Барбара Майклз - Шаг во тьму

– Я не забыла вас, миссис Хендерсон. Но я очень занята в магазине эти дни.

– Я слышала об этом. Ты, должно быть, сошла с ума, если остаешься наедине с таким человеком, как Райли. Не успеешь глазом моргнуть, как он тебя изнасилует.

– Вы действительно так считаете? – Ледяной тон Мег не действовал на миссис Хендерсон.

– Я не считаю, я уверена. Спроси лучше ту бедняжку, которая работала у него раньше. Он сорвал с нее одежду прямо за прилавком. И еще он растратчик. Лучше проверь свою бухгалтерию.

– Когда он меня ограбит? Перед тем как изнасилует или после?

– После… то есть прежде… Ты хочешь меня переговорить?

– Не смею и надеяться. До свидания. Желаю вам хорошего дня, миссис Хендерсон.

Дрожащий голос миссис Хендерсон долго сопровождал Мег, пока она шла от ее дома. Она различила слова «выскочка» и «слишком умна, до добра не доведет».

Прилив адреналина замечательно излечил головную боль. Мег шла и тихонько напевала.

Райли мог присвоить чужие деньги, но Мег не верила, что он напал на Кэнди на прилавке или под ним. Хотя смешного здесь мало. У миссис Хендерсон мозги как помойное ведро, а язык змеиный, но ведь и у других не лучше. Если большинство в городе думает также, то Райли в беде, а следовательно, и Мег. К тому времени, как соседка разнесет их разговор по городу, все будут считать, что Мег и Райли занимаются любовью на прилавке.

Она проходила мимо магазина «Хозяйственные товары», когда начался дождь. Мег прибежала в свой магазин, слегка промокнув. На двери красовалась надпись «Открыто», внутри горел свет, но Райли не было видно. Потом она услышала его голос из офиса:

– Сколько раз мне говорить, Дебби? Я не могу это сделать.

– Смог бы, если б захотел. Ты теперь управляющий.

– Нет. Даже если бы и был, то не сделал бы этого. Том уже подозревает… Ты не можешь сделать, чтобы ребенок заткнулся?

Раздался ноющий голос Томми:

– Я хочу уйти. Хочу конфету. Я хочу… – Безошибочный звук пощечины заглушил слова. Ребенок закричал.

Мег держала дверь открытой, теперь она ее отпустила. Посмотрев наверх, она не увидела колокольчиков. Не повезло Райли. Наверное, он не ждал Дебби, а то не снял бы предупреждающий сигнал.

Дебби пыталась успокоить кричащего, вырывающегося сына. Плач малышки добавил высокие ноты в дуэт. Райли вышел к прилавку. Его лицо было бесстрастным и оставалось таким, когда он увидел Мег.

Мег не пыталась разговаривать: ее голос все равно потонул бы в детском плаче. Она достала два леденца и помахала одним перед носом Томми. Крик сразу же смолк. Дебби начала вытирать покрасневшее лицо сына. Это было лишним: Томми не проронил ни слезинки. Противный щенок! Все же Райли не имел права бить его.

Дебби покраснела, как и Томми.

– Я лучше пойду. Извините.

– Ты сегодня рано.

– Да, Томми надо к зубному врачу, и я решила зайти поговорить. Тебя не было, и я спросила Райли о работе.

– И он тебе не обещал?

– Ну…

– Ничего не получится, Дебби. Нам нужен опытный человек. Продавать старинные украшения – это не то что продавать апельсины. Нужно знать об украшениях и уметь отвечать на вопросы посетителей.

Дебби не спорила. Ей хотелось как можно быстрее уйти. Мег проводила ее до двери и обернулась к Райли:

– Что случилось с колокольчиками?

– Вы говорили, что звон не такой, и я решил посмотреть и наладить. Язык колокольчика не вращался свободно.

– Почему?

– Кто-то его чем-то залепил.

Кэнди или Дебби или какая-нибудь тайная обожательница.

– Давайте послушаем.

Это был комплект из двух серебряных колокольчиков, снятых со священной коровы в Индии, по крайней мере, так говорил Дэн. Райли поднял колокольчики и позвонил.

– Вот так отлично.

– Тогда я их повешу на место.

– Помочь?

– Я же сам их снял.

– Хорошо, хорошо.

Мег пошла в офис и сняла телефонную трубку. Теперь она готова разговаривать с боссом, который вскоре будет бывшим.

Она предвидела его реакцию: ярость, поток упреков, но Мег не извинялась и не защищалась. Она ждала момента, когда сможет высказать все, что думает.

Из магазина послышались тяжелые шаги Райли. В трубке раздавалась брань. Как можно увольняться без предупреждения? Это непрофессионально. Она неблагодарная, как она может так с ним поступать? После всего, что он для нее сделал…

– Ты закончил? – спросила она, когда ругательства иссякли.

– Черт возьми, нет. По крайней мере, ты могла бы поднять задницу и приехать сюда на месяц, пока я подготовлю тебе замену.

– Моей заднице и здесь хорошо. А ты готовил мою дорогую помощницу Кимберли на диване в твоем кабинете несколько месяцев. А что касается предупреждения, так ты поступил тоже мгновенно, уволив Денни Бернстайна, Джо Демерита и многих других, пока я имела сомнительное удовольствие работать на тебя. Я тебе ничего не должна… Ну, Джек, так не говорят с дамами.

В магазине раздался грохот. Лестница упала. Райли висел на руках.

– Вы не хотите, чтобы я поддержала лестницу? – ехидно спросила Мег.

– Я не бил ребенка.

– О… я не…

– Он испорченный щенок, но я не бью детей и женщин.

Она не понимала, почему для него это так важно. Он же должен знать, что его обвиняют в более серьезных вещах.

– И женщин?

– Если только они не бьют меня.

– Или не предлагают помочь.

– Извините, если я был груб. Я не слишком умею принимать одолжения. – Райли вернулся в мастерскую. – Лестница шатается. Я установлю колокольчики позже. – Мег вернулась в офис.

Райли слышал ее разговор по телефону, она так и хотела. Почему же он ее прямо не спросил, каковы ее планы относительно магазина, а вместо этого повторял, что не он ударил Томми. Ему важно ее мнение о нем? Ее же больше интересуют его отношения с матерью Томми. Его личная жизнь ее не касается, но если он не может держать своих женщин вне магазина, то это будет касаться Мег.

У него тоже имелась причина для недовольства. Мег всем рассказала о своем решении, кроме человека, которого это касается больше всех. После первого их разговора о магазине они избегали этой темы. Ее чувства изменились, но неизвестно, думал ли он по-прежнему. Он же не умеет читать ее мысли, как люди, хорошо ее знающие. Лучше поговорить с ним откровенно, как мужчина с мужчиной, поставить все точки над «i». Чем скорее, тем лучше. Он такой обидчивый, решит, что она позволила ему подслушать ее телефонный разговор, потому что не хочет сказать ему новость в глаза. Ей надо разработать стратегию.

Пришел почтальон. Разобрав почту, она сказала:

– У меня есть дела. Уйду на полчаса.

Шел сильный дождь. Мег пришлось взять зонт. В китайской вазе у двери всегда было несколько зонтов: некоторые забыты клиентами, другие прихватил Дэн, пока бродил по городу – у него была привычка занимать зонты, книги и авторучки и никогда их не возвращать. Мег выбрала бледно-розовый зонт с анютиными глазками по полю. Интересно, кому он мог принадлежать? Он в стиле Кэнди, но Кэнди ничего не оставляет из своих вещей.