Сандра Браун - Смерть в ночном эфире

– Ты мне, конечно, не поверишь, и это звучит баналь­но, но я просто потрясена, что ты такой взрослый. – Пэ­рис взяла руку Мэллоя-младшего в свои ладони. – Я так рада снова видеть тебя, Гэвин.

Со смешанным чувством неловкости и смущения он пробормотал:

– Я тоже рад видеть вас, мисс Гибсон.

– В девятилетнем возрасте ты мог называть меня мисс Гибсон, но теперь, когда ты меня так называешь, я кажусь себе столетней старухой. Пожалуйста, говори мне «ты» и называй меня Пэрис. Договорились?

– Договорились.

– Так как насчет ужина? – снова спросил Дин.

– Я уже начала кое-что готовить.

Он выжидательно поднял бровь и посмотрел на нее так, что ей ничего не оставалось, как предложить им остаться.

– Там хватит на всех, если вы с Гэвином не возражаете поужинать у меня.

– Это будет приятное разнообразие. – Дин подтолкнул Гэвина через порог. – И чем ты нас будешь кормить?

– Ты вынудил меня поделиться с вами моим ужином, а теперь еще и привередничаешь?

– Я согласен на все, кроме ливера и брюквы.

– Я готовлю спагетти со свиной вырезкой и овощами. Никакой брюквы.

– У меня уже слюнки потекли. Чем мы можем помочь?

– Ну… – Пэрис вдруг растерялась. Она так давно не принимала гостей, что уже забыла, как это делается. – Мы могли бы что-нибудь выпить.

– Звучит неплохо.

– Есть бутылка вина… – Пэрис махнула рукой в сторо­ну кухни.

– Тогда веди нас, – шутливо-напыщенно произнес Дин. В кухне она вручила ему бутылку «Шардоне» и штопор, пока сама наливала для Гэвина кока-колу со льдом. Дину показалось, что он у себя дома. Пэрис и Гэвин чувствовали себя более неловко.

– В гостиной есть CD-плеер, – сказала она Гэвину, – только едва ли у меня найдется музыка, которая будет тебе по вкусу.

– Мне нравится то, что ты выбираешь для своей про­граммы. Я иногда ее слушаю.

Довольная этим, Пэрис объяснила, где стоит плеер. Как только Гэвин вышел и уже не мог ее слышать, она спросила:

– Как думаешь, сказать что-нибудь о его ужасном синя­ке или лучше промолчать?

– Ничего не говори.

Трудно было не заметить огромный синяк и припух­лость под левым глазом Гэвина. Разумеется, Пэрис инте­ресовало, где парень обзавелся таким страшным на вид ук­рашением. Но Дин явно не хотел говорить об этом, так что Пэрис сменила тему разговора. Она поинтересовалась, как прошел разговор Кертиса и Гэвина.

– Кертис сказал, что Гэвин говорил ему то же самое, что и мне. Они с Джейни поссорились, и мой сын провел оста­ток вечера с приятелями. Больше он девушку не видел.

– Кертис ему верит?

– Наш детектив отвечает уклончиво. Кертис не задер­жал Гэвина, и это хорошо. И потом, у Валентино голос зре­лого мужчины. Не думаю, что Гэвин сумел бы так разгова­ривать, даже если бы попытался. Да и где бы Гэвин стал держать заложницу? Ему бы пришлось убить ее в первый же вечер. Господи! Ты только послушай, что я говорю.

Дин вцепился в край стола и уставился на бутылку вина.

– Гэвин не имеет никакого отношения к исчезновению Джейни. Я просто знаю это, Дин, – сказала Пэрис.

– Я тоже не считаю его виновным. Но я бы никогда не догадался и обо всем остальном. Несколько обескуражива­ющим – и это еще мягко сказано – стало для меня осо­знание того, что мой сын ведет тайную жизнь.

– В некоторой степени это свойственно всем подрост­кам, не так ли?

– Полагаю, что так, но я очень облегчил сыну задачу. Я ис­кренне хотел, чтобы ему понравилось жить в моем доме, поэтому ослабил дисциплину. Не то чтобы я не обращал на него внимания, но я был недостаточно строгим и требова­тельным, а следовало бы. Гэвин этим воспользовался. – Дин повернулся к Пэрис. – Я долго учился психологии и должен был заметить, что меня обманывают, правда?

В этот момент из гостиной донесся голос Гэвина:

– Род Стюарт подойдет?

– Вполне, – откликнулась Пэрис, а потом обратилась к Дину: – Перестань так мучить себя. Долг ребенка испыты­вать терпение родителей и обманывать их при случае. А что касается правил дисциплины, то книги очень отличаются от реальной жизни.

– Но почему так трудно жить правильно? Пэрис негромко рассмеялась:

– Если бы все было так просто, если бы поведение всех детей укладывалось в одну-единственную схему, то сколь­ко бы так называемых экспертов остались бы без работы. Что бы они обсуждали на различных ток-шоу? Ты только подумай о хаосе, я даже не говорю об экономическом кри­зисе, который бы создали послушные, хорошо воспитан­ные дети.

Добившись того, что Дин улыбнулся, Пэрис стала се­рьезной.

– Я не говорю, что тебе не о чем волноваться, Дин. Но подумай о том, что все произошедшее пошло только на пользу вашим отношениям. Гэвин мог скатиться на самое дно, а теперь с ним все будет хорошо.

Дин налил вино в два высоких бокала и протянул один ей.

– Мы можем на это надеяться. – Мэллой улыбнулся, и они чокнулись.

Отпив глоток, Пэрис посмотрела на него поверх своего бокала.

– Знаешь ли, Гэвин унаследовал это от тебя.

– Что именно?

– Он не первый искусный манипулятор в семье Мэллой.

– Неужели?

– Очень предусмотрительно с твоей стороны было по­явиться вместе с ним у меня на пороге после того, как я уже отклонила твое приглашение поужинать вместе.

– Но ведь это сработало, верно?

– Как психолог, как бы ты назвал мужчину, который использует собственного ребенка, чтобы добиться от жен­щины согласия вместе поужинать?

– Жалкой личностью, – усмехнулся Дин.

– А как насчет работы на два фронта? Улыбка Дина увяла.

– Ты имеешь в виду Лизу.

– Ты рассказал ей о своих планах на сегодняшний вечер?

– Я сказал, что должен провести время с Гэвином.

– Но обо мне ты не упоминал? – уточнила Пэрис. –Нет.

– Судя по всему, у этой женщины есть права на твое свободное время.

– Они у нее были, ты не ошиблась, – произнес Дин.

– Эксклюзивные права? –Да.

– И как давно?

– Пару лет.

Это оказалось неприятным сюрпризом для Пэрис.

– Вот как. Когда я знала тебя в Хьюстоне, твои романы не длились дольше пары недель.

– Потому что я не мог получить ту женщину, которую хотел.

– Мы говорим не об этом, Дин.

– Черта с два, как раз об этом.

– Мы говорим о тебе и Лизе. Два года отношений пред­полагают…

– Не то, что ты думаешь.

– А что думает Лиза? – спросила Пэрис, внимательно глядя на него.

– Папа? – Гэвин остановился на пороге и нерешитель­но прервал их. Он протягивал Дину сотовый телефон. – Он звонит.

– Спасибо, – поблагодарил тот, взял аппарат и посмот­рел на номер звонившего. – Гэвин, помоги Пэрис.