Кей Хупер - Эта колдовская ночь...

— Вполне допускаю, — согласно кивнула она.

— От моей гордости не осталось и следа, — добавил он.

— Ох, уж эти женщины Клермоны! — посетовала Бэннер с сочувствием.

— Не припомню, чтобы когда-либо в жизни в присутствии стольких незнакомых людей меня выставили большим дураком, — пожаловался Рори.

— Бедняжка! — пожалела его Бэннер.

— Теперь я, наверное, не смогу посмотреть Джейку в глаза, — причитал Рори.

Она ждала продолжения, удивленно вскинув брови.

— Будь я здравомыслящим, с чувством самосохранения человеком, — вслух размышлял Рори, — я бы как черт от ладана бежал от женщины, которая не только обладает недюжинными способностями по части мщения, но и прекрасно знает, что никуда я не убегу.

— Откуда мне знать такое? — невинно сказала она. — Я же спросила, мне вернуть тебе кольцо или как?..

— Ты самая настоящая ведьма, — безнадежно махнул рукой Рори.

— Это ты так считаешь, — ответила Бэннер, — а я с тобой не согласна.

— Мне выйти прямо сейчас или можно подождать? — спросил он.

— Как здравомыслящему человеку… все же подождать, — серьезно проговорила она.

— Поклянись, что никогда больше не поступишь со мной таким образом, — потребовал он.

— Именно так я никогда больше с тобой не поступлю, — пообещала Бэннер.

— Потому что ты никогда не повторяешься? — уточнил Рори.

— Ага, — кивнула будущая знаменитость.

— Но если я разозлю тебя, ты все-таки расквитаешься со мной каким-то другим способом? — допытывался Рори.

— Ну что я могу тебе сказать? — нерешительно произнесла Бэннер.

— Мне определенно лучше уйти немедленно, — сказал Рори, топчась на месте.

— О да, несомненно, — согласилась она.

— Ты понимаешь, что мстить — это так по-детски? — с надеждой на помилование проговорил он.

— Конечно, — уверенно заявила она.

— Ну, да… — промямлил он. — Когда танцуешь вальс с бунтаркой, имей в виду, что время от времени тебе будут наступать на ноги…

— Только если ты первый начнешь, — предупредила Бэннер.

— Думаю, мне следует вести себя поаккуратнее, да? — Он явно ждал ее одобрения.

— Вот именно, — кивнула она.

— Так будет безопаснее, — сделал он вывод.

— Ага. Хочешь, чтобы я вернула кольцо? — повторила она свой вопрос.

— Ты что, шутишь? — насторожился Рори, обеспокоенно глядя на нее.

Он потянулся, чтобы взять у нее бокал и поставить его на столик, а потом сжал в своих объятиях, не обращая ни малейшего внимания на людей вокруг.

— Ты попалась, крошка, — прошептал он ей на ухо.

Бэннер медленно улыбнулась, обняв его за талию, и промурлыкала:

— Теперь я могу быть уверена…

— В чем, дорогая? — не понял Рори.

— В том, что ты сохранил мою Тару, любимый, — ответила она.

— Это вовсе не я. — Он кивнул на картины, висящие вокруг них, на большинстве которых уже красовались таблички с надписью: «Продано». — Это исключительно твоя заслуга.

— Уж я-то знаю, чья это заслуга и кого мне благодарить, — прошептала она, встав на цыпочки, чтобы поцеловать его.

По просьбе Рори их свадебная церемония проходила в розовом саду в Жасминовой усадьбе, и на Бэннер было платье времен Гражданской войны. Джейк от всего сердца благословил их, а мать Рори, которая последние несколько недель гостила в усадьбе, была посаженной матерью Бэннер. На церемонию пригласили ближайших соседей и нескольких друзей Рори из Чарлстона. Поскольку молодые решили на несколько дней отложить свой медовый месяц, не было особой необходимости немедленно переодеваться для свадебного путешествия.

Бэннер и Рори оставались с гостями в розовом саду, она в роскошном кринолине, он — в великолепном смокинге. И только ближе к вечеру они наконец оказались одни.

— Назад пути нет, миссис Стюарт, — твердо сказал Рори, поглаживая большим пальцем широкое кольцо, которое теперь соседствовало на ее руке с бриллиантом.

— То же самое я могу сказать тебе, — ответила она. — Теперь тебе придется примириться с моим нелегким характером, который мне достался в наследство от предков.

— Но если ты сама признаешь, что он нелегкий, то, может, стоит его изменить? — с надеждой спросил он.

— Например, стать более рациональной… — подсказала она.

— Это просто предложение, ты же понимаешь, — Рори немедленно сдался.

— Ну, к несчастью для тебя, когда я злюсь, инстинкты берут верх над разумом, — без особого сожаления отметила она.

— И они велят тебе мстить? — удивился Рори.

— Ты же сам знаешь, — ответила Бэннер.

— Ох, не напоминай мне, — вздохнул Рори. — Я рад, что проклятая картина уже не висит в гостиной.

— Лучше всего она смотрится в нашей спальне, — констатировала Бэннер.

— И я знаю почему. Просто ты хочешь быть уверенной, что я, каждый день созерцая ее, никогда не забуду о мести женщины из рода Клермонов.

— Ну, что ж, напоминание об этом поможет тебе избежать ошибок в будущем, — произнесла Бэннер серьезно.

Неожиданно Рори рассмеялся.

— Я, конечно, очень рад, что все так обернулось, — сказал он, — но ты случайно не подумала, что испытываешь судьбу, выставляя в галерее эту картину? Неужели ты ни чуточки не сомневалась во мне? А вдруг бы я так рассердился, что ушел бы от тебя?

— Ни чуточки, — победно улыбнулась она.

— Но почему? — допытывался Рори. — Потому, что ты уверена в моей любви? Или потому, что ты очень хорошо меня понимаешь? — Ему было действительно интересно узнать, что обо всем этом думает Бэннер.

— Это так, — кивнула Бэннер. — Но есть еще и другие причины.

— Какие причины? — Он усадил ее рядом с собой на скамейку.

— Во-первых… — Она потерла кончик носа неуверенным жестом, который в свое время так очаровал Рори. — Ты помнишь день своего приезда в Жасминовую усадьбу?

— Конечно. Неужели это можно забыть, — ответил он, заинтригованный ее рассказом.

— Помнишь, когда мы стояли с тобой вдвоем под дверью твоей спальни, и потом, когда вместе танцевали последний вальс, ты видел солдат в серой форме повстанцев с невестами в белых платьях?

— Помню, конечно. Они спускались по лестнице в холл, а потом в бальном зале вместе с нами танцевали вальс, — ответил Рори.

— Так вот… На лестнице я видела только смутные силуэты, а во время вальса вообще никого… — сообщила Бэннер удивленному Рори.

— Погоди, что ты хочешь сказать?.. — спросил он, хотя уже догадался.

— Рори, это были призраки. В бальном зале их не видел никто, кроме тебя, — пояснила Бэннер.

Он уже приучил себя не удивляться сюрпризам, которые ему преподносят призраки Жасминовой усадьбы, поэтому и сейчас не особенно удивился.