Дочь Мента - Екатерина Ромеро

хочу уйти отсюда! Хочу гулять, хочу быть, наконец, свободной!

— И чем ты будешь заниматься, Мила? Твоего образования на данный момент недостаточно.

— Я самостоятельная, я все смогу сама!

— Тебя никуда не примут на работу. Твой максимум сейчас — это мыть полы.

Он хлестал меня словами, и это было больнее, чем если бы бил физически. Это было унизительно – понимать, что все это время я старалась, но все равно ничего не изменилось. Чтобы хотя бы приблизиться к его уровню, мне потребуются годы.

Это выматывало, я постоянно хотела что-то доказать Сергею, но теперь у меня больше нет сил. Я хочу бунта, и я хочу, чтобы он, наконец, перестал видеть во мне врага.

— Я больше не глупая. Не надо меня вот этим всем пугать!

— Именно так и говорят те, у кого больше нет никаких аргументов защиты. Упрямые, делающие все наперекор. Никто тебе зла не желал, Мила. Ты получила максимум, что я мог тебе дать.

— Вы приручили, а после оторвали меня от себя! Это было жестоко.

— Это было правильно.

— Нет! А хотя знаете, к черту! Пережила, я вообще по вам не скучала ни минуты! У меня есть новые документы – и теперь я имею право делать то, что хочу, и жить там, где хочу!

— Тогда бери на себя ответственность. Выходи за ворота и устраивай свою жизнь сама.

Я порываюсь поступить именно так, разворачиваюсь и иду к выходу, но на полпути останавливаюсь в коридоре.

Немного логики, Мила, вы же теперь не в лесу с соснами, ты хочешь на свободу. А если я уйду, то куда? У меня нет своих денег, все это время мое обучения, еду, одежду и крышу над головой мне оплачивал Волкодав. Все время!

Оборачиваюсь назад, он все так же там. Стоит, смотрит на меня свысока, точно считает себя моим богом.

Сергей и есть мой бог, только злой и очень жестокий.

Прикусываю губу. Я не справлюсь без его помощи, и он это прекрасно знает. На фига тогда Волкодав дальше меня учит? Чего он добивается? Я ему вовек всю эту сумму не верну, не отработаю.

— Лекции начинаются завтра. На учебу тебя будет отвозить и забирать водитель. Никому ни слова о своей прошлой жизни, никаких имен.

— Я хочу жить в общежитии, как Костя!

— Исключено. Скитаться по вшивым дырам ты не будешь.

— Я не собираюсь обитать здесь, под одной крышей с вашей этой!

— Ее зовут Виктория. За год можно было выучить. Я подумаю, куда тебя пристроить. Иди к себе.

Это была маленькая победа, но тогда я еще не знала, куда так упорно прусь. За это время я привыкла к комфорту и безопасности, так что отказаться от покровительства Сергея пока было просто глупо.

Я ушла в свою комнату и прикрыла дверь. Теперь здесь все казалось другим, вот только внутри я осталась той же.

Мои права в этом доме не укрепились, я как была дочерью мента, так ею и осталась. Точно куколка на ниточках, я всецело зависела от своего кукловода во всех смыслах, и сколько бы времени ни прошло, ничего не изменилось.

Единственное, что меня теперь пугало до чертей, – это его расплата. Год прошел, время ведь давно уже наступило, и я понятия не имею, почему Сергей тянет с местью. Почему все еще не убивает меня.

Глава 33

Несмотря на весь этот хаос, радует одно – реакция Виктории на меня. Когда я встречаюсь с ней на кухне, она роняет чашку, та разлетается в щепки, а я чувствую свою победу. Хотя бы так, годы ведь все равно берут свое, я расцвела, я выгляжу как модель, а Вику время не пощадило.

В отличие от своего спортивного мужа, она фигово стареет – видать, пьет и дальше. Волосы перекрасила в черный, хотя он ей совсем не идет, так как по природе она светлая. И ее еще сильнее разнесло. От злости, наверное, раздуло.

— Здравствуйте.

— Что ты здесь забыла?

— Ваш муж меня сюда привез.

— Сережа! Сережа!

Виктория ушла – сбежала, точнее, и это был грандиозный скандал. И пока я убирала этот бардак на кухне, слышала истерику хозяйки. Конечно, мне здесь не были рады, но после я уловила, как гаркнул Сергей на Вику. Это означало, что разговор окончен.

А вечером случилось самое интересное. Я впервые услышала, как они занимаются сексом. Виктория орала так, словно ее на части рвали, а я зарылась в подушку и закрыла руками уши.

Мне было больно. К этому моменту ревность пересилила, потекли слезы, я больше не могла ее отрицать.

Я ревную не своего – женатого мужчину. И я ему не кто иной, как враг, но тем не менее это не мешает мне до чертей любить Сергея и не иметь на него при этом никакого права.

***

Моего тела ни разу не касался мужчина. Да, парни липли на учебе, но мне никто не нравился. Не нравился до такой степени, как нравится Сергей. Чтобы до боли.

Я лежу голая в кровати, и я чувствую все. Провожу ладонями по животу, опускаясь ниже. Все дрожит, напрягается, и спасения этому нет. Сколько раз я пробовала себя ласкать, но без толку.

Ни черта у меня не получается, я не могу расслабиться, чтобы получить оргазм. Все время напряжена, все время на пределе.

Встаю рано, первый день учебы, и, конечно, Сергей обо всем подумал наперед. Наверное, он и смерть мою идеально спланирует. Ничего не будет так, как мне того хочется.

Натягиваю халат, выпархиваю в ванную. Привести себя в порядок, чтобы не видеть Его.

Распахиваю дверь – и вся в своих мыслях настолько, что не замечаю: здесь, вообще-то, занято.

И я вижу Сергея. По-настоящему теперь, полностью. Как есть. Он голый. И мокрый, и голый – я уже говорила?

Сглатываю, не в силах пошевелиться. И нет, никакой он не старый. Он красивый, такой мужественный, большой и в то же время опасный. Точно хищник, самый страшный зверь.

Мускулистый, тренированный, высокий. У него вся грудь покрыта черными волосами, а ниже мне стыдно смотреть, потому я крепко зажмуриваюсь.

— Ой-ой…

— ПОШЛА ВОН! – рявкнул так, что аж