Виктория Лошкарёва - Убей меня, если симожешь...

На следующее утро пришла в ужас я, увидев Шалаева, мирно беседующего возле своего кабинете с Робертом. Беседа, должно быть, носила неформальный характер, потому как и судья, и блондин именно в этот момент громко расхохотались.

Приняв (насколько была способна принять в этот момент) безразличный вид, я двинулась мимо них по коридору к своему кабинету. Правда, поздоровавшись с Шалаевым.

— Настя, — окликнул меня Роберт. Обернувшись, я успела заметить удивлённое лицо Шалаева.

— Вы знакомы? — сдержанно поинтересовался у блондина Игорь Андреевич.

— Да, мы познакомились, когда я подвозил эту девушку, — кивнул Роберт.

— Тесен мир, — хмыкнул судья. — Ладно, Роб, мне пора. Вечером договорим.

Оставшись один на один посреди пустынного (как назло) коридора, я почувствовала неловкость.

— Мне тоже пора.

— Подожди, — тихо произнёс блондин, крепко схватив меня за руку. При этом его светлые глаза не выражали абсолютно никаких эмоций. — Поговорим?

— О чем?

— Почему ты смылась?

— Не люблю, когда меня разводят.

— Мы просто ужинали, — пожал плечами Роберт. — Я тебя ни к чему не принуждал. И знаешь, мне совершенно незачем кого — то разводить. С бабами у меня проблем нет.

Я кивнула.

— Нисколько в этом не сомневаюсь.

— Тогда в чём проблема? — Его тихий голос начинал меня раздражать.

— В том, что ты работаешь на Шимова.

— Что? — изумлённо уставился на меня Роберт. И вдруг он, откинув назад голову, громко рассмеялся. — Ну, ты даёшь…

— Соври, что это не так, — подначивала я парня.

— Да зачем же о таком врать…Подожди, ты и есть та самая Петрова? — теперь он с интересом меня разглядывал. Я порадовалась, что сегодня надела серую юбку — карандаш и туфли на каблуках. А ведь легко могла нарядиться в стоптанные китайские балетки. — Так это ты прислала мне сообщение от Шума тогда, в ресторане?

— Хотелось удостовериться в своём подозрении. Ты работаешь на Шимова.

— Ты всегда такая подозрительная или я — особый случай? — спросил Роберт, неожиданно протянув руку и убрав прядь волос с моего лица. Почувствовав касание, я вздрогнула. Роберт улыбнулся.

— Так как? — спросил он, всё ещё ожидая ответа.

— Хочешь сказать, что на Шимова не работаешь? — уточнила я на всякий случай.

— Я хочу сказать, что тебе надо расширить горизонты, — мягко произнёс он.

— Почему ты предложил мне поехать с тобой отдыхать?

Блондин явно удивился.

— Ты мне понравилась, но состояние у тебя было явно взвинченное. Такое надо поправлять отдыхом.

— Да ты что…

— И мое предложение по-прежнему в силе, — произнёс он, снова до меня дотрагиваясь. Выдернув руку из его ладони, я отошла на пару шагов назад.

— Спасибо ммм за предложение.

Повернувшись, я направилась к своему кабинету, гадая, последует ли за мной Роберт или нет.

— Я настойчивый парень, — крикнул он мне вслед. Хм…интересно, кто в этом сомневался.

Я продолжала сомневаться в непричастности Шимова к этой встрече: уж больно не вовремя парень выгадал желание со мной познакомиться. Но…было одно большое но: парень повадками напоминал Влада: такой же хладнокровный и внешне спокойный, а внутри, должно быть, изворотливый и жесткий. Я не могла себе представить этого парня работающим на Шимова. Конкурента или союзника — да, может быть. Но не подчинённого. Слишком уж Роберт напоминал Влада, а двум кобрам в одном гнезде не ужиться.

Любопытство мешало мне работать. К обеду я решила, что у Шалаева спрашивать о Роберте навряд ли стоит: я не знала, в каких они отношениях. Хотя, судя по сегодняшнему наблюдению, хороших, поэтому тем более не стоило спрашивать о блондине у судьи.

И я позвонила Курьянову.

После вчерашней беседы он снова со мной разговаривал.

— Привет, — поздоровался приятель, явно что — то жуя.

— У тебя обед?

— Бутерброды, — даже не видя друга, я знала, что тот сейчас скривился.

— Извини, что отрываю.

— Да ладно, — промямлил Кирилл. — Ты по делу?

— Можно и так сказать…Ты случайно не знаешь Роберта, вроде немца. Блондин, нордическая внешность.

— Так. — В трубке слышалось долгое молчание. — А ты-то его откуда знаешь?

— Значит, это известная личность?

— Ещё какая, — усмехнулся Курьянов. — Кстати, его так и зовут за глаза Немцем. Только не пойму, он тут при каких делах?

— Роберт меня подвёз на машине.

— Что ни день, то приключение, — пожаловался кому — то третьему Кирилл. — Настя, может тебе всё — таки в Евросоюз обратно махнуть.

— Да в чём дело — то?

— В том, что этот Кауфман очень неприятный тип.

— Насколько неприятный?

— Настолько, что менты не хотят иметь с ним дело.

— Скажи, он на Влада работает?

— Не того ранга парень.

— А если перевести на общечеловеческий?

— Тогда так, — откашлялся Курьянов. — Он вроде с Шимовым в нейтралитете.

— В дружеском?

— Скорее в военном.

— Я про него никогда не слышала.

— У них различные сферы влияния. Парень выдвинулся пару лет назад, очень скоро оттяпав приличный кусок у конкурентов Шимова.

— Влад это допустил?

— По крайней мере, не мешал. Думаю, между ними есть какое — то соглашение.

— Я понимаю, в чем от этого соглашения выгода Роберта, но что получил Влад?

— Он получил иллюзию многовластия в городе.

— То есть теперь все недовольные или мечтающие занять место Шимова идут к Роберту.

— Теперь есть недовольные не только Шимовым, — хохотнул в трубку Курьянов. — Насть, мальчики играют в тонких дипломатов. Тебе-то это на что?

— В рамках общего развития.

— А, — протянул Курьянов. — Я только очень тебя прошу: в рамках этого развития, пожалуйста, не встречайся с Кауфманом.

— Я постараюсь, — пообещала я прежде чем попрощаться.

Старалась я почти до пяти часов вечера, а именно до того самого момента, когда в наш скромный кабинет заглянул курьер службы доставки с огромным букетом.

Наташка, первая подскочившая к букету, проворно отыскала записку, сопровождающую цветы.

— Милой попутчице от Роберта, — прочла на распев Настя. — И номер телефона даже записал.

— Ай, молодца, — согласилась я, гадая, куда же деть цветы.

— Ты ему позвонишь?

Я пожала плечами.

— Думаю, следует сказать «спасибо».

Коломейцева протянула мне записку.

— Да, широкий жест.

— Или просто денег много.

— Иногда мужик богатый, только что не олигарх, а всё жмотится. А этот вон какой букетище заказал.