Дайанна Кастелл - Запретные желания

— Вы занимались любовью в лифте. Простое влечение тут отдыхает.

— Но и не только оно. Между нами нечто большее. Словно мы с ним на одной волне. Когда я запаниковала, осознав, что тебя нет рядом и с тобой могло что-то случиться, Сэм уже знал, что ничего страшного с тобой не произошло. Он знал, что ты находишься в доме, и я вдруг тоже это поняла. Мы оба просто… знали это. Почувствовали одновременно. Но что это за история с мужчиной и женщиной на кушетке? Откуда она взялась?

— Эти люди были там. Я их не придумала, Присси. Готова поклясться. Вчера я вернулась в морг в надежде, что найду там что-то, какую-то подсказку. Я сказала братьям, что потеряла браслет, но они не разрешили мне пойти и поискать его. Стали плести что-то насчет того, будто наводят там порядок, что там опасно находиться и все такое. А на самом деле все очевидно — им там посторонние не нужны. Почему они никого не хотят туда пускать?

Шарлотта откусила кусочек от пирожного Присси и тут же почувствовала, как углеводы из пирожного немедленно налипают на ее бока. Ну, как пузыри пены из флакона с моющим средством прилипают к краям ванны. А сейчас пузырьки углеводов прилипали к ее бокам и ягодицам.

— Та таинственная женщина на кушетке в морге сказала мне, что Джейден удочерили здесь, в Саванне, и что Эр-Эл об этом знает. Я ведь не могла такое придумать, верно? Откуда я могла получить такую информацию?

— Бутылка шампанского, довольно сильная гроза и удар по голове. У тебя все еще шишка над глазом, и выглядишь ты так, словно побывала в кошачьей драке.

— Присси, а ты знаешь, что во время проведения расследования убийства и пропажи колье сотрудники полиции, которые этим делом занимались, использовали весьма неординарные методы расследования? Ты знаешь, что они обратились к медиуму, Мари Ландау, жрице вуду, которая жила здесь, в Саванне? Я об этом из газеты узнала. Писали, что она очень сильная жрица, тем не менее у нее ничего не получилось. Что с тобой? Почему ты дрожишь?

— Представляешь, Шарлотта, если Джейден вдруг объявится, то ей придется сообщить, что ее родные бабушка и дедушка, а также лучший друг ее отца Отис не захотели взять ее на воспитание. И еще она узнает, что ее родители были убиты, и убили их скорее всего из-за колье, которое до сих пор не найдено и по закону наследования формально принадлежит ей, Джейден. И что теперь она становится главной помехой на пути того, кто охотится за колье, того, кто уже совершил двойное убийство. Стоит ли половина отеля такого риска? Джейден грозит смерть, Шарлотта. Я уже думаю, что искать ее не стоит. Для нее было бы лучше, чтобы она не нашлась.

— Грифф говорит то же самое, но не забывай, что она унаследовала половину отеля, я уже не говорю про колье. Колье не в счет, пропало так пропало. Подумай, Присси, а что, если она бедна и это наследство будет ее главным шансом в жизни?

— Или ее шансом стать трупом. Скажи Гриффу, что у тебя не осталось никаких нитей. Пусть забирает себе и вторую половину наследства. И тогда все закончится.

— Ты бы хотела узнать правду, если бы это ты была Джейден? — Шарлотта внимательно смотрела на Присси.

— Если ты не нужна, зачем возникать? Разве не так мы всегда рассуждали? Меня растили монахини, и у меня все было хорошо. Меня любили. Сестры заботились обо мне, когда я болела, они устраивали мне праздники вдень рождения, ко мне приходили и Санта-Клаус, и Пасхальный заяц, и Зубная фея. Сестры научили меня любить и понимать искусство, научили меня рисовать и всегда во всем поддерживали. А еще они готовили и накрывали столы по субботу. Они — моя семья, Шарлотта, и всегда будут моей семьей. Точно так же, как Эр-Эл — твоя семья. Зачем я буду искать того, кто меня бросил? Чтобы снова испытать боль? Ты же никогда не пыталась найти свою мать. Вот и с Джейден то же самое. Если бы она хотела, то сама бы поехала искать своих родителей. И… и еще меня не покидает то тяжелое чувство, Шарлотта. Она взяла Шарлотту за руку и поежилась. — У тебя сейчас плохая карма, моя сладкая. И тебе не время заниматься таким сложным делом. Я до смерти испугалась, когда увидела тебя на полу. О Господи! — Присси на секунду закрыла глаза. — С тех пор как Грифф дал тебе тот чек, все пошло наперекосяк. Во всем этом только одно хорошо — то, что вы с Гриффом сблизились. — Присси подмигнула. — Вот за это и держись. Оно того стоит. А о расследовании забудь. Просто забудь, и все. Боюсь, если ты копнешь глубже, то только все испортишь. Это то же самое, что бросить скунса в комнату. Так и будет вонять, пока кто-нибудь его оттуда не выбросит.

Глава 9

— Ты меня здорово напугала, — сказала Шарлотта, испуганно глядя на Присси, которую все еще била дрожь.

— Я и сама себя напугала. Знаешь, я хочу жить, как мы жили раньше. Только сначала сделаю эту работу для Винсента и Энтони, потому что меня интересует проект. А продавать ковры совсем не так уж плохо, верно? Если ты откроешь магазин ковров, то сможешь разбогатеть. Представь, «Дом Шарлотты».

— Похоже на название борделя. Ладно, я сегодня же скажу Гриффу, что официально отказываюсь вести дело Джейден. Никто не хочет, чтобы я ее нашла, и, похоже, она сама не хочет, чтобы ее нашли.

Присси улыбнулась:

— Тогда почему бы тебе не заскочить в «Магнолия-Хаус» и не сказать Гриффу об этом прямо сейчас? Я бы составила тебе компанию, но мне надо срочно готовить бизнес-план для Сэма Пейта.

— Готова поспорить, что ты бы предпочла общаться с Сэмом Пейтом не по поводу бизнес-плана. А, кстати, что это такое — бизнес-план?

— Лучше всего это объяснить на примере «Мейси».[14] Открываешь магазин, накупаешь всяких симпатичных вещей, красиво расставляешь их, и тогда женщины вроде меня приходят, раскрывают рты и все скупают. При этом цена должна покрыть все расходы. Морг — это «Мейси» для покойников. Я собиралась вернуть ему прежний облик, восстановить, так сказать, в былой славе и величии, но тут я увидела фотографии. Вот так сюрприз! Обои в цветочек.

— Синие с белым? Такой крупный рисунок?

— Ты тоже видела фотографии? Я, конечно, обеими руками за ретро, но все-таки хорошо, что те времена прошли.

Может, она действительно видела фотографии, и эти фотографии плюс кушетка в углу причудливо сплелись воедино, и в ее воображении возникла та пара на кушетке?

Но те мужчина и женщина выглядели так, словно жили в восьмидесятых. Почему не в пятидесятых, например?

— Не знаю, впечатлит ли президента банка твоя аналогия с «Мейси», но меня она впечатлила. Мы их всех похороним, подруга.

— Что-то мне перестал нравиться черный юмор.