Барбара Майклз - Шаг во тьму

День тянулся, чувство тоски рождали непрекращающийся дождь, бездеятельность, разочарование. В ожидании посетителей, которые так и не приходили, Мег смотрела на закрытую дверь магазина. Интересно, он тоже сидит в мастерской, уставившись в пустоту, как и она? Она не ждала, что он рухнет перед ней на колени и станет целовать ноги, но он мог бы проявить свое доброе к ней расположение.

Позвонил Дэрен и спросил, не подвезти ли ее домой.

– Идет дождь, а я видел, что ты без машины.

– Откуда ты знаешь, что я без машины?

– Твоего «феррари» нет на стоянке возле магазина. Почему бы мне не заехать за тобой через полчаса?

– Потому что я не иду домой. Меня пригласили на ужин.

– О?

(«Как не стыдно», – пожурила себя Мег.)

– Майк Поттер.

– Как мило!

Она спросила его о делах. Он поинтересовался, не хочет ли она сходить в театр в субботу на «Мышеловку». В его голосе звучала такая уверенность, что Мег согласится, поэтому она с радостью отказалась. Он продолжал настаивать, и она согласилась пойти в театр в пятницу.

Магазин «Хозяйственные товары» закрывается в полшестого, и Майк ни за что на свете не закрыл бы его раньше. Было только пять, но Мег решила – лучше подождать в магазине у Майка, чем в своем. По крайней мере, там человеческие голоса. Она сообщила Райли об уходе. «Спокойной ночи», – так перевела Мег его бормотание. Она собрала свои вещи и закрыла магазин. На этот раз она взяла черный зонтик. В магазине Майка тоже было мало покупателей, но ярко горел свет и слышалось: «Здравствуйте», «Ну и погодка». Майк объяснял разницу между двумя видами болтов озадаченной домохозяйке. Мег помахала ему и пошла к прилавку, где продавались обои и краска. Она увлеклась изучением книг по переоборудованию квартиры и не заметила, как прошли полчаса.

– Я уже закрываю, дорогая. Извини, что заставил тебя ждать. – К ней подошел Майк.

– Все нормально. Можно мне взять эти образцы или какой тут у тебя порядок?

– Для тебя мы обойдем правила. Ты хочешь отремонтировать свою комнату?

– Коттедж.

Длинное лицо Майка стало бесстрастным. Думая, что он не понял, Мег принялась объяснять:

– Ну знаешь, тот коттедж, где раньше жил дядя Джордж. Я собираюсь отремонтировать его и переехать туда.

– Да, я его знаю. Ты возьмешь эти книги сейчас?

– Нет, я еще не была в коттедже. Ты не можешь посоветовать мне мастера?

– Думаю, что могу. Готова идти?

Майк проводил ее под своим зонтиком к машине. Не успела она закрепить спасательный ремень, как машина остановилась у косметического салона.

– Барби тоже будет с нами?

– Да. Надеюсь, ты не против?

– Нет. – Она была против, но разве она могла сказать об этом?

Майк вышел из машины и под зонтом пошел за Барби. Она ждала их. Мег поздоровалась и спросила:

– Эд и Кейт тоже будут?

– Нет, у Кейт сегодня серебряная свадьба, и Эд с сестрой у нее в гостях. – Барби улыбалась ей из-под полей большой лиловой шляпы. – Втроем будет лучше.

– Было бы лучше вам вдвоем, без меня, – сказала Мег.

Барби захихикала. Люди давно подшучивали над Майком по поводу его подружек, но он никогда не отвечал. Кейт, вторая подружка, обычно фыркала, а Барби обожала шутки. Мег чувствовала, что их отношения гораздо прочнее, чем простое ухаживание.

Майк осторожно вел машину. Барби говорила о погоде, о своих клиентах. Через двадцать минут они доехали до дома, где Майк прожил всю жизнь. Этот дом викторианской эпохи Майк купил по дешевке для своей невесты, потому что он нуждался в серьезном ремонте. Сейчас он блестел белизной, как свадебный торт.

Они поднялись на веранду, и их приветствовал лай собак. Майк всегда держал не меньше двух собак. На этот раз у него жили три. Одна – помесь овчарки, вторая – черный лабрадор, а третья – с висячими ушами, но с пятнами, как у далматина. Майк подбирал брошенных собак. Собаки прыгали вокруг людей, выражая свой восторг. Барби отгоняла их зонтиком. Майк увел собак на кухню.

Майк оборудовал дом в деревенском стиле, когда он только входил в моду и солидную мебель можно было дешево купить на распродаже. Они стояли в просторной комнате с огромным диваном у стены, креслами-качалками, в углу шкаф с посудой и книгами, на полу пестрый ковер. После смерти жены Майк практически жил только в этой комнате. Иногда он спал на диване.

Мег сняла мокрые туфли и села на диван. Майк кормил собак, а Барби начала накрывать на стол. Она все принесла с собой.

– Зря ты беспокоилась, – через плечо обронил Майк.

– Никакого беспокойства. Я люблю готовить. В любом случае я не собиралась есть ужасный картофельный салат, который ты делаешь, или жареного цыпленка из магазина. Мне не надо помогать. Подай нам напитки и усаживайся. Не мешайте мне.

«Жаль, что они не поженились. Им было бы хорошо вместе», – подумала Мег. Майк не спрашивал, что будет пить Барби. Он налил себе и ей «Бурбон». Для Мег он начал открывать «Кока-колу», потом смутился:

– О, ты теперь взрослая. У меня есть где-то вино и пиво. Я держу его под рукой для мальчиков.

Мег попросила пиво, размышляя, о каких мальчиках он говорит. Оба его сына жили в ста милях от города, и обоим было за сорок.

– Мне нравится твой дом. Но боюсь, я не смогу уговорить тебя закрыть магазин на несколько месяцев и заняться моим коттеджем.

Барби чуть не уронила пирог.

– Какой коттедж? Не тот ли старый…

– Тот самый, что на усадьбе Дэна. Мег собирается там жить. Умное решение, если подумать.

– Что такое, Мег? Неужели, правда? Я бы не стала там жить и за миллион баксов.

– Там злые духи? – серьезно спросила Мег.

– Думаю, нет. Я ничего такого не слышала. Мы считали, что ты захочешь жить отдельно, и начали тебе присматривать собственность. Вот, например, дом Барлоу…

– Ну, вы меня удивляете! Вы что, читаете мои мысли? Я ведь решила только позавчера.

Старики переглянулись.

– Мы подумали, что ты останешься здесь, – сказал Майк.

– Значит, вы умнее меня, хотя комплимент сомнительный.

– Ты не сердишься на нас? – озабоченно спросила Барби.

– Конечно, нет. Почему я должна сердиться?

– Потому что мы кучка старых, любопытных глупцов. – Барби села за стол и взяла свой «Бурбон». – Мы обещали Дэну присматривать за тобой. Неужели ты захочешь жить в том несчастливом месте, дорогая? Верь, не верь в привидения, но тот дом видел много несчастий. Некоторые люди верят, что горькие чувства оседают на стенах. Зачем тебе жить там?

– Вы не думайте, что я не ценю вашу заботу. Но теперь я взрослая женщина, мне нужна только правда. Никто мне не рассказал, что же в действительности произошло с моими родителями. Я не могла спросить Дэна, не могла спросить бабушку, не задев ее чувств… Вы мне можете сделать большое одолжение, если позволите мне задавать вопросы, а сами откровенно на них ответите, не щадя моих чувств.