Сандра Браун - Рикошет

— Ладно, дело было так. Короче, та вечеринка…

— Вы, кажется, в этом месте сказали «больше ничего»?

— Я не хотел, чтобы вы считали меня ублюдком, типом, который…

— Тони, что произошло на вечеринке?

— Коул в усмерть напился. И вырубился. И эта девчонка, Элиза, стала приставать ко мне. То есть черт, парень, она прямо текла. Понимаешь?

— Допустим.

— Облапила меня. Я стал нервничать.

— Нервничать?

— Ну да, очень мне нужно ссориться с товарищем по команде из-за его девчонки. А она сказала, у них с Коулом все по-другому. Что они просто друзья и он будет рад, если она приятно проведет время. Короче, она языком чешет, а сама руку мне в штаны запустила. Ну я ей вставил, как она хотела. Пару раз. Сам пойми, роскошная телка. Почему бы и нет?

Дункан издал неопределенный утробный звук в знак согласия.

Эстебан сел на диван.

— Парень, она была что надо. Я бы и на следующее утро не отказался еще разок. Короче, она мне дала все свои телефоны, спросила, когда позвоню, и все такое прочее. И принялась названивать изо дня в день, спрашивать, когда увидимся, почему не звонил, может, не понравилось, как я посмел использовать ее и бросить, как тряпку. — Он вдруг замолчал. — Видели фильм «Роковое влечение»?[13] Это про нее. Та одержимая психованная сука прямо с нее сделана. Мне казалось, я приду как-нибудь домой, а она уже там, вся кипит от страсти.

— Вы встречались с ней еще раз?

Он покачал головой:

— Парень, к чему мне такое дерьмо? В конце концов она отвязалась. Перестала звонить.

— А как Коулман к этому относился?

— Он не знал. То есть я ему ничего не говорил. Насчет нее не знаю. — Он с отвращением поморщился. — Парень, девчонка оказалась с приветом, даже хотела мне приплатить, лишь бы я ее снова оттрахал. Подумать только, сказать, что я — гей. Господи! — Он хрюкнул от смеха. — Забавно, если представить.

— Значит, вы самовольно отправились в Атланту, чтобы поговорить с Тони Эстебаном?

— Да.

Не успел Дункан войти в здание полиции, как его сразу же вызвали в кабинет к Биллу Жерару. Капитан Жерар прослужил в отделе почти сорок лет. Он был хорошим полицейским, справедливым начальником, никогда не торопившим расследования в отделе насильственных преступлений и всегда готовым помочь советом. Находившимся в его подчинении детективам он доверял, не заставляя отчитываться о каждой мелочи.

Но когда требовалось, всыпать он умел по первое число. К этому мысленно Дункан и приготовился.

— Мне позвонили из руководства «Брэйвз», — сказал Жерар, пригладив веснушчатыми пальцами редеющие рыжие волосы. — Они в бешенстве. Спрашивают, почему ты не обратился к ним, чтобы поговорить с Эстебаном.

— Мне хотелось застать его врасплох.

— Это тебе удалось. Стоило тебе уйти, он все как следует обдумал и нажаловался своим пиарщикам о некоем полицейском из Саванны, который приставал к нему с расспросами о едва знакомой женщине, к тому же кого-то пристрелившей. Испугался, что газетчики обо всем пронюхают, раздуют скандал и напечатают в «Нэшнл Инкуайрере»[14]. Нервные пиарщики позвонили шефу Тэйлору, а он — мне. Очень хотел знать, какого черта тут происходит. — Он сплюнул и вопросительно уставился на Дункана из-под очков. — Признаюсь, Дунк, я и сам бы от этого не отказался. Какого черта тут происходит?

— Мне кажется, выстрел, от которого скончался Гэри Рэй Троттер, не был самозащитой.

— Черт.

Жерар увлекался охотой и рыболовством, любил читать о Гражданской войне и обожал свою жену. Они были неразлучны со школьного выпускного. Он с нетерпением предвкушал, как сможет предаваться этим занятиям на пенсии, до которой оставалось всего два года. Этот срок он хотел провести, честно исполняя свою работу, следуя требованиям и избегая бюрократических ловушек. Чтобы мирно, не нажив врагов, покинуть отдел полиции.

— Думаешь, жена судьи не только защищала свою жизнь?

— Возможно, она защищала свой образ жизни.

— Черт, — повторил тот. — Като Лэрду это уж точно не понравится.

— Билл, я понимаю. Честное слово, я всю дорогу из Атланты ломал над этим голову. Он председатель главного суда первой инстанции. Судит уголовников. Меньше всего отделу полиции нужен судья, имеющий зуб на полицейских, которые приводят к нему этих уголовников. Все это я понимаю и принимаю во внимание. Но мой долг…

Жерар остановил его жестом.

— Дунк, ни один из моих полицейских не должен объяснять мне, в чем состоит его долг. Я тебе доверяю. И еще больше доверяю твоим инстинктам.

Если бы он знал, что Дункан от него скрывал и как нарушил полицейскую этику, черта с два бы он ему так доверял. Записка Элизы. Ее тайная встреча с ним у него дома. Черта с два он бы стал доверять ему, если бы знал, каких усилий стоит Дункану продолжать расследование против нее.

— Что такого рассказал Эстебан против нее? — спросил Жерар.

— Конг здесь?

Жерар недоуменно посмотрел на Дункана:

— Не знаю. А что?

— Хочу, чтобы он это услышал. Диди тоже. Тогда мне не Придется для них повторять.

— Я пойду отолью. А ты позови их.

Через пять минут все были в сборе. Диди захватила с собой банку диетической колы. Выражение лица у нее было кислое — она дулась на Дункана за то, что он поехал в Атланту без нее, даже не предупредив. Но Дункан не сильно огорчился. Скоро она про обиду и думать забудет. Или он проиграет пари самому себе. Она всегда подозревала, что у Элизы есть какой-то скрытый мотив. Сейчас он ей один подкинет.

Конг был, как всегда, волосатый, потный и добродушный.

— Что стряслось? — спросил он Жерара.

— Это у него спрашивайте, — шеф указал пальцем на Дункана.

— Прежде всего, я хочу сделать официальное заявление, — начал Дункан. — Когда вырасту — пойду в профессиональные бейсболисты.

И он описал им пентхаус Тони Эстебана. Это было нужно для того, чтобы они расслабились и были способны нормально его выслушать, когда он дойдет до сути дела.

— А в середине комнаты торчит красная металлическая хрень — не то лебедь, не то Нюрнбергская дева. Тут он нажимает кнопку — просто кадр из фильма, — дверцы из матового стекла разъезжаются в стороны, а за ними — бар, битком набитый выпивкой.

Когда он добрался до Дженни, они уже ловили каждое его слово.

— Такого даже Хью Хефнер[15]не видел. Бесконечные ноги. Сиськи вот такие. — Он выставил перед собой руки, насколько смог. — Прямо напоказ выставлены под ее топом в облипочку, а главное…

— Дункан, мы поняли, — вмешалась Диди. — У нее были большие сиськи. А что Эстебан тебе сообщил?

Дункан многозначительно посмотрел на мужчин, давая понять, что позже он еще расскажет о сиськах Дженни со всеми подробностями. И изложил им свой разговор с Эстебаном.