Мерил Сойер - Никому не доверяй

– Если за мной кто и может следить, так это агенты из стран Ближнего Востока. Я участвовал в нескольких секретных операциях там – и в Южной Америке, где засели наркобароны. Но никто из них не пошлет шпионить женщину, притворяющуюся, что она наблюдает за птицами.

– Почему ты позвал нас сюда? – спросила отца Тори.

– При помощи сканеров можно записать разговор по сотовому телефону. После того, что произошло в «Хоукс лэндинг», я не хочу давать кому-то возможность подслушать нас.

– Вы правильно мыслите, – заметил Броуди. – Зачем зря рисковать? Но я полагаю, что это скорее имеет какое-то отношение к моему наследству, а не к моей работе.

Броуди сказал это совершенно бесстрастным голосом. Тори знала, что ей следовало уже привыкнуть к нему, но пока так и не смогла. Почему он не считает все это серьезным? Кто-то пытался убить его, а теперь детектив шпионит за ним.

– Что ты собираешься делать? – спросила она.

– Попробую сегодня вечером последить за ней – посмотрим, не приведет ли она меня к чему-нибудь интересному. А если нет – я не собираюсь играть в войну и сыщиков. Я поговорю с этой Кэтрин и выясню, кто нанял ее.

Пока Броуди рассказывал Лу о том, что они узнали в «Хоукс лэндинг», Тори в который раз вспомнила разговор с Рейчел. Она чувствовала, что упустила в нем что-то важное. Если Броуди сегодня вечером займется слежкой за детективом – прекрасно. А она обязательно заглянет в кабинет Рейчел – с ним или без него.

Когда они наконец добрались до «Виноградников Фараллон», было уже довольно поздно. Броуди припарковал «Порше» на служебной стоянке, и Тори огляделась по сторонам. Раньше ей никогда не доводилось бывать на этом винограднике. Он был напичкан самой современной техникой, как она слышала, но тут не видно было дегустационных залов и снующих повсюду многочисленных туристических автобусов. Видимо, хозяева не тратили время на поддержание высокого имиджа своего предприятия.

Рабочие виноградника указали им дорогу к гасиенде, где жил Алекс. Как и все в этом хозяйстве, дом был построен в самом современном стиле, который должен был поражать своей красотой. Тори знала, что «Виноградники Фараллон» славятся своим великолепным вином, но она не могла избавиться от ощущения, что этому месту чего-то не хватает. Может быть, того, что называют «духом истории»…

– Расскажи мне немного об Алексе, – попросил Броуди. – Я знаю только, что он поразительно красив и обладает убийственно изысканными манерами.

– Я никогда не говорила этого! – воскликнула она, но не смогла сдержать краску, которая залила ее шею и щеки. – Вы с Эллиотом – весьма галантные кавалеры.

– Хорошо-хорошо, детка. Так что ты о нем знаешь?

Тори попыталась вспомнить все, что рассказывал ей Эллиот.

– Алекс на три года старше Эллиота. Таким образом, он закончил колледж, когда Эллиот только поступил в него. Там он смог установить полезные связи с людьми, которые потом успешно работали в Силиконовой долине.

– Его дела именно поэтому пошли хорошо?

– Думаю, да. Некоторые из его друзей заработали столько денег, что не знали, что с ними делать. Двое компьютерных магнатов стали владельцами «Виноградников Фараллон». Наверное, даже Джан Хоук не мог соперничать с этими денежными мешками.

– Понятно. Но Эллиот и Алекс должны были стать добрыми друзьями, как их отцы.

Тори остановилась полюбоваться фонтаном во дворе перед огромными двустворчатыми дверями.

– В действительности все сложилось иначе. Эллиот говорит, что их разделила разница в возрасте, но я полагаю, что причина лежит глубже. Эллиот учился в дорогих частных школах, а Алекс – в бесплатных муниципальных. Они бы никогда не оказались в одном колледже, если бы в «Дэвисе» не был лучший факультет виноделия в стране.

– Получается, что Джан Хоук был снобом?

Тори тщательно обдумывала свой ответ. Она никогда не имела определенного мнения о Джане.

– Вероятно. Эллиот рассказывал, что отец никогда не приглашал Альдо и Марию на семейные праздники. Он относился к Марии как к прислуге, что раздражало Эллиота, который всегда воспринимал ее как родную мать.

– Судя по всему, Джан был весьма заносчивым парнем…

– Мне кажется, что он страдал от какой-то формы паранойи. У меня нет доказательств, но я считаю, что Джан был болезненно подозрителен к людям. – Она с интересом посмотрела на небольшую колокольню с тремя колоколами над гасиендой. – Твой отец был хитрым и жестким человеком. Он всегда внимательно следил за жизнью Алекса. Джан восхищался сыном Альдо и не делал секрета из того, что хотел бы, чтобы Эллиот был похож на него.

Броуди покачал головой:

– Большинство людей сказали бы, что Эллиот жил сказочной жизнью, но я считаю, что моя, например, была более счастливой.

Тори не стала развивать эту мысль. Она считала, что каждый из близнецов по-своему страдал.

Они поднялись на крыльцо, и Броуди нажал кнопку домофона, рядом с которым находилась телевизионная камера наблюдения. Через минуту они услышали голос хозяина:

– Тори? Рад тебя видеть. А это, если не ошибаюсь, Броуди Хоук?

– Именно так, – подтвердил Броуди. – Нам надо поговорить с вами.

– Я через минуту спущусь.

Тори хотела предложить Броуди постараться подружиться с Алексом. Она восхищалась тем, чего ему удалось добиться, и чувствовала, что братья могли бы воспользоваться некоторым опытом Алекса. Но она не успела ничего сказать: массивные дубовые двери раскрылись, и они увидели хозяина.

– Позвольте представиться: Александр Абруццо, – сказал он, приветливо улыбнувшись.

Тори наблюдала, как Броуди и Алекс пожимают друг другу руки. Как многие американцы итальянского происхождения, они оба были высокими, стройными, с тяжелыми черными волосами и оливковым цветом кожи. У обоих были красивые глаза, но у Броуди – синие, как морская вода, а Алекс унаследовал от отца темно-карие.

Тори не знала Алекса слишком хорошо, но они часто встречались на различных приемах, и у нее создалось впечатление, что он человек жесткий и энергичный. Так или иначе, Алекс был больше похож на Броуди, чем на Эллиота: он не обладал такой располагающей улыбкой, какая бывает у людей, которые выросли в окружении больших денег и чье имя открывает многие двери.

«Если бы здесь был Эллиот, я оказалась бы в окружении трех самых завидных женихов в долине, – неожиданно подумала Тори. – Забавно… Три шикарных парня, и все холостяки!» Правда, Эллиот просил ее выйти за него замуж, но он тоже остался одиноким…

– Проходите, я как раз собирался выпить. Денек выдался тяжелым.

Алекс повел их через холл в комнату, оформленную в стиле Санта-Фе, с кожаной софой и старинным камином. Рядом стоял кофейный столик из сплошного стекла на ножках из великолепно отполированного черного оникса.