Николай Сухомозский - Ловушка для любви

— Не упустите из виду ни малейшей детали! — приказал генерал

— Откровенно («может, при вынесении решения эти сволочи учтут мою самокритичность?!») замечу: в ходе круглосуточной прослушки и слежки всплыли неприглядные эпизоды. Например, деньги, отмываемые нами в Киншасе по известной присутствующим схеме, Хлоуп начал частично использовать для собственных биржевых спекуляций. Мало того, что подобная «вольность» чревата непредсказуемыми последствиями для всей организации, так и «навар», если тот появлялся, попадал исключительно в тот карман, который ближе к телу. А если бы заигрался и проигрался в пух и прах?!

Дальше — больше. С помощью новейшей аппаратуры нам удалось зафиксировать, хотя и не полностью, его беседу с неким партнером. Тип, с которым он разговаривал в «Окапи», — чиновник высокого ранга из Министерства внутренних дел. Именно он втянул Хлоупа в сомнительную аферу с поставками оборудования для пенитенциарной системы Заира. И подлец рискнул всеми резервными средствами теневого правительства, которые на тот момент по нашему заданию контролировал.

— Я отказываюсь этому верить! — грохнул кулаком по столу явно скучавший до сих пор Жуадга.

Окава с самого момента появления комиссии никак не мог понять, кого из теневого правительства гражданский хлыщ представляет. Цивильный костюм на нем сидел безукоризненно и был сшит явно не армейским портняжкой. Чрезмерно зауженная талия наталкивала на мысль, что под китель поддели корсет, с прошлого века завалявшийся на пакгаузе. Зубы были настолько мелки, что Окава нисколько не сомневался: их во рту Жуадга намного больше, чем тридцать два. Смотрел на всех финансист настороженно, будто слепой после операции по возвращению зрения. А привычка двигать вправо-влево челюстью вызывала подспудное раздражение.

— К несчастью, именно так обстоят дела, — промямлил окончательно сбитый с толку Окава.

— В то время, когда мы, в денежно-кредитном управлении, экономим каждое сенжи, ваши агенты сотнями тысяч заиров крутят, как цыган солнцем!

«Что этот напыщенный и наодеколоненный душка понимает хотя бы в розыскно-оперативной работе, не говоря уже об адском труде нелегалов?», — нашел в себе силы мысленно возразить полковник.

— А ведь средства могут понадобиться срочно. На наше благородное дело. И что получается?! Их в нужный момент может просто не оказаться! Да Шабила за такие штучки вас всех до толщины купюры раскатает!

— Разделяю ваше негодование, — прервал его Абунг. — Но давайте сей триллер дослушаем до конца.

— Можно продолжать? — на всякий случай уточнил Окава.

— Нужно, полковник, нужно! — теперь уже саркастически осклабился Язаку.

Военная форма на среднего роста мулате сидела, как влитая. Будто он родился не в счастливой сорочке, а в не менее счастливом мундирчике цвета хаки. В то же время стекла очков на крупном лице выглядели, как два банных листа на заднем месте любителя попариться. И еще. Сам оставаясь фанатичным поклонником чистоты, он был свято убежден: в этом отношении весь мир должен брать пример с русских — самой чистоплотной нации планеты. Ибо она — единственное подлунное государство, имеющее в своем фольклоре пословицу на тему гигиены. И звучит она так: с мылом рай и в шалаше.

На всякий случай полковник вытянулся во фрунт:

— Чтобы копнуть поглубже, мы сделали контрольный…

— Выстрел в голову? — съерничал финансист.

— Нет, контрольный запрос, — в этот раз Окава не дал себя сбить с толку. — Первым делом предупредили Хлоупа о предстоящей переброске пары сотен тысяч американских долларов — будто бы на предвыборную конголезскую кампанию, в которой поддерживаем выгодного нам кандидата. И по всем направлениям усилили контроль за попавшим под колпак агентом, в первую очередь, негласный. Боже, как он заметался! Никаких доказательств, что нелегал полностью вышел из-под контроля, больше не требовалось.

Пасем и его подельщика из МВД. В какой-то момент, кажется, он засек наш «хвост». Слежку сняли. Ситуация, в общем, уже была ясна и так.

Наряду с перечисленными мероприятиями, отправили на тот берег резервного агента-женщину, близкую подругу известной в прошлом заирской танцовщицы — жены (такое вот удачное стечение обстоятельств!) сотрудника Министерства внутренних дел, который «химичил» вместе с Хлоупом. Девушка по нашему наущению наплела той кучу небылиц о Хлоупе. Пытаясь подтолкнуть подругу к обращению в полицию. Она в итоге так и поступила. Увы, стражи порядка на заявление отреагировала более чем вяло. Скорее всего, потому что речь шла о должностном лице вышестоящего по отношению к ним органа.

— Зачем этот правоохранительный огород вообще нужно было городить? — прервал докладчика генерал. — Совершенно не понятно. И в высшей степени не профессионально!

— Я с вами полностью согласен. Все проколы — из-за недостатка опыта у наших людей, которых, как я уже отмечал, в свое время собирали в авральном порядке с бору по сосенке. Мы впоследствии также сочли вариант недостаточно продуманным — сказалось, как я уже подчеркивал, отсутствие оперативных навыков. От него отказались. Но, пока мы меняли вводную, в сквере у речного порта в Киншасе было обнаружено два трупа. Управление пришло к выводу, что это — дело рук нашего вконец оборзевшего агента.

— На каком основании? — сделал очередную затяжку сигаретой майор. — Не путаете ли, войдя в разоблачительный раж, божий дар с яичницей?

— Откровенно говоря, доказательства у нас — косвенные, — собрался с силами Окава.

— А именно?

— В ту ночь наш человек осуществлял слежку за Хлоупом. К сожалению, тот от него вскоре оторвался.

— Позор! — возмутился финансист.

— Не следует забывать, что Хлоуп — один из лучших агентов! — неожиданно даже для самого себя обиделся Окава. — Так вот, потеряли его в районе речного порта.

Но не только совпадение, так сказать, географических координат подтолкнуло аналитиков к мысли о причастности того к трупам. Способ — вот что насторожило. Один из убитых, судя по результатам вскрытия, уже попавших к нам, погиб вследствие отравления алкалоидами чилибухи. Кто не знает, — полковник демонстративно (терять погоны, так под звуки тамтама!) повернулся в сторону зевавшего в полный рот финансиста, — из этого растения изготавливается смертельный яд. Его еще называют кураре. И он обязательно входит в «джентльменский» набор наших агентов. Это — во-первых.

Во-вторых, симптомы смерти второго человека. На его лице имелась ярко выраженная петехия, характерная для инфразвукового поражения. И опять — именно резонаторами такого класса снабжены наши люди.