Кейт Уайт - Роковая блондинка

Красавчик встал и начал в задумчивости бродить по комнате.

— В первый раз тебе позвонили, когда ты возвращалась из Анд. Откуда она могла знать, что ты туда отправилась?

— Я долго над этим думала, — сказала я. — Может быть, она околачивалась поблизости и видела, как я подъехала. Кстати, она могла пробыть в Андах все это время — или почти все. Не секрет, что убийцы часто возвращаются на место преступления. Возможно, она хотела удостовериться, что тело обнаружат, и потому следила за всеми перемещениями в городке.

— Страшно подумать. — Красавчик снова сел на кушетку и обвил рукой мои плечи. — Что, если она была там и следила за тобой?..

— Знаешь, ты внушил мне одну мысль… Как она могла узнать номер моего мобильника?

— Может быть, она позвонила в редакцию и ей дали твой телефон?

— В редакции не дают телефонов посторонним. Но она настолько хорошая актриса… может, она представилась моей матерью и сказала, что потеряла мой телефон. Но в таком случае это значит, что в четверг, когда я поехала в Анды, буквально через день после того, как мне рассказали об исчезновении Тома, она уже знала, что я взяла след. Откуда?!

— Еще одна жутковатая версия, — сказал Красавчик. — Что, если она втерлась в доверие к кому-нибудь из твоих друзей, опять-таки выдав себя за другого?

— Не исключено, — ответила я. — Но знаешь… когда я задумываюсь, то вся эта теория становится такой натянутой… Возможно, я вообще на ложном пути.

И в эту самую секунду я снова почувствовала странный укол в подсознании. Необходимо было дать этой мысли созреть.

— Ты уже сообщила об этом следствию? — спросил Красавчик.

— Нет, потому что мне требовались доказательства. А теперь, поговорив с тобой, я вижу, что действительно нужно найти что-нибудь еще, прежде чем обращаться в полицию.

— Обещай, что не затеешь ничего опасного. Если Блисс и в самом деле совершила эти преступления, она просто сумасшедшая.

Я вдруг подумала, что рассказывать Красавчику о предстоящей мне завтра поездке в театр не стоит.

— Ладно, обещаю, — сказала я. — Слушай, может, ты хочешь чего-нибудь выпить? Я ведь тебе даже ничего не предложила.

— Знаешь, чего я хочу сегодня вечером? Принять с тобой ванну. Ты не против?

— По-моему, отличная мысль.

Пока наполнялась ванна, я зажгла несколько свечей и налила нам обоим по глотку бренди. Поставив стаканы на пол, мы залезли в ванну. Красавчик усадил меня между ног и минут десять массировал мне плечи и шею, нажимая большими пальцами на самые чувствительные места. Ощущения были восхитительные, и вскоре все мысли об убийствах покинули меня.

Прежде чем отправиться в спальню, я заглянула на кухню и позвонила Харпер. Я все еще не вычеркнула ее из списка подозреваемых, но в то же самое время мне не хотелось, чтобы с ней что-нибудь случилось. Когда Харпер ответила, голос у нее был хриплый и сдавленный — судя по всему, она плакала.

— Ты в порядке? — спросила я.

— Что тебе теперь нужно? — поинтересовалась она вместо ответа.

— Помнишь, я сказала, что Тома, возможно, убила блондинка? Не исключено, что это девушка, с которой он встречался до тебя. Возможно, у нее мания.

— Кто она?

— Актриса по имени Блисс Хэммел. Ты когда-нибудь о ней слышала?

Несколько секунд мы молчали.

— Том действительно жил с какой-то актрисой, — наконец сказала Харпер, — но я не знала, как ее зовут. Судя по всему, он взял ее с собой в Атлантик-Сити, когда мы только начали встречаться. Дик извлек немало удовольствия, разнося эту сплетню. Я разозлилась, но Том сказал, что взял билеты еще несколько недель назад и не захотел никого подводить. Он поклялся, что это была их последняя встреча.

— Мне кажется, у Блисс навязчивая идея — она была уверена, что Том ее тоже любит. Это называется эротоманией. Когда она поняла, что безразлична ему, то могла убить его в припадке гнева, а Локет — из ревности.

— Ты сообщила в полицию?

— Мне нужно собрать побольше фактов, прежде чем излагать эту теорию следствию, — сказала я, понизив голос. — Завтра вечером я собираюсь наведаться в театр на Тринадцатой улице: по слухам, там будет Блисс. Я хотела тебя предупредить — остерегись. Если Блисс действительно убийца, не исключено, что она — ненормальная. Из-за своих отношений с Томом ты можешь стать следующей жертвой.

— Больше я этого не выдержу. Я занялась пиаром лишь потому, что это занятие показалось мне более здравым, нежели актерская профессия.

Положив трубку, я вернулась в спальню. Красавчик облокотился на подушку, укрывшись одеялом до пояса. — Выпила молока, чтобы быстрее заснуть? — спросил он.

— Слава Богу, я сегодня слишком устала, и потому, наверное, молоко не понадобится. Год назад я постоянно страдала от бессонницы и теперь боюсь, что все повторяется.

— Ты ложилась спать с мыслями о работе? Это кому угодно не даст заснуть.

— Если честно, бессонница мучила меня после развода. Я не жалела, что мой брак распался, но некоторые вещи давят на тебя вне зависимости от твоих усилий. Просто удивительно, с какой скоростью нынешние актрисы избавляются от депрессии. Сначала они объявляют о своем разводе, а через две недели начинают встречаться с кем-нибудь вроде Джорджа Клуни и говорят, что еще никогда не были так счастливы. Нам, простым смертным, требуется время.

— Я ничего не знаю об этом отрезке твоей жизни.

— Нуда, «Бейли Уэггинс. Тяжелые времена». Когда мне больше нечего будет делать, займусь написанием мемуаров.

— А чем занимался твой бывший? — спросил Красавчик.

— Днем или ночью? — ухмыльнулась я. — Он был адвокатом. Я познакомилась с ним, когда работала над одной статьей. Потом выяснилось, что вдобавок он азартный игрок, за которым буквально по пятам ходят кредиторы; правда, у меня ушло слишком много времени на то, чтобы это выяснить. Сначала я думала, у него есть любовница, потом даже заподозрила, что он голубой. Интересно, как это от меня не потребовали сдать мое удостоверение журналиста, после того как в личной жизни я оказалась настолько нерасторопна… Послушай, давай отложим неприятные воспоминания на другой раз. Вчера вечером ты сказал, что у меня будет шанс оказать тебе услугу. Может быть, сегодня самое время?

— Я не буду выключать свет, — ответил он, смеясь. — За этим стоит понаблюдать.

Мы занимались любовью при свете — а потом еще раз, в темноте. Сегодня все было иначе, чем во время наших прошлых свиданий, — неторопливо, даже вяло, но так же пьяняще. Я полностью расслабилась, но мысли у меня бешено завертелись, как только моя голова коснулась подушки; в сознании эхом отдавалось слово «убийство». Я заново передумывала все, что узнала о Блисс, и гадала: не она ли мой таинственный преследователь? Я размышляла над тем, как себя вести, если у меня наконец появится шанс поговорить с ней.