Дочь Мента - Екатерина Ромеро

То холодный, то теплый, то север, то юг. Две стороны одной медали, а я все никак не привыкну, когда надо перестроиться и включить нужный режим. Под Волкодава.

Этот миг, крошечная нежность ко мне, и я, точно ручной щенок, тянусь за его ладонью, но зря. В этот же миг Сергей убирает руку и уходит, больше даже не обернувшись. А я поворачиваюсь на бок и глотаю слезы. Мое слово и желание ничего для него не значат. Зачем было приручать щенка, если потом просто выкидываешь его?

На следующее утро меня выписали, и я все же поехала на учебу, которая была в сотнях километров от дома Волкодава. И да, он сделал это специально. Вместо того чтобы убить, Сергей сделал еще хуже: он приручил меня, дал видимость дома, а после просто выкинул.

***

Прошел год

Провожу кончиками пальцев по запястью. Там так и остался шрам, отпечаток его ненависти. Прошел год. Год обучения в закрытом пансионе и по совместительству моей тюрьме.

Я изучила право, курс был именно с таким наклоном, и теперь основы юриспруденции у меня отскакивают от зубов. Дает ли это что-то мне в реальной жизни? Я не знаю. Я вообще не понимаю теперь, что со мной будет.

Весь этот год я не видела Сергея. Ни визита, ни письма, ни звонка. Но он точно жив, иначе кто бы платил баснословные деньжищи за мою учебу в таком дорогом месте, где учатся детки богачей.

Думал ли он обо мне или только рад, что избавился? Могу лишь гадать. Может, Сергей забыл меня уже на следующий день, но я не забыла. Я просто ненавижу теперь его сильнее.

Месть – страшная штука. Она не оставляет спокойной, грызет изнутри. Именно желание расплаты не дает мне опустить руки, и я с отличием завершаю курс. Я лучшая, и это правда.

Благо я все же окрепла. Физически и морально, я больше не чувствую себя несмышленым заморышем, нет. В этом заведении я прошла курс молодого бойца, и теперь я не струшу. И рука моя не дрогнет, если я наведу на Волкодава пистолет снова.

Правда, пистолета у меня нет. Как только заканчивается обучение, меня вежливо выставляют за дверь. Все кончено, даже здесь я больше не нужна. Чувствую себя куколкой, которую бросают из дома в дом, передают из рук в руки. Я давно себе не принадлежу. Волкодав руководит мной даже на расстоянии.

Интересно, он хоть иногда вспоминал наш поцелуй, наши разговоры, нашу прогулку в парке? Я да. И часто. Правда, проанализировав свое прошлое поведение, я понимаю, что надо было как-то иначе. Не знаю, смелее, что ли. Не бояться его. Если бы он хотел, давно бы уже меня прикончил.

А еще теперь я понимаю, что была влюблена в Волкодава давно. Задолго до нашего поцелуя. Просто любви я не знала в своей жизни. Это все было в первый раз, потому и не догадалась сразу.

— Садись.

Не замечаю приехавшую машину. Узнаю водителя, это охранник Сергея, один из его ручных псов.

— Зачем?

— Садись, говорю! Домой тебя велено отвезти.

Протест колет внутри вместе с обидой и каким-то щенячьим восторгом. Это Сергей послал за мной, а значит, он тоже меня не забыл.

Свобода, спасение, сбежать? Не смешите. Я дико соскучилась по своему хозяину, как бы страшно это ни было признавать, я хочу его увидеть и да, показать новую себя.

Когда я приезжаю к дому, не могу сдержать улыбку. Здесь мало что изменилось, и только я стала другой, кажется.

Распахиваю дверь, никого не оказывается дома, словно вымерли все. И так бы мне хотелось пойти и увидеть Сергея, вихрем подбежать к нему, как раньше, но теперь мне страшно. Я больше не могу так. Не могу себе этого позволить, и еще мне страшно.

Мне уже девятнадцать, я стала старше и понятия не имею, как теперь поведет себя со мной Сергей. Какой будет его реакция? И вообще, зачем я здесь? Неужели наступил час расплаты?

— Здравствуй, Мила.

Страшно услышать голос, который хотела услышать последний год каждый день. Мрачный, строгий, на черных полутонах.

Медленно оборачиваюсь, и нет, броситься ему в объятия я не смею. И я больше не та ничейная девочка, которая хотела защитника. Я теперь сама себе защита, а еще мне больно!

Ни письма. Ни визита, ни звонка. Ни весточки. Как он жил. Как я жила. Как две разные планеты.

Смотрю на Сергея. А он немного изменился. Появилось чуть больше серебра на висках, но в целом такой же спортивный, подтянутый, крепкий. И все еще носит обручальное кольцо. Конечно.

Сергей смотрит на меня, и я сама не отвожу взгляда. Пусть смотрит, да, я тоже изменилась. Я стала смелее, сильнее, и, наконец, мне не стыдно смотреть на себя в зеркало. Благодаря ежедневным тренировкам я сумела сделать себе фигуру мечты.

Волосы кудрявые, да, так и остались, но они здорово отросли, и я научилась их укладывать. У меня плотная грудь и округлая задница. Я в модных джинсах в обтяжку и кожаной куртке. Красивая, я знаю себе цену.

За мной все мальчишки на учебе бегали, я пыталась вызвать ревность Волкодава, но эффекта не было. Сергей не приезжал. Ни разу.

— Год. Могли бы и позвонить, узнать, не померла ли я.

— Я знал, что с тобой все в порядке. Этого достаточно.

То самое чувство, когда хочется реветь, но нет. Не должна, не буду. Да и чего слезы лить, было дело, да прошло.

Из кухни пахнет пирогами. Вика все еще тут. Он как был женат, так и остался. Все в силе. Жену любит, любовницу тоже, всех любит, кроме меня.

— Я могу уйти теперь?

— Тебе есть куда идти?

— Куда угодно, подальше отсюда!

— Ты не можешь уйти.

— Почему?

— Потому что ты моя и ты будешь учиться дальше. Я устроил тебя на юрфак. Ты получишь высшее образование и станешь адвокатом. Судя по твоей успеваемости, тебе будет очень легко. Хочется добавить, что я из шкуры вон лезла, чтобы он оценил это, чтобы приехал и лично сказал, что гордится, но вовремя прикусываю язык.

Я не цирковая собачка, чтобы выслуживаться перед ним. К черту.

— Вы даже не спрашиваете, чего хочу я!

— А чего ты хочешь?

— Я хочу…