Мэри Маккомас - Вечность в смерти (сборник)

– Послана? Теми, кто тебя похитил?

– Я не знаю, кто меня послал и как случилось, что я оказалась здесь, рядом с тобой. Назови это судьбой, если хочешь. Но я знаю то, чего не знаешь ты. Я хочу спасти тебя.

– Ты хочешь сказать, что пойдешь в бой с варварами рядом со мной, чтобы защитить меня?

– Я бы так и поступила, будь я воином.

И это была истинная правда, внезапно осознала Лорел с предельной ясностью. Пусть она не имеет права на его любовь, но этот человек стал ей настолько близким и дорогим, что она была готова броситься в бой, чтобы защитить его.

– Я не это хочу сказать. Не только варвары стремятся тебя уничтожить.

За дверью послышался шум. Дункан, видимо, уже не скрывал своего нетерпения.

Лорел продолжала торопливо:

– Подумай сам, Конел. Пленник намекал, что среди твоих людей есть предатель, выдавший тебя варварам. Кто-то здесь, в крепости, хочет твоей смерти. – Она перевела дыхание, решившись идтидо конца. – Я убеждена, что предатель – твой сводный брат.

Конел отпрянул, как от удара. Потом, глубоко вздохнув, чтобы успокоиться, он коснулся рукой ее щеки.

– Я знаю, между вами и раньше были размолвки из-за Донована, потому что ты считаешь его еще ребенком, а Фергус намеревается сделать из него воина. Но ты пойми, любовь моя, Фергус желает для него только лучшего. Хотя у нас с Фергусом разные матери, у нас одна кровь. Ему бы я доверил не только свою жизнь, но и жизни тех, кто мне более всего дорог. – Он понизил голос, чтобы только она одна могла его слышать. – А теперь тебе нужно поспать, любимая. Я не дал тебе отдохнуть ночью. Когда мы одолеем варваров, я вернусь и покажу тебе по-настоящему, как я тебя люблю.

– Пожалуйста, послушай меня, Конел.

Из-за двери донесся нетерпеливый голос:

– Пора, милорд, поторопитесь.

– Да, Дункан. Ты всех предупредил?

– Я это сделаю.

Высвободившись из объятий Лорел, Конел поспешно вышел вслед за Дунканом, решительно захлопнув за собой дверь.

Лорел прислушивалась к их шагам в коридоре. Слишком взволнованная, чтобы снова заснуть, она бросилась к окну и наблюдала за толпившимися у конюшен горцами, пока к ним не присоединился их вождь. Через несколько минут все они были уже в седле и выезжали цепочкой, медленно исчезая в клубах утреннего тумана.

Скрестив руки на груди, Лорел ходила взад-вперед по комнате. Мысль ее лихорадочно работала. Разве не считала она себя всегда разумной и дальновидной деловой женщиной? Она овладела всеми приемами, позволявшими ей убеждать мужчин, полагавших, что они знают все обо всем, прислушаться к ней и принять ее точку зрения. Однако ей не удалось заставить самого дорогого человека выслушать ее.

Самый дорогой человек в ее жизни?!

Эта мысль застала ее врасплох. Как это могло произойти? Как из нью-йоркской интеллектуалки она превратилась в средневековую женщину, для которой только любовь, семья и дом имели значение? И почему все это случилось именно с ней?

На вопрос «почему?» она могла ответить. Конел Мак-Леннан, Кон Могучий, идеал мужчины всех времен. Сильный, храбрый, нежный, добрый. Прирожденный лидер и в то же время заботливый человек, готовый помочь и защитить всех находящихся под его покровительством. Стоило ему улыбнуться, и она превращалась в слабую женщину, воплощение женственности. И это было не минутное умопомрачение, то было чувство, завладевшее ею целиком. Опасность, битвы, кровавые последствия. Жизнь и смерть.

Ее выдернули из привычной комфортабельной жизни и переместили в пятнадцатый век с какой-то целью. Вполне разумно было предположить, что ей есть чему научить этих людей, которые стали для нее небезразличны. И она научит их, даже если они не хотят учиться!

А начать надо с того, чтобы быть честной с самой собой. Лорел сняла ночную сорочку леди Лорел и оделась в свою одежду – кружевной лифчик и трусики, белую блузку мужского покроя, брюки и сандалии, на которых все еще оставалось кровавое пятно.

Лорел открыла дверь и выглянула. Никого не увидев, она двинулась по коридору и дошла до лестницы, ведущей в башню.

Лорел решила вернуться на место преступления, надеясь найти убедительные подтверждения своей правоты, чтобы раз и навсегда доказать Конелу, что ее подозрения были оправданны.

Лорел поднялась по лестнице и остановилась, взявшись за ручку двери. Дверь была приоткрыта. Комната была слабо освещена, и Лорел не могла определить, наступил ли рассвет или это мерцание свечи. Полагая, что внутри никого нет, она уже хотела войти, как вдруг услышала негромкие голоса.

Застыв на месте, она обратилась в слух.

Говорили двое, мужчина и женщина. Разговор, судя по всему, был возбужденный.

Говорила женщина:

– Ты в этом уверен?

– Что я видел, то видел. Она была мертва еще до того, как мы бросили ее в яму. Но даже если бы она и ожила, ей было не выбраться из-под земли, которой мы ее завалили. Яма была слишком глубокая.

– Тогда кто же эта женщина – самозванка?

– Или дух леди Лорел, восставшей из мертвых, чтобы отомстить.

Голоса смолкли, а потом разговор продолжился.

– Если это так, почему она сразу нас не обвинила?

– Быть может, она лишилась рассудка от удара по голове.

– А может быть, она хочет нас сначала подразнить. Или ждет, пока мы чем-то выдадим себя.

– И так может быть. Во всяком случае, дух она или самозванка, она не должна остаться в живых.

– Ты хочешь сказать, что…

– Да. Тем же способом, что и в первый раз.

– Теперь ее не уговорить подняться на башню.

– Мы не оставим ей выбора.

– Но как?

– Предоставь это мне. – В голосе женщины звучало презрение. – Есть одно средство, перед которым она не устоит, а теперь ступай. И действуй, как тебе было приказано, как только отойдешь подальше от замка.

Услышав приближающиеся шаги на лестнице, Лорел огляделась в поисках какого-нибудь укрытия. Когда дверь распахнулась, она оказалась между тяжелой деревянной дверью и холодной каменной стеной.

Она услышала голос слуги:

– Завтрак готов, миледи. Милорд!

Пока они спускались по лестнице, не видя их, Лорел могла слышать только их голоса.

– Я буду завтракать у себя.

– Я должен присоединиться к лэрду.

Они скрылись. Голоса смолкли. Лорел казалось, что бешеное сердцебиение никогда не успокоится. С тяжелым вздохом она вошла в комнату. Свеча, горевшая в тяжелом подсвечнике, своим трепещущим светом едва рассеивала мрак. От стен и от узких окон несло холодом. Уныло завывал ветер.

Несмотря на холод, в комнате стоял тяжелый запах. Запах смерти, подумала Лорел, содрогнувшись. Приблизившись к подоконнику, она увидела на нем темное пятно, такие же пятна были и на полу.

Кровь. Она была уверена, что это кровь.