Мерил Сойер - Никому не доверяй

– О Броуди мне рассказал мой отец.

Тори вдруг закрыла лицо руками и воскликнула:

– Боже, как я была глупа!

– Глупа? – Броуди ничего не мог понять.

Все молчали. Было слышно, как с шипением в камине упало прогоревшее полено. Броуди проклинал себя: что же такое важное он упустил в разговоре? А Тори наконец убрала руки от лица и неожиданно уткнулась лбом в его плечо.

– Дорогой… – начала она.

Боже! Она еще никогда не называла его «дорогой».

– Что случилось?

– Ничего страшного, – ответила Тори, даже не вытирая текущие по ее щекам слезы. – Я должна была догадаться раньше: Алекс – твой брат по матери.

30

Броуди кивнул, как будто все понял, но на самом деле он находился в нокауте. Хорошо, у Алекса есть некоторое сходство с тем отражением в зеркале, которое он видит каждое утро, когда бреется. Но что же это получается: на похоронах встретились три брата, не подозревавшие о существовании друг друга?..

Он представил себе, что сидящий напротив него мужчина – террорист, и сразу стало проще. У Броуди и Эллиота квадратные подбородки, а у этого он вытянутый; к тому же у него темно-карие глаза, как у его отца – Альдо.

«Не доверяй тому, что тебе кажется очевидным», – этому обучают бойцов антитеррористических групп. Броуди искал сходство между Алексом и Альдо – и легко нашел его. Забавно, но сам он никогда не задумывался о собственном сходстве с матерью. И вот теперь очень похожий на нее портрет сидит прямо напротив него! Они все трое унаследовали от нее рот с приподнятой верхней губой и припухлой нижней и характерную ямочку на подбородке. У Алекса она была менее ярко выражена, чем у них с Эллиотом, но все же заметна.

Так, значит, Линда была женой Альдо, когда повстречала Джана…

– Как?.. – только и смог выдавить из себя Броуди.

– Как это случилось – или как я узнал о тебе? – спросил Алекс.

– Неважно, с чего ты начнешь, – сказала Тори.

– Я узнал правду, когда мне было пятнадцать лет. Американские виноделы отправились во Францию, чтобы добиться разрешения писать на наших этикетках слово «шампанское». Я никогда до этого не видел своего отца таким возбужденным. Мастера-виноделы часто участвуют в различных встречах с производителями и торговцами вина, но Джан никогда не приглашал Альдо.

Алекс говорил ровным голосом, но в последних словах сквозила горечь обиды. Броуди попытался представить себя сыном мастера-винодела, чей сводный брат живет по соседству в шикарной вилле и учится в привилегированных частных школах. «Но это и мой брат», – вспомнил Броуди. Игра судьбы! Он прожил около тридцати лет с уверенностью, что он единственный сын, но ошибался. У него, оказывается, есть два брата.

– Джан советовался с отцом практически по всем вопросам, но никогда не брал его с собой на какие-либо встречи. До этой поездки. Пока отец отсутствовал, я вскрыл пришедшее на его имя письмо. Я решил, что это для меня прислали из школы отчет об исследованиях почвы.

Алекс замолчал на минуту, чтобы сделать глоток виски.

– Это был отчет – но не тот. В нем было написано, что Линда Абруццо под именем Линды Хоук проживает во Флора-Спрингс, штат Алабама. Она работает в круглосуточном кафе.

– Я помню Флора-Спрингс, – пробормотал Броуди. – Мне только что исполнилось двенадцать лет, но я выглядел старше, и старик Харрис взял меня работать на свою заправочную станцию – разливать бензин.

– Тогда я впервые узнал о вас, – продолжал Алекс. – В отчете говорилось, что у Броуди Хоука отличные показатели в учебе, но он собирается бросить школу.

– Неужели ты до этого не интересовался, как живет твоя мать? – воскликнула Тори.

– Разумеется. Но я поверил отцу, который сказал, что она умерла.

– И что же, никто в вашей семье никогда даже не намекнул…

– Я думаю, только мой отец и Джан знали всю правду. – Алекс криво ухмыльнулся. – Ну и, конечно, Доминик Риттво.

– Доминик? – переспросила Тори, мельком посмотрев на Броуди.

– Линда была дочерью друзей семьи Риттво из Санта-Клары. Она работала официанткой, встретила моего отца, который учился там в колледже, и вышла за него замуж.

– А как же Джан? – поинтересовался Броуди.

– Он поступил в колледж, когда Альдо уже заканчивал его. Естественно, отец познакомил Джана с женой – тут-то все и началось. Разумеется, отец ни о чем не подозревал. Линда работала на двух работах, чтобы он мог учиться. Он обожал ее и искренне верил, что она его любит.

Алекс встал и подбросил полено в догорающий камин. Сноп искр взвился вверх с громким треском, и это был единственный звук в погрузившейся в молчание комнате. Алекс стоял к ним спиной, и Броуди обернулся на Тори, думая, насколько лучше женщины выглядят в подобных историях. Эх, мужики, мужики!..

Через некоторое время Алекс вернулся в свое кресло и продолжил рассказ:

– Когда стало ясно, что Линда беременна двумя близнецами, отец был просто в отчаянии: в семье уже был один ребенок, и появление еще двух ртов означало для него конец обучения в колледже. И тогда моя дорогая мамочка сообщила ему, что близнецы не его. И вообще, она его бросает и уходит к его лучшему другу.

Алекс больше не мог сдерживать своего презрения. Он никогда не видел своей матери, но откровенно ненавидел ее. И Броуди не мог его за это осуждать.

– Твой отец в самом деле ни о чем не догадывался? – спросила Тори.

– Нет. Он и представить себе не мог, что человек, которого он считал своим братом, может украсть у него жену. Отец схватился за ружье. – Алекс потянулся за своим стаканом с виски, который оставил на кофейном столике. – Между ними завязалась драка. Мать пыталась вмешаться, но упала и разбила себе голову. Ее увезли в больницу на «Скорой помощи».

– Господи, как это все ужасно, – прошептала Тори.

– Он очень любил ее. Это произошло совершенно случайно.

Тори кивнула, а Броуди задумался. Его мать боялась всего на свете, даже собственной тени. Придать ей силы мог только страх. Кого же она так боялась – Альдо или Джана?..

– Отец сказал ей, что она может выходить замуж за Джана, но у нее теперь нет прав на меня. И она с легкостью меня бросила! – Алекс щелкнул пальцами. – Но Джан отказался жениться на ней.

– Почему? – с удивлением спросила Тори.

Алекс повернулся к ней.

– Вы недостаточно хорошо знали Джана. Он был страшно консервативен, и к тому же с приветом. Он не доверял никому, кроме моего отца. И тем более никогда не доверял ни одной женщине. Любовная интрижка – одно, а женитьба – совсем другое.

– О боже… Бедная женщина! – пробормотала Тори.

Алекс в упор смотрел на Броуди.