Покоренные судьбой - Кора Рейли

бы тебя развеселить, и один из наших знакомых дал мне наводку на ферму по разведению сумочных собачек.

– Чихуахуа?

– Будь здорова, – сухо сказал Массимо.

Я закатила глаза.

– Неважно, – буркнул Невио. – Мы направляемся туда. Ты спасешь несколько собак, а мы посмотрим, сможем ли найти развлечение с заводчиками.

* * *

– Почему люди так жестоки? – прошептала я, покачав головой.

Сердце разрывалось от жалости к бедняжке чихуахуа, которая дрожала у меня на руках.

Мы уже перевезли около тридцати пожилых собак и сорок щенков (причем некоторым малышам было несколько дней от роду) к пенсионерке и ее мужу, с которыми я сотрудничала. Супружеская пара владела собачьим приютом, животные содержались в прекрасных условиях, и многие обрели свой дом. А еще их никогда не усыпляли, к сожалению, исключением могли стать смертельные заболевания, несовместимые с жизнью и причиняющие им физические страдания.

Папа ясно дал понять – он не потерпит, чтобы я растила еще и щенков в нашем особняке. Ему хватало общества Дотти, Момо и Медвежонка.

Я не хотела испытывать папино терпение на прочность, поэтому я выбрала только одну из чихуахуа.

Невио пожал плечами:

– Они думают, что очень мило разводить головастых тварей, которые еле ковыляют на спичечных ножках, а меня называют извращенцем.

– Люди хотят собак, но не хотят брать на себя никаких обязательств, связанных с выгулом. Им не нравится нести ответственность. Когда этим крохам надо справить нужду, хозяева ставят их прямо в кошачий лоток, а когда те не слушаются, запихивают в сумочку. Удобно. – Массимо был совершенно искренним.

– Но это собака, а не игрушка! Она не должна быть удобной, – прошептала я, чувствуя, что могу расплакаться.

– Если они хотят домашнего питомца, который не требует прогулок или ухода, могут купить хомячка или морскую свинку, – проговорил Алессио.

Массимо покачал головой, не соглашаясь.

– Я читал статью, что хомякам бывает хуже всего. Хозяева помещают их в самые тесные клетки, потому что те дешевые, или отдают своим детям в качестве игрушек.

– Родители, наверное, рады, что ребятки мучают хомячка, а не беспокоят их. – Алессио пожал плечами.

У меня сдавило грудь, когда я подумала о том, что повсюду есть домашние животные, с которыми ужасно обращаются, поскольку видят в них игрушки или не удосуживаются изучить потребности питомцев.

– Наверное, морские свинки и кролики тоже не должны попадать к таким людям. Большинство из них мучаются в одиночных клетушках, хотя это групповые животные. Кроме того, в клетках используются решетки в качестве пола, чтобы легче было убирать. Однажды я видел средневековую тюрьму, которая выглядела гораздо лучше, – продолжал Массимо.

Невио припарковал машину перед особняком.

– Прекрати! – прохрипела я. – Хватит! Я не хочу больше ничего слышать.

Невио повернулся и коснулся моего плеча.

– Можно не говорить о подобных вещах, но они же все равно существуют.

– Знаю. Очень эгоистично с моей стороны, но я не могу терпеть такие разговоры. Только не сейчас, когда я не могу ничего сделать, чтобы остановить этот кошмар.

– Ты слишком хороша для нашему мира, Грета.

Пожав плечами, я поцеловала нелепую собачку с выпученными глазами, решив назвать ее Тикап. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы спасти как можно больше животных и подарить им лучшую жизнь. Я знала, это не исправит того, что я уже совершила, однако сердце не оставляло мне иного выбора, и потому мне становилось чуть легче.

Амо

Из аэропорта я поехал прямо в таунхаус к Крессиде. Сегодня был наш обязательный еженедельный «вечер свиданий», а я опаздывал.

Все фибры моего тела восставали против идеи провести с ней время. Я открыл дверь и вошел в дом. Крессида сидела в кресле в гостиной и печатала на телефоне.

– Ты опоздал, – с упреком проворчала она.

– Но пришел.

Она поднялась на ноги, уже одетая в шикарное платье, туфли на высоких каблуках и дорогие украшения.

Остановившись передо мной, она проверила мой наряд. Я переоделся в аэропорту, поэтому на мне была белая рубашка и черные брюки.

– А где кольцо? – спросила Крессида, нахмурившись.

Я посмотрел на свою руку. Кольцо отсутствовало – на пальце белела тонкая линия, обозначавшая место, где обычно находилась обручалка.

Должно быть, я оставил кольцо в Вегасе. Черт побери. Если кто-то найдет его, это конец.

На кольце выгравирована дата свадьбы, любой Фальконе сложит два и два и начнет вендетту.

Мне надо как можно скорее позвонить Грете и предупредить ее.

– Амо!

Я сосредоточился на Крессиде.

– Полагаю, потерял его во время последней пытки. Поищу, когда вернусь на склад.

Крессида поджала губы:

– Я не хочу знать, чем ты занимаешься на работе. Как отвратительно.

Я приподнял бровь.

– Моя отвратительность гарантирует, что у тебя всегда есть возможность покупать новые шмотки в бутиках «Луи Виттон» и «Баленсиага».

Крессида не хотела, чтобы ей напоминали о тьме, живущей во мне.

Она хотела делать вид, что ей ничего не известно. Весь наш брак был притворством.

– Надеюсь, ты не думаешь, что я буду заниматься с тобой сексом, когда на тебе даже нет кольца.

– Я здесь не для секса, – сказал я искренне. – Я приехал для нашей еженедельной дурацкой игры. Пусть окружающие считают, что нас действительно что-то связывает.

В ее глазах вспыхнул гнев. Я не был уверен, почему мой комментарий ее разозлил. Я сказал гребаную правду, мы оба были в курсе.

Она подошла ближе и прижала ладонь к моей промежности.

– Ты не хочешь секса?

Я схватил ее за запястье.

– Отпусти.

Жена засмеялась, будто это была очередная забава. Я отпихнул ее руку. Мысль о близости с Крессидой приводила меня в ужас.

И конечно, не потому, что Крессида не была привлекательной. Она была таковой исключительно с физической точки зрения, но я не желал ее. И теперь, после встречи с Гретой, я бы в принципе не стал прикасаться к другой.

Черт. Я едва не расхохотался от иронии ситуации.

– Какой мужчина не хочет секса?

– Я хочу, но не с тобой.

Она жестко улыбнулась:

– Тогда проваливай к своим шлюхам. Мне плевать. У меня уже есть все.

Я стиснул зубы. Ярость бурлила во мне, но Крессида была женщиной и моей законной супругой, поэтому я использовал каждую унцию самоконтроля и сдержался.

– И куда мы идем сегодня ужинать? Надеюсь, ты забронировал столик в новом заведении с тремя звездами Мишлен в отеле «Мандарин Ориентал». Невозможно получить его, не забронировав заранее… хотя бы за шесть недель до прихода в ресторан, а места разлетаются почти мгновенно. Но я уверена, что ты можешь заказать столик в любое удобное время.

– Конечно, – фыркнул я. – У нас есть столик с восьми до десяти.