Мэри Маккомас - Вечность в смерти (сборник)

Губы его теперь жадно ласкали ее грудь. Он обхватил губами ее напряженный твердый сосок.

Колени у нее подогнулись, Лорел бы упала, если бы он ее не поддерживал. Его руки скользнули по ее телу с опытностью любовника, знавшего каждую клеточку ее тела.

– Ты так прекрасна, Лорел, моя жена, моя жизнь. Ты моя, вся моя, я обожаю тебя. В свете пламени ты выглядишь как богиня, моя богиня любви.

Лорел желала касаться его так, как и он ее. Она потянула вниз его плед. Он упал на пол рядом с ее платьем.

– Конел.

Она попыталась заговорить, но голоса не было – горло у нее пересохло при взгляде на Кона. Его сильное, мускулистое тело было совершенно. Но взгляд ее остановился на его глазах, темных и смотревших ей в душу, обнажая ее так, как он обнажил ее тело. Мрак и опасность, таившиеся в этих глазах, возбуждали ее, так же как и его прикосновения.

Дрожа, она потянулась к нему, и он приник к ее губам с неистовой страстностью, поразившей их обоих.

Мир за стенами этой комнаты, казалось, перестал существовать. Враги, готовые их уничтожить, предатели за пределами комнаты. Была забыта и приветствовавшая их в зале толпа. Миры, и покинутый Лорел, и тот странный мир, в который она попала, потускнели и исчезли, когда эти двое слились воедино в потоке накрывшей их страсти.

Ни один мужчина так ее не ласкал, губами, языком, кончиками пальцев. То так нежно, что она была готова расплакаться, то так бурно, что у нее не хватало дыхания. Он увлекал ее за собой все дальше. Пока она не задвигалась в его объятьях, утонув в блаженстве, желая только одного: давать столько же, сколько она сама получала.

С каждым поцелуем, с каждым прикосновением этих опытных рук оба они погружались в пучину пленительного безумия.

До кровати было всего несколько шагов, но она казалась недосягаемо далекой. Конел увлек Лорел на покрытый шкурами пол.

Напряжение в нем отдавалось таким же напряжением в ней. Лорел обняла его.

– Возьми меня, Конел, покончи с этим невыносимым желанием.

– Да, любовь моя, для меня оно тоже невыносимо. Кажется, еще немного – и оно разорвет меня на куски. Посмотри на меня, Лорел.

Устремив взгляд в его бездонные глаза, она отдалась ему полностью.

– Я хочу видеть тебя. Я хочу, чтобы ты меня видела. Я всегда любил и буду любить тебя. И здесь, до самой смерти, и за пределами жизни – вечно.

Слезы застилали глаза Лорел. Слова были готовы сорваться с ее уст, но выговорить их она уже не успела. Слова – потом. А сейчас ей нужно было одно – ощущать его плоть, двигаться с ним, вознестись с ним.

В камине догорающие угли рассыпались миллионами искр, словно повторяя взрыв страсти мужчины и женщины, рассыпавшийся мириадами крошечных звезд, достигших неба и снова медленно возвратившихся на землю.

Это было самое прекрасное, самое удивительное путешествие в их жизни.

– Прости меня, я слишком жаждал тебя. – Кон поцелуем осушил ее слезы. – Я не смог удовлетворить тебя так, как было бы лучше для тебя.

– Я не потому плачу, Конел. – Лорел провела пальцем по морщинке между его бровей. – Я была так тронута твоим признанием в любви, я этого не заслуживаю.

– Любовь не заслуживают. Она дается просто так. Я любил тебя с тех пор, как был мальчишкой не старше Донована. Я буду любить тебя, пока горы Шотландии не исчезнут с лица земли. Разве ты не понимаешь, Лорел? Моя любовь к тебе бесконечна. – Он улыбнулся. – Мой отец наверняка был бы согласен со мной. В первый раз увидев тебя, он сказал мне, что у девушки, похитившей мое сердце, вечная душа.

Лорел села на постели, обхватила ладонями лицо Кона, неотрывно глядя в его глаза.

– Он и правда так сказал?

– Да, – усмехнулся Кон. – Почему тебя это удивляет?

– Потому что мне так очень часто говорила бабушка. Я не очень понимала тогда, что она имеет в виду.

– Я тоже. – Кон обнял ее. – А может быть, это означает, что наши души сроднились еще в вечности. Тебе дали очень точное имя, любовь моя. Цвет твоих глаз, когда светит солнце, напоминает цвет горного лавра, растущего на холмах горной Шотландии. Я люблю тебя, мой горный лавр. Сейчас и навсегда.

Лорел прерывисто вздохнула, подумав о том, что станет со всеми его признаниями, когда он узнает о ней правду.

Но не сейчас. Не сегодня. То, что с ними произошло, было слишком чудесно, слишком потрясающе, чтобы позволить чему-либо испортить этот момент. Она все еще была ошеломлена их близостью и не желала подвергнуть это волшебство испытанию реальностью. Лорел теснее прижалась к нему, чтобы продлить это ощущение. Кон привлек ее в свои объятия и прижался губами к влажной пряди на виске.

– Здесь твое место, любовь моя, здесь, со мной, в безопасности. Где наши сердца бьются как одно.

– О Конел! – Она уткнулась лицом в его грудь, вбирая в себя его запах. – Если бы так было всегда!

– Верь мне, любовь моя. – Он наклонился к Лорел и благодарно поцеловал ее. – Пока жива наша любовь, ничто не разлучит нас.

Нежными поцелуями осушив ее слезы, он медленно повел ее в обратный путь, в места, известные только любящим.

7

– Любовь моя. – Хрипловатый со сна голос Кона прозвучал у нее над ухом, и Лорел постаралась стряхнуть с себя приятную дремоту.

– Что такое?

– Я должен тебя покинуть. Дункан сообщил, что варвары подтягиваются к нашей границе.

– Новое нападение? – Лорел села и, откинув со лба волосы, увидела, как Кон засунул нож в высокий сапог и взял в руки меч.

– Подожди, Конел. Вчера не было времени… – Лорел, конечно, лгала. Времени было сколько угодно, они провели всю ночь в объятиях друг друга. Но ей не хотелось нарушить их единение и взаимное наслаждение своим рассказом. Он был так нежен, так предупредителен и заботлив. Эта ночь была единственной в ее жизни, когда она чувствовала, что ее охраняют и боготворят.

Теперь Лорел была готова проявить настойчивость. Она должна рассказать ему о своих подозрениях и сделать так, чтобы он поверил ей.

– Я должна тебя предостеречь, Кон.

– Ты делаешь это каждый раз, когда я иду сражаться с врагами. – Он усмехнулся. – Я буду осторожен, любовь моя.

– Нет! – Лорел схватила его за руку. – Это не просто предостережение. Мое присутствие здесь имеет большее значение, оно не случайно.

– После нашей ночи глупо было бы это отрицать.

Она видела, как лукаво блеснули его глаза, и поняла, что смысл ее слов он понимает по-своему.

– Конел, ты должен выслушать меня. Я знаю, что послана сюда, чтобы спасти тебя от тех, кто хочет тебя уничтожить.

– Послана? Теми, кто тебя похитил?

– Я не знаю, кто меня послал и как случилось, что я оказалась здесь, рядом с тобой. Назови это судьбой, если хочешь. Но я знаю то, чего не знаешь ты. Я хочу спасти тебя.