделся бы и сам Броуди, если бы ему пришлось работать целый день на винодельческом заводе. Эллиот, напротив, одевался как джентльмен, тщательно подбирая одежду по тону и фасону. И при этом можно было безошибочно сказать, что жизнь всех троих посвящена работе.

– Так чего же боялся Джан? – повторила свой вопрос Тори.

– Перемен. Это было единственное, над чем он был не властен. Он пытался контролировать этот мир – поверьте мне, пытался, – и даже не безуспешно. Но в конце концов высокие технологии и монополизация победили его – таков закон времени.

Броуди заметил на лице Алекса легкую тень – чего? Иронии?

– И как же ему удавалось противостоять этому?

– Джан делал то, что и все богачи в таких случаях, – он использовал свое влияние, чтобы противостоять переменам, которые ему не нравились.

– Например? – спросила Тори.

– Лучшим примером может быть…

Алекса прервал телефонный звонок. Он подошел к телефону, посмотрел на высветившийся номер звонившего и покачал головой.

– Извините, дела, – сказал он. – Я поговорю из кабинета.

Когда заглушаемые мягкими коврами звуки его шагов затихли, Тори шепотом спросила:

– Ну как он тебе?

Броуди ни минуты не колебался:

– Ты знаешь, что часть моей работы состоит в подборе людей для выполнения различных опасных заданий. У меня уже выработался нюх на подходящих людей. Так вот, Алекс – первый человек из всех, кого я здесь встретил, которого я без колебаний взял бы в свою команду.

– А как же Эллиот?

Броуди пожал плечами:

– Ну это как выпадет жребий. Они оба подходящие парни. «Береги мою спину» – так говорят «тюлени» друг другу, когда идут на задание. Это означает, что я тебе доверяю прикрывать меня сзади – фактически вверяю тебе свою жизнь.

– Интересно…

– А что ты думаешь о нем, Тори?

– Мне он тоже нравится. Я не знаю его так же хорошо, как Эллиота, но он мне нравится. Я думаю, что вы все трое отличные парни. – Броуди удивила нежность, которая при этих словах прозвучала в ее голосе. – Мне кажется, Алекс хочет нам что-то рассказать. То есть тебе, – поправила она себя. – Он хочет тебе сообщить что-то важное. Но прежде чем сделать это, Алекс хочет понять тебя: ведь он разговаривает с тобой первый раз в жизни.

– Неужели? – поддразнил он ее. – У тебя есть волшебный кристалл правды?

– Нет, но женская интуиция редко обманывает меня.

Броуди не сказал ей, что уже пришел к некоторым выводам. Алекс Абруццо сообщает ему только то, что считает нужным, и в своей особенной манере: мол, если сможешь – поймешь.

– Я, пожалуй, налью себе еще немного содовой, – сказала Тори.

Броуди с трудом сдерживал в себе восхищение этой женщиной, пока она плавной походкой шла к бару. И в который раз он сказал себе, что нужно вести себя с ней осторожно, дать ей возможность постепенно разобраться во всем.

– О боже! – вдруг воскликнула Тори.

Броуди вскочил.

– Что случилось?

Тори стояла около бара и показывала на дисплей телефона. Он в два прыжка пересек комнату и прочел высветившуюся надпись: «Д. Риттво».

– Он разговаривает с Домиником Риттво! – прошептала Тори.

– Дисплей высвечивает только фамилию того, на кого зарегистрирован номер аппарата, – возразил Броуди. – Он может разговаривать с Рейчел, ее братьями или с кем-либо еще в доме. – Как только Броуди произнес эти слова, дисплей погас. – Он повесил трубку. Быстро! Садись на свое место и делай вид, что ничего не произошло.

Они быстро вернулись на софу и приняли безмятежный вид. Через мгновение в комнату вошел Алекс и сел в свое кресло.

– На чем мы остановились? – спросил он. При этом его лицо ничего не выражало.

– Ты нам рассказывал, как Джан использовал свое влияние, чтобы остановить перемены, которые ему не нравились, – подсказала Тори, и Броуди с удовольствием отметил, что она говорит совершенно спокойно.

Алекс кивнул.

– Так вот, лет двадцать назад один человек хотел открыть здесь свое собственное дело. Он был очень хороший работник, и, что, возможно, еще более важно, его корни находились в этой долине. Он обратился к нескольким банкам, и они без проблем открыли ему кредитную линию. Представляете, каким способным был этот человек и как счастлива была ею семья? Их мечта – мечта каждого, кто родился и работает в этой долине, – становилась реальностью. У него была земля, он планировал построить небольшой винодельческий заводик, у него были уже заказы на вино… – Голос у Алекса сорвался, и он сделал пару глотков виски. – И вдруг неожиданно, безо всяких объяснений, банки отказывают ему в кредитах.

– Это устроил Джан? – догадалась Тори.

– Точно. Это были добрые старые времена. – Алекс горько усмехнулся. – В те времена Джан еще мог остановить перемены и разрушить судьбу другого человека.

– Этим человеком был ваш отец? – негромко спросил Броуди, словно со стороны услышав собственный голос. Ему было легко представить себе, какую боль и горечь носили в себе Алекс и его отец.

– Вы поразительно догадливы. Но вернемся к нашему рассказу. Когда я видел Джана Хоука в последний раз, он уже не мог противостоять изменившемуся миру: тот стал слишком сложным, чтобы можно было манипулировать им, и Джана это беспокоило. Он не упрекал моего отца за то, что он собирается продать свою часть наследства братьям Корелли. Я помню, как Джан сказал: пусть будут Корелли – это лучше, чем кто-то другой.

– И все-таки я не могу поверить в то, что Джан сдался без борьбы! – воскликнула Тори.

Алекс внимательно посмотрел на нее и сказал:

– Конечно, нет. Поэтому он и вызвал Броуди.

– Вам сказал об этом сам Джан?

Вопрос вырвался у Броуди прежде, чем он успел его обдумать. Что-то подсказывало ему, что необходимо быть крайне осторожным. У Алекса на руках были все козыри, а Броуди даже не знал, в какую игру он играет.

– Нет, Джан не говорил мне ничего, – усмехнулся Алекс. – Связаться с вами была моя идея.

– Твоя идея?! – воскликнула Тори, вытаращив глаза.

– Да. Письмо, портрет Эллиота, даже мысль сделать надпись внизу – все это придумал я.

Казалось, воздух сгустился в легких Броуди – он уставился на Алекса и не мог произнести ни слова.

– Как ты узнал о существовании Броуди? – спросила Тори, первой преодолев потрясение.

Алекс делал вид, что не замечает их ошеломленных взглядов, и вел себя так, как будто они обсуждают предстоящие морозы или цены на виноград.

– О Броуди мне рассказал мой отец.

Тори вдруг закрыла лицо руками и воскликнула: