Сандра Браун - Рикошет

Когда он замолчал, Жерар задал несколько вопросов.

— Миссис Лэрд рассказала вам, что Коулман Гриэр был геем?

— Вчера вечером у них в доме, — ответил Дункан. — Нас пригласили туда вместе с Диди. Миссис Лэрд не особенно хотела развенчивать миф…

— Никакой это не миф, — вставила Диди.

— …о мужских победах Коулмана Гриэра. Но тем не менее сказала, что в школе они были платонически…

— Черта с два, — пробормотала Диди.

— …влюблены друг в друга, после чего он признался ей в том, о чем не знала ни одна живая душа. Его влекло к мужчинам.

— Бог мне свидетель, — Диди патетически прижала руку к сердцу, — клялась, словно Скарлетт О'Хара.

— Черт, поверить не могу! — воскликнул Конг. — Ребята тронутся от горя. То есть, конечно, ничего страшного здесь нет. Каждый может жить, как хочет. Но лучше, когда у спортивных героев нормальная ориентация. — Он оглядел их, словно проводил опрос. — Согласны?

— Эстебан сказал, что Коулман Гриэр был нормальным.

— Подожди, Билл, — сказал Дункан. — Эстебан говорил о своей нормальной ориентации. Про Коулмана Гриэра он такого сказать не мог, потому что не знал наверняка. Хотя Эстебан в этом серьезно сомневается. Как можно быть геем и чтобы об этом никто не знал? Как ему удавалось это скрывать, если по шесть месяцев в год он жил и путешествовал в мужской компании? Он не верит, что Коулман был геем. И точно знает — его самого уж никак пидором не назовешь.

— И теперь в рассказе Элизы Лэрд красуется большая дыра, — сказала Диди. — Я уверена: она придумала эту ложь, потому что муж наверняка ухватился бы за нее обеими руками. Никакого интима на свиданиях с бейсболистом. Она просто утешала его в его несчастном гомосексуальном романе. — Она презрительно фыркнула. — Ловко. Нанятый мужем частный детектив выслеживает тебя с любовником. Нужно соврать, причем быстро. Опля! А это вовсе и не любовник. Ему в принципе женщины не нужны.

— Частный детектив? — вмешался Конг. — А, вот как это связано с моим пропавшим. Частный детектив — Наполи?

— Есть что-нибудь? — спросил Дункан.

— Ничего. Даже волоска с его сальной головы.

— Судья обратился к Наполи! — усомнился Жерар.

— По его словам, он во что бы то ни стало хотел узнать, изменяет ему жена или это ему показалось, — объяснил Дункан. — Когда Наполи принес доказательства, тот передумал. Не захотел их смотреть.

— А Конг нашел имя Гэри Рэя Троттера среди бумаг на столе Мейера Наполи.

— Угадал, Билл, — сказал Дункан.

— Кажется, я понимаю, куда вы клоните, — ответил шеф.

— У Наполи были доказательства измены миссис Лэрд. Судья струсил, не захотел узнать правду и разорвал сделку. А жадный Наполи принес доказательства миссис Лэрд. Стал шантажировать. Чтобы спасти себя, или Коулмана Гриэра, или их обоих, она согласилась заплатить ему крупную сумму. Гэри Рэй Троттер был курьером. — Повисла пауза, потом он прибавил: — Звучит натянуто, но все сходится.

Все помолчали, размышляя над словами Дункана. Первым заговорил Конг:

— Но как она могла узнать, что Троттер придет именно в тот вечер?

— Возможно, существовала договоренность. — Дункан рассказал Жерару и Конгу о бессоннице Элизы, ее привычке спускаться вниз, чтобы выпить молока. — Может, Троттер уже собрался оставить улики, как ему велели…

— Но она его застукала, — закончила Диди. — Может, это он стрелял из самозащиты, а не она.

— Может быть. — Дункан задумчиво покусал нижнюю губу. — Тогда где улики? Если у него был с собой конверт, что она с ним сделала?

— Спрятала в кабинете, — сказала Диди. — г — Там полно подходящих мест. Засунула между книгами до того, как судья спустился вниз. Или в ящик бюро. Конверт мог выглядеть самым обычным образом. А позже забрала его.

— Понимаю.

— Если Троттер принес обещанные улики, зачем она его застрелила? — спросил Конг.

— Чтобы спрятать концы в воду. У этой крошки стальные нервы, — ответила Диди.

— Забавно, — сказал Дункан. — По описанию Тони Эстебана, она просто удержу не знает.

— Думаю, это зависит от точки зрения.

— Это верно, — парировал Дункан с такой же издевкой в голосе, как и у Диди.

— Наполи — ключ ко всему, — сказал Жерар. — Если он отправил Троттера в дом к Лэрдам и миссис Лэрд ждала его, то мы имеем дело с предумышленным убийством.

— Или, — возразил Дункан, — это было обычное ограбление и убийство в целях самозащиты, как она сама утверждает.

Или, подумал он, есть еще один вариант. В котором умереть должна была Элиза, а не Троттер. Но это он знает только с ее слов. А после разговора с Эстебаном верить им можно меньше, чем когда-либо.

— А что в баллистической экспертизе сказано про оружие? — спросил Жерар.

— Сегодня утром прислали, — сказала Диди. — Оба пистолета чисты, словно голубки. Судья купил свой семь лет назад.

— Тогда он с Элизой даже знаком не был, — заметил Дункан.

— Пистолет Троттера ни в каком деле раньше не всплывал, — сказала Диди. — Тупик.

Билл Жерар обратился к Конгу:

— Надо отыскать Наполи.

— Я в отделе давно всех на уши поднял. Похоже, что у нас появился новый Джимми Хоффа[16].

Тогда шеф повернулся к Дункану:

— Что собираешься предпринять? Тот задумался.

— Наверное, схожу к миссис Лэрд и расскажу, что Эстебан категорически отрицает любовную связь с Коулманом Гриэром. Послушаю, что она ответит.

— Скажет, что он лжет, — это была Диди.

Жерар снова сплюнул в чашку.

— Дунк, ты какой-то хмурый. О чем ты там думаешь? Мне кажется, ты не вполне убежден.

Он встал, подошел к окну и задумчиво посмотрел на улицу. Лошадь, цокая подковами, везла набитую туристами повозку. Гид указывал на «Казармы», рассказывал про их историю и архитектурные особенности.

— Убежден? — повторил Дункан. — Верное слово, Билл. Я как раз думал — что, если Эстебан пытался убедить меня в правильности своей сексуальной ориентации? Его речь, поведение — все словно напоказ. И эта его невеста-Барби — у нее на обручальном кольце бриллиант размером с булыжник. Искусственные сиськи, как мешки с песком. Яйца у него трещат.

— Что?

Он отвернулся от окна и улыбнулся Конгу.

— Жаль, тебя там не было. Короче говоря, он хотел, чтобы я ни секунды не сомневался: передо мной настоящий жеребец, мужчина, которого интересуют только женщины.

— Он всегда такой, — сказал Жерар. — Вечно выпендривается.

— Тот еще индюк, — подтвердил Конг.

— Да, самодовольным хвастуном он может быть от природы. — Дункан вернулся на свое место, но садиться не стал, а взялся руками за спинку стула. — Но предположим на минуту, что Эстебан и Коулман Гриэр были любовниками. Кто окажется единственным человеком, который может знать об этом и рассказать другим?